Золото Советского Союза (1918-1990)
К наиболее важным в этот период относится декрет СНК от 31 октября 1921 г. «О золотой и платиновой промышленности» (СУ, 1921 г., № 74. С. 604), в котором «Подтверждая, что золотоплатиновые месторождения в пределах РФ составляют исключительную собственность государства, и признавая за делом разработки этих месторождений особо важное государственное значение в целях увеличения добычи золота и платины... Совет Народных Комиссаров постановил: 1. Предоставить всем гражданам РСФСР, кооперативам, артелям и прочим объединениям право производить поиски, разведку и добычу золота и платины на землях РСФСР, а также получать от государства для эксплуатации на договорных началах государственные золотоплатиновые предприятия и прииски».
При этом на ВСНХ возлагалось определение регионов, открываемых для частного промысла, а также договорных условий и правил ведения таких работ. Вместе с тем устанавливалось, что все золото и вся платина, добываемые на территории РСФСР, должны неукоснительно сдаваться в государственные приемные пункты, с оплатой за них денежными знаками РСФСР либо, по желанию сдатчика, продовольствием, предметами широкого потребления, инвентарем для золотоплатинового производства и охотничьими припасами, но в размерах не более 50 % следуемой сдатчику суммы. Государственным предприятиям предписывалось производить оплату на тех же основаниях вольноприносительское и подъемное золото, добываемое в зоне действия этих предприятий. Одновременно золотничники и старатели приравнивались в отношении несения трудовой повинности к рабочим и служащим государственных предприятий. Первооткрыватели новых золото- и платиновых месторождений получали право на вознаграждение в виде единовременной премии или попудного отчисления с добываемого на этом месторождении металла либо в комбинации того и другого в размерах, устанавливаемых ВСНХ. Неоценимое значение указанный декрет имел в том, что наряду с государственной, восстанавливалась и укреплялась старательская добыча драгоценных металлов, сыгравшая в последующие годы значительную роль в пополнении государственных резервов этих металлов.
Вслед за указанным декретом был принят ряд других важных постановлений СНК РСФСР, в частности, от 6 марта 1923 г. «О мероприятиях по развитию золотой и платиновой промышленности» (СУ, 1923 г., № 20. С. 240) от 23 сентября 1924 г. «О мерах к подъему государственной и частной золотопромышленности» (СЗ, 1924 г., № 15. С. 151), а также от 16 мая 1927 г. «О льготах для государственных предприятий, добывающих золото наряду с другими полезными ископаемыми» (СЗ, 1927, № 28. С. 293). В 1928 г. ЦИК и СНК СССР приняли ряд постановлений, касающихся льгот для работников и старателей золотоплатиновой промышленности, в частности, от 22 июля 1928 г. «Об условиях применения труда старателей, занятых добычей благородных металлов и драгоценных камней» (СЗ, 1928 г., № 40. С. 365), от 12 сентября 1928 г. «О льготах для специалистов государственных предприятий по добыче золота и платины (СЗ, 1928 г., № 60. С. 538) и некоторые другие.
Благодаря реализации указанных и многих других решений, в том числе постановлений Совета Труда и Обороны (СТО), регламентировавших основные принципы и условия развития золотодобычи, а также предоставивших госработникам и старателям существенные льготы и преимущества, стимулирующие повышение производительности их труда, объем добычи золота в РСФСР стал неуклонно возрастать, составив в 1924 г. 14,5 т, а в 1928 г. достиг 36 т. При этом основная масса металла добывалась старателями-золотничниками, входящими в состав небольших артелей, оснащенных простейшими средствами механизации трудоемких добычных и промывочно-обогатительных операций, и вольноприносителями, число которых постоянно возрастало. В 1929-32 гг. меры, стимулирующие увеличение добычи золота и платины, были существенно усилены постановлением ЦИК и СНК СССР от 8 мая 1929 г. «О золотой и платиновой промышленности и о хранении и обращении золота и платины» (СЗ, 1929 г., № 33. С. 292) и последующими его уточнениями (СЗ, 1930 г. , № 8. С 94 и № 18. С. 204; 1932 г., № 1. С. 2 и № 13. С.69).
Рис. 14. Общий вид разработки ложковой россыпи артелью старателей-золотоничников на одном из приисков Восточной Сибири (начало 30-х гг. XX столетия)
В начале 30-х годов большое внимание было уделено наращиванию старательско-золотничной и вольноприносительской добычи золота, уровень которой достиг в 1934 г. 35,1 т (58,1 % к общесоюзной добыче — 60,4 т), превысив на 65 % отчетный за 1933 г. — 21,3 т (66,8 % к общесоюзной — 31,9 т). В связи с этим приказом от 27 февраля 1934 г. Наркомтяжпром Серго Орджоникидзе предписал всем государственным предприятиям «...превратить золотодобычу и золотоскупку в дело всего трудящегося населения золотопромышленных районов, вовлекая в работу все население приисков и близлежащих районов и устранив все препятствия к свободному и повседневному занятию золотым промыслом», обязывая далее «...в случае требования артелей старателей предоставлять им разведочные площади, выгодные для работ, и оказывать всяческую техническую помощь», а также предлагалось «...обратить особое внимание на снабжение инженерно-технических, рабочих и служащих, старателей-золотничников и прочих работников прод- и промтоварами, заранее подготовив на приисках и рудниках необходимое количество товаров в надлежащем ассортименте, учитывая требования каждого района; сделать снабжение рычагом в руках директора предприятия для поднятия производительности труда и перевыполнения программы».
