Глава третья. Обстановка обостряется
В напряженные дни Карибского кризиса в Вашингтоне интенсивно действовала резидентура внешней разведки КГБ, которой руководил советник посольства Александр Семенович Феклисов. В «Дипломатическом листе советского посольства», издававшемся Госдепартаментом США, Феклисов числился под фамилией Фомин.

Первые сведения о возникновении кризиса резидентура КГБ «получила в полдень 21 октября от советского корреспондента»190. Журналист сообщил Феклисову, что многие американские репортеры «сутра собрались у Белого дома, где под председательством президента заседает кабинет вместе с руководством Пентагона»191. Корреспондент считал, что ожидают каких-то важных событий.

Резидент попросил журналиста, который, видимо, имел какое-то отношение к внешней разведке КГБ, встретиться с американскими репортерами и попытаться узнать у них характер обсуждавшихся в Белом доме вопросов.

В тот же день в советском посольстве состоялось совещание под председательством посла А. Ф. Добрынина, на которое были приглашены резиденты ГРУ, КГБ, руководители аппаратов военного, военно-морского и военно-воздушного атташе. В ходе совещания военный атташе генерал-лейтенант В. А. Дубовик сообщил о том, что в частях и соединениях американской армии, дислоцированных в южных штатах США, объявлена высшая степень боевой готовности. Военно-морской атташе, контр-адмирал Л. К. Бекренев сделал короткое сообщение о чрезмерной активности в Карибском море кораблей американских ВМС.

В то время ни посол, ни военный атташе какими-либо сведениями о размещении на Кубе советских ракет не располагали. Поэтому сведения о повышении уровня боеготовности частей американской армии были для руководящего состава советского посольства большой неожиданностью. Причины, которые заставили президента США провести экстренное совещание в Белом доме, также представляли несомненный интерес. Резиденты ГРУ и КГБ высказали предположение о том, что совещание, корабли ВМС США в Карибском море и приведение частей американской армии в южных штатах в боевую готовность связаны между собой и могут быть признаками того, что администрация Кеннеди готовится что-то предпринять против Кубы.

Ночью 21 октября сотрудники советской разведки провели наблюдение за «зданиями Белого дома, Пентагона, Государственного департамента и ЦРУ»192 и отметили, что в окнах Белого дома и Пентагона даже после окончания рабочего дня длительное время горел свет, на автомобильных стоянках оставалось значительное количество автомобилей, что свидетельствовало о том, что в высших эшелонах власти США непрерывно продолжалась интенсивная работа.

Неопределенность и напряженность обстановки в Вашингтоне заставила Добрынина установить в посольстве с 22 октября круглосуточное дежурство дипломатического персонала. Всем сотрудникам было поручено активизировать сбор «информации относительно секретных совещаний в Белом доме»193. Одновременно на случай возможного нападения была усилена охрана, в двери врезаны дополнительные замки, установлены запоры на всех этажах, проведена проверка сигнализации и средств экстренного уничтожения секретных документов194.

Утром 22 октября известный обозреватель телекомпании «Эй-би-си» Джон Скалли неожиданно пригласил А. С. Феклисова на завтрак. Ранее они всегда встречались во время ленча или позже.

Скалли еженедельно готовил телепрограмму «Вопросы и ответы», в которой принимали участие американские министры, конгрессмены, политические деятели. Программа пользовалась большой популярностью, что сделало Скалли известным телеведущим.

Самым важным в биографии Джона Скалли было то, что он был знаком с Джоном Кеннеди и поддерживал с ним деловые отношения.

Феклисов и Скалли были знакомы около полутора лет. Эпизодически встречаясь, они обменивались мнениями по различным проблемам внешнеполитического характера. Проблем в советско-американских отношениях было много, встреч — тоже.

Вспоминая в 1999 году об этих встречах, резидент КГБ писал: «Беседуя со Скалли, я узнавал много о привычках и жизни американцев. От него удавалось получать полезную несекретную информацию. Я объяснял неясные ему стороны политики Москвы. Отношения у нас сложились хорошие, мы называли друг друга по имени. Но в общении с ним я осторожничал, подозревая, что о встречах со мной он докладывал в Госдепартамент или ЦРУ»195.

22 октября Феклисов и Скалли встретились в ресторане «Оксидентал». Разведчик так описал обстановку встречи и поведение американского телеведущего: «Скалли выглядел взволнованным. Без предисловий он начал обвинять Хрущева в агрессивной политике, говоря, что тот во время венской встречи вместо переговоров пытался путем диктата навязать Кеннеди свою позицию по Западному Берлину, а теперь угрожает США ракетным обстрелом с Кубы»196.

Феклисов перевел разговор на внешнюю политику Вашингтона, напомнил, что США пытаются окружить СССР, сетью военных баз, сколачивают антисоветские военные блоки, упомянул о полетах самолетов U-2 над территорией Советского Союза, попытках Эйзенхауэра и Кеннеди свергнуть правительство Кастро.

Несомненно, Феклисов был подготовленным специалистом, который хорошо знал историю международных отношений. Завершая разговор со Скалли, он сказал, что США являются инициаторами гонки вооружений и агрессивных действий. Советскому Союзу приходится принимать лишь меры оборонительного характера.

