Глава пятая. Доверенное лицо Никиты Хрущева
В первой половине 1961 года в сложно развивавшихся советско-американских отношениях произошел беспрецедентный случай. Офицер ГРУ Генштаба Вооруженных Сил СССР полковник Георгий Никитович Большаков встретился с Робертом Кеннеди, братом американского президента. Большаков не только выслушал его предложения о возможных направлениях развития советско-американских отношений, но и принял личное участие в передаче посланий друг другу руководителей США и СССР. Фактически этот рядовой офицер ГРУ, находясь в Вашингтоне, выполнял роль доверенного лица Никиты Хрущева. Такого случая в практике советско-американских отношений никогда не было. Миссия, которую пришлось выполнять Большакову, была беспрецедентной как для советской и американской дипломатии, так и для советской военной разведки.

Что же заставило американского президента Джона Кеннеди и советского лидера Никиту Хрущева подключить к обмену посланиями не высокопоставленных дипломатов, а советника посольства СССР в Вашингтоне Георгия Большакова? Если говорить о Джоне Кеннеди и его брате Роберте, министре юстиции, то, они, видимо, не в полной мере доверяли официальным дипломатическим каналам Госдепартамента США. Среди его сотрудников были члены Республиканской партии, представитель которой проиграл президентские выборы в 1960 году. Эти сотрудники были связаны с прессой, которая в погоне за сенсационными публикациями с большим удовольствием готова была преждевременно раскрыть замыслы молодого президента и подорвать его еще не сформировавшийся авторитет. А замыслов у Джона Кеннеди было немало, как во внутренней, так и во внешней политике. В частности, Кеннеди хотел улучшить отношения с Советским Союзом, но преждевременно не хотел об этом говорить своим согражданам, так как опасался, что противники этой идеи, а таких было много, помешают реализации плана. Поэтому ему нужен был надежный конфиденциальный канал связи с Никитой Хрущевым. Идея создания такого канала родилась неслучайно, и выбор пал на сотрудника советского посольства Георгия Большакова тоже неслучайно. Инициатива в установлении прямого контакта между Белым домом и Кремлем принадлежала американской стороне.

Хрущев согласился поддерживать связь с США через Большакова по двум причинам: во-первых, потому что эта идея была предложена близким к президенту США официальным лицом — Робертом Кеннеди. Такой уровень вполне устраивал советского премьер-министра. Во-вторых, Большаков был полковником советской военной разведки, а Хрущев знал, что таким людям можно было доверять.

Некоторые отечественные и зарубежные историки утверждали, что советское политическое руководство использовало возможности ГРУ для передачи президенту США якобы ложных сведений. Подобную точку зрения высказали и некоторые отечественные дипломаты. В 1996 году советский посол в США А. Ф. Добрынин написал в своих мемуарах: «Подозреваю, что канал Большакова накануне кубинского кризиса все больше использовался нашей разведкой (надо полагать, с благословения самого Хрущева) для передачи дезинформации администрации Кеннеди насчет наших военных планов на Кубе»40. Так ли все было на самом деле?

Среди советских дипломатов, работавших в 70-х годах XX века в Вашингтоне, существует мнение, что полковник Большаков являлся только лишь « почтовым ящиком ». Якобы он, встречаясь с Робертом Кеннеди, не мог достаточно квалифицированно вести беседы по широкому кругу вопросов и в силу этого даже «неправильно интерпретировал его высказывания»41. А это означает, что полковник Большаков — человек, случайно оказавшийся на «большаке» советско-американских отношений в 1961-1962 годах.

Американские политики и журналисты, знавшие Георгия Большакова, придерживались иного мнения и утверждали, что он был высокообразованным, общительным и заслуживающим уважения человеком.

Кто же прав? Объективный ответ на этот вопрос тоже является ключевым в понимании причин возникновения Карибского кризиса.

Кем на самом деле был Георгий Большаков? Когда он оказался в поле зрения советского и американского высшего политического руководства, и почему именно ему и в Москве, и в Вашингтоне было оказано столь высокое доверие?

Георгий Никитович Большаков родился в Москве в 1922 году. Его отец Никита Петрович Большаков, уроженец Гусь-Хрустального Владимирской области, был служащим Наркомата путей сообщения, мать — Елизавета Ивановна Большакова — школьная учительница. По тем временам семья Большаковых была вполне обеспеченной.

После успешного окончания школы Георгий поступил на курсы военных переводчиков при военном факультете Московского института иностранных языков. В 1941-1943 годах он принимал участие в Великой Отечественной войне: некоторое время был переводчиком при штабе одного из полков Карельского фронта, затем воевал в качестве помощника начальника разведки дивизии Северо-Западного фронта.