Однако особое значение для дальнейшего развития старательского движения и связанного с ним укрепления золото-валютных резервов страны имело введение в 1932-34 гг. (СЗ, 1934 г., № 33. С. 250) золотого исчисления при расчетах со старателями и вольноприносителями за сдаваемые ими в государственный фонд золото и платину, а также золотооценочных операций при продаже сдатчикам этих металлов продовольственных и промышленных товаров в специальных магазинах по прейскурантам в золотом исчислении. Все это позволило значительно укрепить и расширить старательский сектор, который в 1937 г. достиг по численности 120 тыс. человек, обеспечивая добычу золота в объеме 46 т (34,2 % к общесоюзной — 134,6 т).
Интенсивное и устойчивое наращивание старательской добычи «встревожило» партийное руководство преобладанием «несоциалистической формы развития промышленного производства» и постановлением Экономсовета при СНК СССР от 25 июля 1938 г. было предписано преобразовать его в статус государственной с одновременной ликвидацией установленных ранее старателям льгот и преимуществ. Реализация этого постановления незамедлительно нанесла ощутимый ущерб государственным интересам. Уже в 1939 г. численность старателей по отношению к 1937 г. сократилась со 120 до 70 тыс. человек, а объем добычи и сдачи ими золота в госфонд — с 46 до 26 т, или на 43,5 %. Это довольно ощутимый для государственной казны «удар» вызвал негодование «отца народов товарища Сталина», который постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 27 апреля 1940 г. отменил указанное выше решение Экономсовета, восстановил старателям все действовавшие ранее льготы и, отметив допущенные в этой сфере «ошибки и перегибы» и недопустимость «огульного перевода» ее на госдобычу, которые «грубо извращали решения партии и правительства об отношении к старателям», снял с работы ряд ответственных аппаратчиков Наркомцветмета. К 1941 г. позиции старательской добычи драгоценных металлов были полностью восстановлены и вплоть до начала 50-х годов новых поползновений на их ущемление не предпринималось.
Окончание Великой Отечественной войны, нанесшей значительный урон народному хозяйству страны, потребовало срочного пополнения государственного золотого запаса, что возможно было достичь за счет укрепления материально-технической базы и ужесточения производственной дисциплины на предприятиях золотоплатиновой и алмазной промышленности.
Реализация данной задачи нашла свое воплощение в постановлении Совмина СССР от 2 сентября 1946 г. об увеличении добычи золота и платины в стране и передачи, в связи с этим, всех предприятий и организаций, структурно входивших до того, кроме предприятий Дальстроя МВД СССР, в систему цветной металлургии, в прямое подчинение МВД СССР, где на базе бывшего Главзолота было создано Специальное Главное Управление «Главспеццветмет» (СГУ МВД СССР).
Необходимо отметить, что переход золотоплатиновой промышленности Главзолота в ведение МВД СССР сопровождался не только отрицательным фактором — порождением на приисках и рудниках множества лагерей и отдельных лагерных пунктов с использованием труда заключенных («закрытого контингента» — ЗК), но и начавшимся энергичным техническим переоснащением действовавших предприятий, выявлением и вовлечением в эксплуатацию новых россыпных и рудных залежей золота, платины и природных алмазов, поиски и разведка которых осуществлялась преимущественно силами созданного при СГУ мобильного и достаточно хорошо оснащенного геологического управления. Старательские работы в этот период под держивались и продолжали развиваться, несмотря на отмену золотого исчисления при расчетах за сдаваемое золото и ликвидацию специализированных золотоскупочных магазинов в системе «Золотопродснаба». По представлению СГУ, правительством был издан ряд постановлений по данному вопросу, в частности, от 1 июля 1947 г., № 2283 «Об утверждении Типового устава артели старателей в системе Главспеццветмета МВД СССР», от 2 мая 1948 г., № 1457 «О мероприятиях по увеличению старательской добычи золота, платины и алмазов» и ряд других. Вызывает интерес сохранившийся в архиве проект постановления, подготовленный в то время СГУ, о награждении старателей правительственными наградами различных степеней за добычу и сдачу в госфонд определенного количества драгоценных металлов, который, к сожалению, не был утвержден, видимо, из-за изменившейся в стране политической ситуации. Однако известно, что в «хрущевскую оттепель» подобные постановления были приняты по сельскому хозяйству в отношении надоя молока, сбору чая и т.п. Тем не менее, сама подготовка такого проекта говорит о том, что уже тогда было обращено внимание на необходимость введения моральных стимулов для поощрения нелегкого труда старателей, вносящих не только заметный вклад в дело укрепления государственного золотого запаса, но и в совершенствование техники и технологии поисковых и добычных работ, особенно на удаленных от центральных приисковых баз и небольших по масштабу запасов месторождениях драгоценных металлов. В частности, в 1947 г. известный сибирский старатель П.Н. Недовес был удостоен Сталинской премии за создание и внедрение малолитражных драг в практику старательских работ (рис. 15).
Рис. 15. Старательские работы на золотоносных россыпях 30-х — начала 40-х гг. XX в.: вверху — гидравлическая разработка террасовой россыпи; в центре — строительство понурного «гидровашгерда» — простейшего промывочного прибора; внизу — первая малолитражная драга конструкции П.Н. Недовеса в процессе строительства
После определенного послевоенного подъема заметное торможение темпов развития золотоплатиновой промышленности произошло в период 1953-1964 гг., когда после изменения политической ситуации в стране, вызванной смертью «вождя народов», предприятия перешли из структуры МВД в ведение воссозданного вновь «Главзолото», а вскоре (с 1957 г.) «совнархонизация» вовсе раздробила эту важную отрасль по многочисленным территориально-обособленным, удельно-управляемым полипромышленным комплексам — совнархозам, что нанесло ей ощутимый урон, особенно в районах, где добыча золота занимала небольшой удельный вес в общем объеме производства, в частности, как это имело место в Хабаровском крае.