Скалли куда-то торопился, поэтому вскоре беседа была завершена. Прощаясь, он сказал, что Джон Кеннеди в семь часов вечера выступит по телевидению с важным обращением к американскому народу, в котором объявит меры, принятые правительством против Советского Союза и Кубы.

Скалли сказал правду. Вечером Джон Кеннеди действительно выступил по телевидению. Он обвинил Советский Союз в проведении агрессивной политики, сказал, что Куба превратилась в форпост СССР в западном полушарии. Главное, о чем поведал американский президент своим ошарашенным избирателям и всей мировой общественности, состояло в том, что Советский Союз размещает на Кубе свои ракеты, которые могут быть использованы для нанесения ядерного удара по Вашингтону, Нью-Йорку, Мексике, Панамскому каналу.

Президент сообщил, что для прекращения строительства на Кубе советских ракетных баз будет введен строгий морской карантин вокруг острова, что он отдал приказ кораблям ВМС США останавливать и досматривать все суда, направляющиеся в сторону Кубы, в случае обнаружения на этих иностранных судах оружия возвращать их в порты отправления или для дополнительного досмотра — в американские порты.

Кеннеди также заявил, что вооруженные силы переводятся в повышенную степень боевой готовности, что США внесли в Совет Безопасности ООН резолюцию, требующую, чтобы СССР демонтировал пусковые установки ракет и вывез их с Кубы.

После этого выступления президента неопределенность, в которой пребывали советский посол Добрынин, руководители резидентур КГБ и ГРУ, а также аппараты советских атташе, превратилась во вполне конкретную определенность — на Кубе размещены советские ракеты среднего радиуса действия. Это обстоятельство радикально изменяло обстановку и требовало и от дипломатов, и от разведчиков принятия чрезвычайных мер, ведь в таких условиях достоверные сведения о планах и намерениях противостоящей стороны приобретают исключительную ценность.

22 октября американская военная машина заработала почти на полную мощь, она была готова к такому повороту событий. Генералы дождались своего часа, когда они могли продемонстрировать свою профессиональную выучку, силу американского оружия и готовность защищать свободу, которой, впрочем, тогда никто и не угрожал.

Резко активизировал свою деятельность Госдепартамент США. По дипломатическим каналам среди представительств стран Латинской Америки и союзников США по блоку НАТО была развернута антикубинская деятельность.

Не без ведома Белого дома и Госдепартамента в американских СМИ развернулась жесткая кампания против Советского Союза. В антисоветскую шумиху включился и Пентагон, который стал снабжать СМИ военными сведениями. В печати появились сообщения о том, что на пути к Кубе находятся 25 советских торговых судов и что корабли ВМС США встретят их в открытом море. Видимо, для придания чрезвычайной напряженности несколько раз в сутки сообщалось о сближении этих судов, распространялись сведения о том, что у кубинского побережья обнаружены советские подводные лодки, сообщалось, что президент приказал непрерывно следить за этими подводными лодками и распорядился принять дополнительные меры для охраны американских авианосцев, действовавших в Карибском море197.

Для чего Джон Скалли 22 октября пригласил его на завтрак, Феклисов тогда не понял. Время было напряженное и не располагало к размышлениям. Действительно, трудно было понять прихоть американского телеведущего, который ничего конкретного не сообщил советскому дипломату и ничего не пытался узнать.

Возможно, позже Феклисов понял, что спонтанное предложение Скалли «позавтракать» с ним было не чем иным, как отражением чрезвычайного напряжения, царившего в окружении Кеннеди, желанием предотвратить неотвратимое или попыткой предупредить советского дипломата о том, что кризис в советско-американских отношениях достиг максимального предела.

Но события, которые развернулись 22 октября в Вашингтоне, вокруг Кубы и в Москве, еще не были высшей точкой кризиса. Главное было впереди...

Обо всем, что происходило 22 и 23 октября в Вашингтоне и других американских городах, о приведении Вооруженных сил США в повышенную боевую готовность, о действиях кораблей ВМС США в Карибском море и об активизации полетов американских стратегических бомбардировщиков с атомными бомбами на борту резиденты КГБ и ГРУ сообщали в Москву. Эти сведения поступали Хрущеву, Малиновскому, Громыко.

В Москве недостатка информации об активно развивавшемся кризисе не было. В Кремле, в зданиях Министерств обороны и иностранных дел свет в окнах тоже не гас до глубокой ночи не только 22 и 23 октября, но и все последующие дни вплоть до конца 1962 года.



190Феклисов А. С. Карибский ракетно-ядерный кризис. Глядя из Вашингтона // Есин В. И. Стратегическая операция «Анадырь»: мемуарно-справочное издание. М., 2000. С. 243.
191Там же.
192Там же. С. 244
193Феклисов А. С. Признание разведчика: Атомная бомба, Кариб-ский кризис — правда и ложь. М., 1999. С. 398.
194Феклисов А. С. Карибский ракетно-ядерный кризис. Глядя из Вашингтона // Есин В. И. Стратегическая операция «Анадырь»: мемуарно-справочное издание. М., 2000. С. 244.
195Феклисов А. С. Карибский ракетно-ядерный кризис. Глядя из Вашингтона // Есин В. И. Стратегическая операция «Анадырь»: мемуарно-справочное издание. М., 2000. С. 243.
196Там же.
197Там же. С. 244.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2184

X