Война формировала характер Большакова. Он учился всесторонне оценивать обстановку, проявлять находчивость, разумную инициативу, самостоятельно принимать решения и отстаивать свою точку зрения. Такие оценки есть в его служебных характеристиках. Видимо, поэтому в 1943 году Большаков оказался в числе слушателей Высшей разведывательной школы Генштаба, которая в годы Великой Отечественной войны по качеству подготовки специалистов была одним из лучших военно-учебных заведений СССР. Срок обучения слушателей составлял три года, преподавателями были специалисты высшей квалификации.

После некоторого периода работы в центральном аппарате ГРУ Большаков в 1946 году был направлен в созданную после окончания войны Военную академию Советской Армии (ВАСА). Эта академия готовила военных дипломатов и офицеров разведки42.

После окончания академии полковник Большаков прибыл в ГРУ и стал готовиться к своей первой специальной командировке. В те годы отношения между СССР и США уже были если не враждебными, то напряженными и недружественными. Поэтому в задании, которое Большаков должен был выполнять в США, указывалось: «Главной задачей является сбор достоверной военно-политической информации и данных о подготовке США к внезапному нападению на СССР и страны социалистического содружества».

Формулировки в задании Большакова были предельно ясны. Из них вытекало, что в начале 50-х годов командование военной разведки считало, что главная военная опасность для Советского Союза исходит из-за океана и источником ее являются Соединенные Штаты Америки. Более того, опасность эта была вполне реальной, значительной и, казалось, неотвратимой, так как в задании указывалось, что Большаков должен был своевременно предупредить командование военной разведки о любых признаках готовящегося внезапного нападения США на СССР — июнь 1941 года оставил в памяти руководителей разведки глубокий след.

В 1951 году Большаков, хорошо владевший английским языком, выехал в первую служебную командировку в Нью-Йорк. Он должен был действовать под прикрытием должности корреспондента Телеграфного Агентства Советского Союза (ТАСС) при ООН.

В Нью-Йорке Большаков прожил с 1951 по 1955 год. Георгий вполне успешно справлялся с обязанностями корреспондента ТАСС, параллельно решая разведывательные задачи. Он смог подружиться с некоторыми американскими журналистами, которые в то время еще не были звездами первой величины, но уже стали заметными в своем деле личностями. Среди них был американский репортер Джон Скали, дипломатический корреспондент агентства «Франс Пресс» Пьер Дюрель и другие. Они придерживались различных политических взглядов, каждый из них в нередких спорах, возникавших по острым проблемам политической обстановки в мире, защищал интересы своей страны. Едины они были, возможно, только в одном — все споры между государствами их руководители должны решать за столом переговоров.

В 1953 году Георгий Большаков познакомился с репортером газеты «Нью-Йорк Дейли Ньюс» Фрэнком Хоулменом. Талантливый журналист, Хоулмен освещал деятельность ООН, был знаком с влиятельными американскими политиками.

В своих статьях Хоулмен не раз критиковал политику США в отношении Китая и европейских стран, выступал за прекращение испытаний атомного оружия. Возможно, политические взгляды американского журналиста и привлекли к нему внимание разведчика Большакова. С Хоулменом он мог обсуждать различные внешнеполитические проблемы, в том числе и отношения между США и СССР. Несомненно, контакты с Большаковым были интересны и американскому журналисту, рассчитывавшему получить от него дополнительную информацию об обстановке в отношениях двух стран.

Что-то еще сближало двух молодых журналистов. Возможно то, что сын Большакова, Геннадий, родившийся Москве в 1945 году, был сверстником сына Хоулмена. Поэтому, кроме проблем политического характера, Большаков и Хоулмен могли поговорить и о том, как растут их дети. Именно такие общие мелочи жизни делают отношения даже между представителями разных государств более доверительными.

Фрэнк часто в своих статьях критиковал внешнеполитические предложения советского руководства, но делал это вполне объективно и корректно.

Вспоминая о встречах с Фрэнком Хоулменом, Георгий Большаков писал: «Мы дружили семьями, часто ходили друг к другу в гости и, естественно, обсуждали самые острые проблемы во взаимоотношениях между нашими странами. И чем острее становились эти проблемы, тем чаще мы встречались»43.

В 1955 году Большаков завершил свою служебную командировку и возвратился в Москву. Сложное это было время. 1955 год стал годом создания Организации Варшавского договора, в которую равноправными членами кроме Советского Союза вошли Болгария, Венгрия, ГДР, Албания, Польша, Румыния и Чехословакия. Так СССР и его союзники отреагировали на создание под эгидой США в 1949 году Североатлантического блока (НАТО) и принятие в этот блок в 1955 году ФРГ.