С ликвидацией совнархозов и образованием в конце 1964 г. единого Главного управления золотоплатиновой и алмазной промышленности (Главзолото), первое десятилетие деятельности которого характеризовалась высокой активностью в деле восстановления пришедших в упадок приисков и рудников, строительства здесь новых добывающих мощностей и развития всей инфраструктуры, общее производство золота в стране стало неизменно возрастать, достигнув своего абсолютного максимума в 1975 г. — 281 т. Однако уже с начала 70-х годов стал неудержимо возрождаться свойственный системе «вечный зуд структурных преобразований», быстро нарушивший устоявшуюся в промышленности и продуктивно действовавшую схему управления, вновь отбросив достигнутые отраслью результаты далеко назад. В итоге проведения очередной «реорганизации», в частности, преобразования золотопромышленных трестов вначале в комбинаты, затем в производственные объединения, была полностью ликвидирована хозяйственная самостоятельность первичных производственных звеньев — приисков и рудников с заменой сути их исконного призвания на некие безликие цехи, участки с одновременным сокращением большого количества линейного инженерно-технического персонала. Такая «глобальная реорганизация» привела к утрате приисками (рудниками) былой производственной оперативности и, что особенно печально, устоявшейся высокой степени ответственности за состояние и результативность их основной деятельности.
Непродуманное, по существу уничижительное, преобразование коснулось и собственно Главзолота, которое после «совнархозовского раздробления», было воссоздано в 1965 г. в составе Минцветмета СССР (постановление Совмина СССР от 23 октября 1965 г., № 816) и успешно функционировало вплоть до 1975 г., когда было вновь реорганизовано (постановление Совмина СССР от 29 апреля 1975 г., № 351) во Всесоюзное объединение золотодобывающей промышленности (Союз-золото). При этом постановлением устанавливалось, что в связи с территориальной раздробленностью отдельных предприятий было разрешено иметь в 11 производственных объединениях золотодобывающей промышленности специальный аппарат управления. Однако инженерно-управленческий состав собственно Союззолота был существенно сокращен, по отношению к «Главзолото», несмотря на значительную сложность структуры и состава подведомственных ему предприятий и организаций (табл. 3), что незамедлительно повлияло на уровень эффективности управления этой важной отрасли народного хозяйства.
Таблица 3
Струюура и состав ВПО «Союззолото» (по состоянию на 1983 г.)
Вверху — Председатель Совмина СССР А.Н, Косыгин в поездке по Магаданской области. Рассмотрение планов развития объединения «Северовостокзолото» в институте «Дальстройпроект» (слева направо): А.Н. Косыгин, главный инженер института И.Л. Коган, первый секретарь Магаданского обкома КПСС С.А. Шайдуров и генеральный Директор объединения Д.Е. Устинов (Магадан, 1974 г.); внизу — начальники «Главзолото»: 1965-1971 гг. — К.В. Воробьев (слева), 1971-1975 гг. — В.П. Березин (в центре) и начальник ВО «Союззолото» (1975-1983 гг.) П.Т. Жмурко (справа)
Царившая управленческая неразбериха привела к тому, что начиная с 1976 г. уровень годовой добычи золота из руд и россыпей государственными горными работами стал неудержимо падать и к 1980 г. (111,4 т) сократился на 24,7 т (на 18,2 %) и к 1985 г. (98,3 т) — на 37,8 т (на 27,8 %) по отношению к достигнутому в 1975 г. (136,1 т). Кстати, этот уровень так и не был достигнут до развала бывшего СССР, а видимое благополучие в работе «валютного цеха» создавалось за счет некоторого увеличения производства золота из вторичного сырья и самопроизвольного роста объемов добычи артелями старателей, несмотря на постоянно предпринимавшиеся действия по искусственному сдерживанию последней.
Справедливость требует отметить, что в годы начавшегося спада производства золота в стране, совпавшего с истощением «потока нефтедолларов» и масштабным разбазариванием государственного золотого запаса, наиболее патриотические настроенные руководители «Главзолота», к числу которых в первую очередь следует отнести светлой памяти К.В. Воробьева и В.П. Березина, а также прогрессивно мыслящие высшие должностные лица правительства бывшего СССР, особенно А.Н. Косыгин, Н.А. Тихонов, М.С. Смиртюков, И.В. Архипов и Г.Г. Ведерников, приложили немало энергии и усилий к стабилизации наметившегося падения уровня добычи золота и преломления этой ущербной для государства тенденции, чего нельзя, к сожалению, сказать в отношении руководства бывшего Минцветмета СССР. Однако все эти усилия в условиях неразберихи и непослушания, царивших в верхних эшелонах власти, а также наращивания «непримиримой борьбы» в аппаратах ЦК КПСС и КПК с «несоциалистической старательской формой» золотодобычи сводили на нет предпринимавшиеся меры и все более усугубляли положение отрасли.
В эти годы на предприятиях не использовались должным образом имеющиеся потенциально крупные резервы наращивания объемов производства драгоценных металлов, не создавался необходимый задел мощностей на перспективу, крайне неблагополучно складывалась обстановка с социальной сферой приисков и рудников, где продолжало использоваться множество бараков и ветхого жилья. Не уделялось должного внимания и заботы сохранению и подготовке новых квалифицированных кадров, следствием чего возник небывалый отток их с основного производства. Все это в совокупности обусловило запущенное состояние отрасли, если не говорить, что не лишено оснований, о приближении ее к близости полного развала. В частности, в 1991 и 1992 гг. объем добычи золота из недр России упал до небывало низкого уровня, составив всего, соответственно, 133,7 и 126,1 тонны, с сохраняющейся тенденцией дальнейшего его снижения (1998 г.— 105,8т).
В отношении деятельности артелей старателей период 1960-80-х годов характеризовался в целом достаточно стабильным наращиванием объемов добычи золота и проявлением ими незаурядной стойкости в противостоянии давлению различных центральных и территориальных властей.
Наиболее показательным в этом периоде являлись 1965-1979 гг., когда при поддержке государственных структур старательское движение организованно укреплялось и к середине 70-х практически полностью приобрело признаки одной из форм государственных разработок недр, осуществляемых по договорам с золотодобывающими предприятиями и под их контролем. Это вытекает из того, что условия производственной деятельности членов артелей старателей и работников государственных приисков стали сходными между собой, поскольку труд тех и других носил коллективный характер, с применением принадлежащей государству техники и производством необходимых затрат государственных средств.
Весьма важным элементом в деле закрепления правовой основы и государственной регламентации условий и порядка ведения старательской добычи драгоценных металлов явилось издание правительством бывшего СССР постановлений от 10 марта 1975 г., № 198 «Об утверждении Типового устава артелей старателей» (СП СССР, 1975 г., № 9. С. 47), а в последующем и от 3 мая 1984 г., № 393 «О мерах по улучшению деятельности артелей старателей» (СП СССР, 1984 г., № 17. С. 98), сыгравших важную роль в наращивании объема добычи золота этим способом.
Организационно за артелью старателей закреплялся статус кооперативного горнопромышленного предприятия, ставившего своей главной задачей разработку недр в целью добычи золота, платины и других дефицитных металлов собственными средствами и с помощью, оказываемой государством, в соответствии с Уставом артели и договором, заключаемым с горнодобывающим предприятием, на основе полного хозяйственного расчета, самоокупаемости и коллективного подряда с оплатой за конечный результат. Устанавливалось, что все горно-эксплуатационные работы должны осуществляться артелью старателей в пределах горных отводов предприятия, состоящего с ней в договорных отношениях, в соответствии с утвержденным проектом, а передача артели месторождения или его участка под разработку — этим горнодобывающим предприятием по акту, являющемуся неотъемлемой частью договора. Весь комплекс проводимых артелью работ, связанных с извлечением из недр, обработкой (доводкой), сдачей драгоценных металлов и документированием этих операций должны выполняться в соответствии с требованиями действующего законодательства и контролироваться горно-добывающим предприятием.
В своей деятельности артели старателей обязывались:
• сдавать государственному предприятию все извлеченные драгоценные металлы в установленном порядке и в сроки, предусмотренные договором, с оплатой их в согласованном размере, но не выше директивно установленных государственных расчетных цен на металлы, добываемые артелями старателей;
• обеспечивать сохранность золота, платины на всех стадиях добычи, переработки и транспортирования до приемных пунктов горнодобывающего предприятия, строго соблюдать действующие правила и инструкции по учету, хранению и сдаче этих металлов;
• проводить в необходимых случаях доразведку месторождений или их участков, переданных артели под разработку;
• повышать степень извлечения драгоценных металлов, уменьшать их потери при добыче и обогащении, снижать уровень разубоживания руд и песков;
• соблюдать технические условия, правила эксплуатации и безопасного ведения горных и взрывных работ;
• осуществлять необходимые мероприятия по рациональному использованию и охране природных ресурсов, а также приводить земельные участки, нарушенные при пользовании недрами, в безопасное состояние и пригодное для полезного использования их в хозяйственных целях в соответствии с действующим законодательством.
Период деятельности артелей старателей с середины 70-х — начала 80-х годов отличался особым качественным подъемом их организационной структуры, укреплением кадрового состава и технической оснащенности. В частности, к этому времени в системе бывшего Минцветмета СССР на добыче золота, олова и вольфрама использовалось более 23 тыс. старателей, объединенных примерно в 190 артелей, на вооружении которых имелось около 4,1 тыс. бульдозеров, в том числе 2,5 тыс. арендованных у горнодобывающих предприятий, состоящих с ними в договорных отношениях, 1,2 тыс. промывочных приборов, 1,7 тыс. автомобилей, 700 тракторов и другая техника. Вместе с тем, наличие обеспеченной сырьевой базы, включающей в основном состоящие на балансе горнодобывающих предприятий многочисленные небольшие по запасам россыпные месторождения золота, расположенные в удалении от центральных баз приисков, осваивать которые государственными горными работами экономически нецелесообразно, что имеет место и в настоящее время, обеспечивало с учетом высокой мобильности артелей старателей стабильное наращивание ими объемов добычи золота с 40 до 50 т и более в год при удельных затратах в 1,7-1,8 раза ниже, чем это достигалось предприятиями госсектора.
Руководители артели старателей «Печора» у монумента, сооруженного золотопромышленниками Северного Урала в честь посещения приисков цесаревичем — будущим императором Николаем II. В центре (третий справа) В.И. Тумаков, четвертый — секретарь партбюро артели С.А. Буткевич (фото В.А. Легнера, 1982 г.)
В 1983 г. в Совмин СССР обратился известный в стране организатор старательского движения, председатель артели «Печора», состоящей в договорных отношениях с объединением «Уралзолото», В.И. Туманов с конкретными предложениями по совершенствованию производственно-хозяйственной деятельности, повышению уровня руководства, упорядочению правовых основ и регламентации работ, выполняемых артелями старателей по договорам с горнодобывающими предприятиями, направленными в итоге на реализацию реальных возможностей существенного увеличения добычи драгоценных и остродефицитных цветных металлов в стране.