Однако, несмотря на сложные отношения между СССР и западными странами, активизировались контакты представителей дипломатических, торгово-экономических ведомств и Министерства обороны СССР с иностранными коллегами. Цель этих контактов — поиск путей ослабления международной напряженности, прекращения гонки вооружений, развития торгово-экономических связей. 20 июня 1955 года в Женеве состоялось совещание глав правительств СССР, США, Великобритании и Франции, в ходе которого обсуждался вопрос об укреплении отношений между сторонниками СССР, с одной стороны, и партнерами США, с другой. В работе совещания принимал участие министр обороны СССР маршал Советского Союза Г. К. Жуков, поэтому возвратившийся из Нью-Йорка полковник Большаков был назначен офицером для особых поручений при Жукове. Советскому министру обороны такой специалист был необходим.

В аппарате Жукова Большаков работал около двух лет. Опыт, приобретенный в период служебной командировки в США, позволял ему успешно выполнять непростые задания министра обороны. Более того, в коллективе аппарата Жукова Большаков быстро прижился. Он был человеком общительным, воспитанным, терпеливо выслушивал распоряжения начальников, отличался гибким характером, умел в меру выпить и закусить, никогда не терял голову и, как и министр обороны СССР, увлеченно играл на аккордеоне.

Этот важный период в жизни Большакова позволил ему приобрести опыт работы в высшем органе военного управления, общения с высокопоставленными военными руководителями. У Большакова появились и новые важные знакомые. Среди них — главный редактор газеты «Известия» Алексей Аджубей, зять Никиты Хрущева.

Когда 29 октября 1957 года Г. К. Жуков был снят с должности министра обороны44, закончилась и карьера Георгия Большакова в министерстве. Поэтому чиновники управления кадров Министерства обороны откомандировали его в распоряжение ГРУ для дальнейшего продолжения службы.

Там возвращение Большакова встретили неоднозначно. Одни сотрудники видели в нем сильного конкурента в борьбе за высокие должности, другие откровенно завидовали его успехам. Были и искренние друзья, которые приветствовали возвращение Большакова в разведку. К ним относились его коллеги по разведывательной работе в США Виктор Любимов, Юрий Гвоздев, Юрий Добролюбов и некоторые другие офицеры ГРУ.

Вскоре он стал старшим оперативным офицером отдела. В 1958 году Большакова, обладавшего опытом практической деятельности (разведывательной и журналистской), направили под «крышу» действовавшего в те годы информационного агентства «Совинформбюро» (с 1961 года — агентство печати «Новости»), которое занималось распространением материалов советских авторов для публикаций в иностранных средствах массовой информации. За рубежом Бюро издавало журналы о Советском Союзе, например, в Вашингтоне оно печатало журнал «Soviet Life». По взаимной договоренности в Москве американцы издавали журнал «Америка», который был особенно популярен среди москвичей. Начали развиваться и творческие связи между советскими и американскими работниками кино, обсуждались перспективы поездки артистов Большого театра в США.

Работа, которую предложили Большакову, была творческой, в целом ему знакомой и интересной. В июне — августе 1959 года он принимал участие в организации визита вице-президента США Р. Никсона в Советский Союз. 24 июня 1959 года в Москве в торжественной обстановке была открыта американская национальная выставка. Москвичи проявили к ней огромный интерес, желающих побывать на выставке было много. Людям было интересно узнать, как живут их современники в США. Большаков готовил материалы по этой выставке для журнала «Soviet Life». В составе группы советских и американских журналистов Георгий Большаков сопровождал Никсона в поездке по Советскому Союзу. Среди американских репортеров, освещавших визит вице-президента США, оказался и Фрэнк Хоулмен, так пути Большакова и Хоулмена пересеклись второй раз.

В августе 1959 года в ГРУ Большакову присвоили оперативный псевдоним «Марк» и направили в Вашингтон в качестве заместителя редактора журнала «Soviet Life».

Большаков прибыл в Америку 22 августа и сразу же активно включился в работу. Она была связана с подгонкой материалов московских авторов к требованиям американских средств массовой информации. Этим занимались американские редакторы, работавшие в информационном отделе советского посольства. Их работой руководила талантливая журналистка Лилиан Хенли, Большаков поручал ей обработку статей. В Москве они были написаны академическим английским, поэтому Лилиан и два других редактора тщательно перерабатывали эти статьи, придавая им стиль, понятный американцам.

Большаков в редакторские дела Лилиан не вмешивался. Наладить отношения с ней Георгию помогла сотрудница информационного отдела советского посольства Людмила Тихоновна Лезжова. Она владела английским, вела в журнале «Soviet Life» авторскую колонку, в которой иногда делилась с американскими читателями своими мыслями о жизни, семье и политике. Людмила Тихоновна была женой Героя Советского Союза Ивана Лезжова, который занимался в Вашингтоне военно-дипломатической деятельностью. Участник Великой Отечественной войны подполковник Иван Иванович Лезжов был сотрудником советской военной разведки45.