Учитывая, что на протяжении многих предыдущих лет В.И. Туманов возглавлял крупные и постоянно хорошо работавшие артели старателей в различных золотопромышленных регионах, а артель «Печора» была создана для решения важной государственной задачи, связанной с подготовкой к промышленному освоению и с развитием добычных работ на открытом в лесотундровой зоне бассейна реки Печора крупного Кожимского золотороссыпного района, для детального изучения его предложений непосредственно на место была направлена специальная правительственная комиссия в составе высококвалифицированных специалистов ряда министерств и ведомств, возглавить которую было поручено ст. референту аппарата Совмина ССР В.Г. Лешкову. В процессе работы комиссия обследовала все участки основной и подсобно-вспомогательной деятельности, тщательно ознакомилась с особенностями применяемой технологии, организации труда, оплаты и жилищнобытовых условий старателей, а также с постановкой учета делопроизводства, отчетности и перспективного планирования артели, сравнительный анализ которых с результатами работы других крупных артелей системы ВО «Союззолото» позволил комиссии в своем заключении отметить, что объективно раскрытые в записке Туманова «...возможности...повышения эффективности и производительности геологоразведочных (траншейные методы разведки с валовым и бороздовым опробованием) и добычных (короткая бульдозерная подача песков при учащенной перестановке промывочных приборов) работ заслуживают внимания... с целью более широкого внедрения этих методов». Одновременно рекомендовалось центральным органам рассмотреть «...с общегосударственных позиций вопрос о масштабе добычи золота и других остродефицитных цветных металлов с привлечением артелей старателей», а бывшему Минцветмету СССР — «...целесообразность создания при ВО «Союззолото» общесоюзного Совета или объединения (на хозрасчете) старательских артелей для коллегиального решения вопросов, связанных с производственно-хозяйственной деятельностью этих артелей, и централизованного руководства ими».
Доложенные правительству выводы и заключение указанной комиссии были в принципе одобрены и нашли свою реализацию в изданном постановлении Совмина СССР от 3 мая 1984 г., № 393 «О мерах по улучшению деятельности артелей старателей». Что касается создания объединяющего артели централизованного коллегиального органа с консультативно-посредническими, а возможно, и иными функциями, включающими, в частности, и элементы управленческого характера, если это будет признано необходимым выборщиками-учредителями, то по инициативе, исходящей, видимо, в большей степени от самих артелей старателей, чем от функционировавшего в то время Главалмаззолота СССР, в конце 80-х годов был образован Союз старательских артелей, Совет которого размещается и работает в настоящее время в г. Москве. В 1992 г. в указанный Союз входило более 250 артелей старателей общей численностью до 80 тыс. человек, добывших и сдавших в российский госфонд около 75 тонн золота (51,4 %) из 146 тонн общего производства этого металла в России за этот год.
Очевидные производственные и экономические достоинства «несоциалистической формы» и ее явные преимущества, четко проявившиеся к началу 80-х годов по отношению к государственной добыче, «зажатой» в узкие рамки «совковых нормативов», вновь «подняли в атаку» на старателей высшие партийные инстанции. Принятые ЦК КПСС (1980 г.), затем КПК при ЦК КПСС (1983 г.) и вновь ЦК КПСС (1987 г.) постановления по золотодобывающей промышленности, направленно касавшиеся главным образом мер ограничения, а затем и полного свертывания старательских работ в стране, оказали по существу разрушительное воздействие на эту важную отрасль народного хозяйства.
Следует обратить внимание, что в период «сталинского правления» все оперативно-управленческие и хозяйственно-административные вопросы народнохозяйственного значения решались постановлениями и распоряжениями Совмина (до 1946 г. Совнаркома) СССР, а отдельные особо важные из них — совместными постановлениями Совмина СССР и ЦК ВКП (б), преобразованного в 1952 г. в ЦК КПСС. В те времена Совмин СССР (Правительство СССР) действительно представлял собой высший исполнительный и распорядительный орган государственной власти страны. Однако в «хрущевские», а затем и в «брежневские» времена властные функции Правительства СССР в преобладающем объеме перешли в ведение и под контроль ЦК КПСС. Наглядным подтверждением этого являлось изменение «шапки» важнейших решений, которые стали именовать постановлениями ЦК КПСС и Совмина СССР. В эти же годы аппарат ЦК КПСС значительно расширялся, обрастая отраслевыми отделами, структурно повторяющими и контролирующими производственно-хозяйственную деятельность всех министерств и ведомств, превратившись, таким образом, из собственно партийно-политического в полновластный административный и хозяйственно-управленческий орган страны, что и явилось одной из основных причин развала Великой Державы, какой являлся СССР.
Беспрецедентному вмешательству «функционеров от партии» в производственно-хозяйственную деятельность отраслевого комплекса страны всемерно противостоял и препятствовал Председатель Совмина СССР (1964-1980) А.Н. Косыгин (1904-1980), что вызвало явную неприязнь к нему со стороны «генсека» и ряда членов Политбюро, приведшую в октябре 1980 г. к его преждевременной отставке.
Следует особо отметить, что при всей колоссальной загруженности А.Н. Косыгин неизменно уделял большое внимание развитию и укреплению отечественного «золотого цеха», постоянно следил за ходом выполнения государственных заданий по производству драгоценных металлов, подробно интересовался технико-экономическими показателями работы государственного и старательского секторов, оказывая добывающим предприятиям необходимую помощь в обеспечении их финансовыми и материальными ресурсами.
Также ответственно и заботливо относились к вопросам деятельности промышленности драгоценных металлов заместители А.Н. Косыгина — Н.А. Тихонов (с 1981 г. — Председатель Совмина СССР) и И.В. Архипов, которые неоднократно собирали у себя руководителей добывающих предприятий и крупных артелей старателей по вопросам выполнения текущих планов, перспектив дальнейшего развития и наращивания добычи золота в стране.
Недопустимое вмешательство партийных органов в оперативно-хозяйственную деятельность производственных объединений с планомерно и жестко внедрившимся в сознание руководящего состава предостережения за «недозволенные» действия, в частности, по расширению старательской добычи, а также нагнетанием в их среду чувства страха «партийной ответственности» и реакции на самосохранение, приводили к все более прочному укреплению тенденции спада общего производства золота, начавшегося в 1976 г., объем которого в 1984 г. (примерно 253 т) упал до самого низкого уровня за предшествовавшие 10 лет.
Следует особо отметить, что в те оды возглавлявший ВО «Союззолото» зам. Министра цветной металлургии СССР П.Т. Жмурко всемерно стремился не допустить снижения производства золота, мужественно отстаивая в центральных органах деятельность артелей, чем навлек на себя «непримиримую неприязнь» со стороны партфункионеров отдела тяжелой промышленности ЦК КПСС. В результате этого, по представлению секретариата ЦК, постановлением Совмина СССР от 1 июля 1983 г. № 587 Жмурко был освобожден от занимаемой должности, а его заместителю, курирующему старательские работы, А.А. Чагину КПК при ЦК КПСС объявил строгий партийный выговор.
Отрадным же в завершении этого «поучительного урока» явилось то, что указанным постановлением Совмина ССР на должность заместителя Министра цветной металлургии СССР — начальника ВО «Союззолото» был назначен талантливый производственник, администратор и хозяйственник, бывший Генеральный директор объединения «Якуталмаз», депутат Верховного совета СССР В.В. Рудаков, который при последовавшем преобразовании Союззолота в «Главамаззолото» при Совмине СССР (1988 г.) возглавил и успешно руководил этим Главком вплоть до развала СССР.
Представляется небезынтересным несколько раскрыть примерный сценарий и «технологию» подготовки «фактических материалов» для рассмотрения «вопроса» на секретариате ЦК КПСС, в частности, относящихся к принятому им в 1987 г. постановлению.
Для создания «убедительной очевидности и назревшей необходимости» рассмотрения данного вопроса на «самом высоком уровне» с целью «пресечения злостных нарушений системы социалистического производства» в золотодобывающей промышленности и доказательства «неотразимой презумпции виновности» ее руководителей в «криминогенных делах», к подготовке таких запрограммированных материалов были подключены основные отделы аппарата ЦК КПСС, от которых незамедлительно последовали соответствующие команды территориальным функционерам и правоохранительным органам «накопать показательный материал», порочащий деятельность артелей старателей и систему управления ими со стороны отраслевых госструктур и руководителей горнодобывающих предприятий. К выполнению этой неблаговидной задачи была привлечена специально созданная «под флагом» прокуратуры Союза группа следователей из числа особо конъюнктурно настроенных службистов от «правоохранения», готовых на любые фальсификации с тем, чтобы «во благо свое» сфабриковать «громкое дело» всесоюзного масштаба. К сожалению, на первом этапе им удалось создать видимость наличия в золотодобывающей промышленности страны «скоррупцированной старателыцины» во главе с лоббирующими ей «паханами» из числа руководителей предприятий и отраслевых структур государственной власти.
Приступив к своей «деятельности», следователи группы буквально «прорыскали» основные золотопромышленные районы бывшего Союза в сборе различных криминальных эпизодов любой давности, на основе которых настойчиво «лепили» крупное уголовное дело, практически порочащее деятельность всей золотодобывающей отрасли страны. Однако для «очевидной убедительности», видимо, требовался дополнительно «свежий фактический материал», что породило у дельцов этой грязной лепни идею «раскрутить» одну из известных, крупных по составу и хорошо работавших артелей системы «Союззолото». Объектом такой «раскрутки» была избрана упоминавшаяся выше артель «Печора», возглавляемая известным в системе инициатором старательского движения В.И. Тумановым — бывшим флотским штурманом, участником войны с милитаристической Японией, безвинно проведшим ранее около 8 лет в печально «знаменитом» колымском ГУЛАГе по отвратительно известной культовской статье 58-10, ч. I УК РСФСР «за антисоветскую пропаганду». И вот в декабре 1985 г. «следственная группа» провела с беспрецедентным нарушением законности «боевую операцию» по разгрому этой артели и одновременно возбуждением против ее руководителей нескольких «высосанных из пальца» уголовных дел, что свело на нет не только длительно и настойчиво осуществляемые правительством усилия по вовлечению в хозяйственный оборот открытого на европейском севере в республике Коми Кожимского золотороссыпного района, но и нанесло в целом значительный ущерб общегосударственным интересам. Беспрецедентная по наглости «наскока» следственная «операция» и заведомая предвзятость обвинений, сфабрикованных в адрес должностных лиц этой артели, привлекли внимание профессионально корректных и, в хорошем смысле, истинных правозащитников из числа работников высших подразделений прокуратуры Союза, которые нашли в себе мужество вынести на заседание коллегии вопрос о «деятельности» указанной выше «следственной группы».
В ходе последовавшего разбирательства были установлены отсутствие необходимых оснований для производства следственных действий, игнорирование требований уголовно-процессуального закона, а также прав и достоинства граждан. За безответственное отношение к исполнению закона, пренебрежение к служебному долгу и плутовство из органов прокуратуры был уволен следователь по особо важным делам, возглавлявший «следственную группу», строго наказаны другие ее члены и освобождены от занимаемых должностей ряд ответственных работников следственной части. Однако вытекающей из данных обстоятельств отмены возбужденных против артели уголовных дел не последовало, как, впрочем, и выявленный факт противозаконных действий указанной группы не был придан огласке. Более того, инициаторов подготовки партийного судилища нисколько не смутил позорный провал «следственной группы» и они, несколько изменив «тактику», напористо продолжали доводить начатое «дело» до задуманного завершения. С этой целью существенно активизировался «подбор нужной информации» с умелой подтасовкой и сплетением «выловленных» эпизодов в единый клубок жестко криминальных «фактов», с которыми «партия обязывала всех вести бескомпромиссную борьбу». Последовавшее затем обнародование этих «горячих» фактов в ряде многотиражных газет и журналов убеждали общественное мнение о наличии в системе золотодобывающей промышленности разветвленной сети «злостных расхитителей и распоясавшихся бандитов», наносящих колоссальный ущерб народному хозяйству.