Большаков контролировал печать тиража в одной из американских типографий. В то же время его основной целью было проведение разведывательной деятельности. В задании на командировку, утвержденном начальником ГРУ, Большакову предписывалось заниматься сбором сведений, вскрывающих подготовку США к войне против Советского Союза46.

Выполняя задание командования ГРУ, начальником которого в 1958 году стал генерал армии Иван Серов, Большаков развил активную деятельность. В сравнительно короткий срок он установил контакты с местными журналистами — сотрудниками крупных американских газет «Вашингтон пост», «Нью-Йорк Таймс», «Крисчен сайенс монитор», репортерами американских и английских информационных агентств. Встретился он и с корреспондентом газеты «Дейли Ньюс» Фрэнком Хоулменом. Дружеские отношения были восстановлены.

Активность Большакова, стремление расширить круг знакомых среди американских и европейских журналистов, представителей средств массовой информации стран Латинской Америки насторожили агентов ФБР, деятельностью которого руководил Эдгар Гувер. Было установлено тайное наблюдение за Большаковым. Часто контрразведчики демонстративно обозначали свое присутствие, оказывая психологическое давление на Большакова и давая ему понять, что его деятельность находится под их постоянным контролем.

Чрезмерное внимание агентов ФБР к Большакову сохранялось и во время визита в США Никиты Хрущева, состоявшегося в сентябре 1959 года.

Встречи американского президента и советского премьер-министра, а также другие официальные мероприятия, связанные с визитом Хрущева, находили свое отражение в пресс-релизах советского посольства, которые готовил Большаков.

Советским послом в США начиная с 1958 года был М. А. Меньшиков. По первой профессии бухгалтер, он смог, однако, сделать головокружительную карьеру на дипломатическом поприще. Судя по отдельным фактам, Меньшиков особым почтением в Госдепартаменте США не пользовался. В администрации президента Эйзенхауэра считали, что Меньшиков «не обладал достаточными полномочиями». Тем не менее визит Хрущева он подготовил на высоком уровне.

Фрэнк Хоулмен тоже написал свою статью о визите Хрущева в США, в которой подверг советского руководителя критике за его импульсивные высказывания. На эту статью резко отреагировали советские центральные газеты. Хоулмен пожаловался Большакову на то, что теперь его не пустят в СССР во время ответного визита Эйзенхауэра. Большаков по-дружески посоветовал американскому репортеру быть более объективным и не поддаваться эмоциям.

Большаков, как сотрудник советского посольства, сопровождал Хрущева в его поездке по Америке. Эта поездка и активная работа по информационному обеспечению визита Хрущева в США позволили Большакову познакомиться с влиятельными людьми, окружавшими советского лидера, а также расширить полезные связи среди известных американских журналистов.

В октябре 1959 года кандидат в президенты США сенатор Джон Кеннеди, выступая в Рочестерском университете накануне выборов, призвал США и СССР освободиться от бремени вооружений, утверждая, что США не хотят ядерной войны и предложил СССР и США соревноваться в области торговли и производства47.

Предложение заслуживало внимания, но реализовать на практике его оказалось чрезвычайно трудно: в США было много влиятельных политиков, которые выступали против нормализации советско-американских отношений. Причина? Гонка вооружений приносила американским корпорациям баснословные прибыли.

Большаков, выполняя задание начальника ГРУ, готовил объективные донесения о деятельности администрации Эйзенхауэра, популярность которого среди избирателей снижалась. Былые заслуги, достигнутые в годы Второй мировой войны, со временем потеряли блеск. Новых заметных достижений в управлении страной и повышении жизненного уровня людей не было. В одном из донесений в Центр Большаков высказал предположение, что в 1960 году на очередных выборах президента США победу одержит представитель демократической партии Джон Кеннеди.



40 Добрынин А. Ф. Сугубо доверительно. М., 1996. С. 39.
41 Там же. С. 38.
42 Ладыгин Ф. И., Лота В. И. ГРУ и Карибский кризис. М., 2012. С. 15.
43 Большаков Г. Горячая линия // Новое время, 1988, № 4. С. 38.
44 Никаноров А. В. Великий полководец маршал Жуков: Исследование жизни и деятельности: в 2-х т. Т. 2. М., 2010. С. 103.
45 Лезжов И. И. Дальний разведчик. М„ 2005. С. 375.
46 Ладыгин Ф. И., Лота В. И. ГРУ и Карибский кризис. М., 2012. С. 20.
47 Громыко А. 1036 дней президента Кеннеди. М., 1971. С. 129—130

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2233

X