Рис. 16. Былое «величие» севера Коми — заброшенные развалины «спецлагпункта» близ Инты (вверху) и строительство профилактория и административно-жилищного корпуса артели старателей «Печора» в пригороде Инты (фото В.А. Легнера, 1986 г.)
В числе первых открыла доступ «рыцарям пера» на свои страницы партийная газета «Социалистическая индустрия», когда в номере от 13 мая 1987 г. с чьей-то подачи (?) и «легкой руки» ее собственных «мужественных корреспондентов» В. Капелькина и В. Цекова был запущен в массы, наводя в ее рядах трепет и возмущение, тенденциозно «сконструированный», беспрецедентный с точки зрения журналистской этики «оглушительный» опус-боевик «Вам это и не снилось!» (Почему многие артельные добытчики становятся на путь преступлений?)». В последующей серии номеров «Социалистической индустрии» (от 23 и 30 мая, 12, 20 и 28 июня, 10 июля 1987 г. и др.) ее страницы заполнялись полосами откликов «возмущенных читателей» и комментариями редакции, целеустремленно «направленными» на «раздувание большого огня» вокруг искусно создаваемой «липы», не гнушаясь при этом прямых выпадов и намеков на причастность и сподвижничество «старательской уголовщине» ряда ответственных работников прокуратуры и центральных государственных органов. Вместе с тем, под этот непристойный «бой» партийной прессы «активисты-следователи» по существу терроризировали целые золотопромышленные регионы, производя различные «дознания» и аресты, как правило, невинных лиц из числа руководителей старательских артелей и некоторых золотодобывающих предприятий. Однако возбужденные против них уголовные дела в процессе последующих судебных разбирательств лопались одно за другим «как мыльные пузыри», оставляя в душе многих невинно униженных людей вечный след неприязни и презрения к лицам, содеявшим эти «дела» и не понесшим за свое злодейство никакой ответственности.
Следует подчеркнуть, что в числе невинно подвергшихся «следственному разгулу» — унизительным допросам, предвзятым обвинениям и наплевательским отношениям — оказались, помимо собственно старателей, многие известные руководители крупных золотопромышленных объединений и приисков. Жизнь некоторых из них оборвалась трагически. Так, не перенес унижения личности, покончив с собой выстрелом в сердце, талантливый производственник и администратор, кавалер ордена Ленина, заслуженный изобретатель РСФСР генеральный директор объединения «Лензолото» М.Е. Зафесов. Другие невинно провели в застенках от нескольких недель до месяцев. Однако все эти злодеяния «сходили с рук» функционерам от ЦК КПСС, прокурорским «следопытам» и «принципиальным борзописцам» из «Социалистической индустрии».
Копия уведомления Прокуратуры Коми АССР о прекращении уголовного дела против артели «Печора» в связи с отсутствием состава преступления
В числе последних, по настоянию прокуратуры Коми АССР, было прекращено производством следствие по артели «Печора», в уведомлении которой указывалось, что «...уголовное дело, возбужденное прокуратурой СССР... в части деятельности старательских артелей и объединения «Уралзолото», с проверкой в ходе следствия фактов, опубликованных в печати («Социалистическая индустрия», «Молодой коммунист» и др.), и финансово-хозяйственной дисциплины в артели «Печора» постановлением от 29 января 1988 г. прекращено в связи с отсутствием состава преступления в действиях должностных лиц артели «Печора», объединения «Уралзолото» и заказчиков (ИНГРЭ, ДРСУ-3 и др.)»,
Тем не менее, отмеченный «вал негативгцины, обрушившийся на общественное мнение со страниц «правдолюбивой» газеты ЦК КПСС, вызвал, видимо, некоторый «трепет» у прокуратуры бывшего СССР, которая в июне 1987 г. направила в ЦК КПСС аналитическую справку, в целом порочащую использование старательского сектора в стране, в которой отмечалось, в частности, что «Сложившееся неблагополучное положение в золотодобывающей промышленности страны требует... пересмотра действующего законодательства, регулирующего деятельность артелей, совершенствования руководства и контроля за ними, а также решения вопроса о постепенной их ликвидации».
Однако уже в этот период, когда в стране начали все явственнее проявляться признаки демократии, далеко не все органы массовой информации и должностные лица центральных структур государственной власти одобряли или не замечали потоки вульгарной фальсификации, выплескивавшиеся, по существу, огульно на всю систему золотодобывающей промышленности, со страниц ряда газет и журналов, с подачи некоторых «компетентных» корреспондентов и проходимцев от журналистики. В частности, положительные отклики о деятельности артелей старателей были опубликованы на страницах журнала «Коммунист» (июнь 1987 г., № 9), газет «Московские новости» (от 23 августа 1987 г. и от 10 января 1988 г.), «Строительная газета» (от 22 сентября 1987 г.), а также в рубрике «Прожектор перестройки», показанной на экранах ЦТ 26 января 1988 г., и в некоторых других средства массовой информации.
Энергичные усилия и принципиальная позиция в вопросе неправомерности назревавшего разгрома партийными функционерами старательского сектора, что, несомненно, нанесло бы непоправимый ущерб золотодобывающей отрасли и экономике государства в целом, с завидной настойчивостью, конкретным знанием дела и мужеством в противостоянии аппаратчикам ЦК КПСС, были проявлены со стороны заместителя Председателя Совмина СССР Г.Г. Ведерникова, курировавшего в то время золото-платиновую и алмазную промышленность страны. Его убежденность, настойчивость и непоколебимость в отстаивании своей, истинно государственной позиции в этом деле, существенно повлияли на «верховных жрецов партии», в результате чего вредное воздействие готовившегося по золотодобывающей промышленности «удара» было практически сведено до минимума. В частности, в принятом в октябре 1988 г. постановлении ЦК КПСС отмечалось, что в опубликованной в газете «Социалистическая индустрия» от 13 мая 1987 г. статье «Вам это и не снилось!» правильно поднимаются вопросы о серьезных недостатках в организации работы старателей на добыче золота, но «...критические замечания газеты направлены не на дискредитацию артелей старателей, а на устранение искривлений в практической деятельности этой кооперативной формы организации труда». Естественно, что постановление предписало министерствам, ведомствам и партийным органам «решительным образом улучшить деятельность...покончить с поверхностным руководством старательскими артелями... принять исчерпывающие меры по коренному исправлению недостатков в этом деле... усилить партийный контроль...» и другие тому подобные указания, а Минцветмету СССР, непосредственно, «...повести дело к тому, чтобы это была действительно кооперативная форма организации производства, основанная на демократических началах, принципах справедливости...». Вот таким пассажем завершили один из последних эпизодов длительной «борьбы» воинствующих приверженцев иллюзорного утверждения «коммунистических производственных отношений» в золотодобывающую промышленность, что стало возможным благодаря решительному противостоянию партократам истинных защитников и радетелей государственных интересов, к числу которых, несомненно, следует отнести и Г.Г. Ведерникова.
В летний сезон 1987 г. Г.Г. Ведерников с выездом на предприятия золото- и алмазодобывающей промышленности Якутской АССР и Иркутской области рассмотрел на месте вопросы развития и улучшения производственной деятельности этих предприятий, в том числе и артелей старателей.
В своем докладе Председателю Совмина СССР (Н.И. Рыжкову) о результатах этой поездки, касаясь работы артелей старателей, Г.Г. Ведерников особо подчеркнул следующее:
«С посещением артелей старателей объединений «Якутзолото» и «Лензолото» рассмотрены вопросы их деятельности. Артели работают на принципах бригадного подряда в условиях полного хозрасчета, занимая значительный удельный вес в общем объеме добычи золота в указанных объединениях. Несмотря на то, что ими разрабатываются более бедные месторождения с худшими горно-техническими условиями, производительность труда рабочих артелей в 1,7-2 раза выше, чем на государственных предприятиях, а издержки производства практически в 2 раза ниже. Такие же показатели характерны в целом по старательским артелям Минцветмета СССР, которые в 1982-1986 гг. обеспечили Министерству прибыль более 1240 млн. рублей, в то время как на государственной добыче получен убыток 192 млн. рублей.
Старательский способ позволяет быстро, с высоким экономическим эффектом вовлекать в отработку мелкие отдельные месторождения, разработка который промышленными предприятиями нерентабельна. Накоплен опыт использования артелей старателей на строительстве пионерных объектов в необжитых районах, в частности автодорог и жилья, не в ущерб основной работе по золотодобыче. Необходимо отметить, что возможности старательского способа ведения добычных и строительных работ используются еще недостаточно. Отдельные вопросы деятельности этих артелей как кооперативных хозяйств, включая вопросы режимного характера, требуют дальнейшего совершенствования».
Рис. 17. Общий вид разработки участка россыпи в бассейне р. Хомолхо («Лензолото») артелью старателей «Лена» (вверху) и зимнего стана старателей в глухомани приленской тайги (80-е гг. XX столетия)
В заключении своего доклада Г.Г. Ведерников полагал необходимым «принять согласованные с заинтересованными организациями проекты постановлений Совета Министров СССР «О мерах по улучшению руководства золото-платиновой и алмазной промышленностью Минцветмета СССР» и «О дополнительных мерах по улучшению работы артелей по добыче драгоценных и цветных металлов».
Сравнительные технико-экономические показатели добычи золота государственным и старательским сектором на предприятиях цветной металлургии за 1970-1986 гг. приведены в табл. 4.
Принципиальная оценка значимости укрепления валютного потенциала страны за счет совершенствования государственного и интенсификации развития старательского секторов в золото-платиновой промышленности, объективно и профессионально высказанная Г.Г. Ведерниковым, была воспринята в среде «приверженцев партийной линии» весьма негативно, особенно в части, касающейся преимуществ старательских работ, что завершилось в итоге освобождением его от должности заместителя Председателя Совмина СССР и назначением послом в одну из европейских стран.
Поглощение партийными органами в центре и на местах административно-хозяйственных функций сводили на нет энергичные усилия патриотов-государственников к стабилизации складывающейся неблагоприятной обстановки в отрасли.
Вместе с тем, руководители собственно Минцветмета СССР уделяли крайне недостаточное внимание укреплению материально-технической и социальной базы, а также необходимому ресурсному обеспечению «Главзолото» — ВПО «Союззолото», что постепенно приводило к запустению его предприятий и указывало на невозможность их продуктивной деятельности и наращивания производственного потенциала в структуре многоотраслевого Министерства, каким являлась система цветной металлургии, сочетавшая в себе полипромышленный комплекс, выпускавший более 80 различных цветных и редких металлов и ряд продукции стратегического назначения.
Таблица 4
Сравнительные технико-экономические показатели добычи золота государственным и старательским сектором на предприятиях цветной металлургии за ряд лет
Продолжение табл. 4
Продолжение табл. 4
Окончание табл. 4
Примечание. Среднеотраслевая расчетная цена на золото, сдаваемое в Госфонд СССР предприятиями цветной металлургии, периодически устанавливалась постановлениями Совмина СССР и действовала, в частности, в 1970 г. в размере 4 руб., в 1975 г. — 6, в 1980, 1981 гг. — 8 и с 1982 г. в размере 12 руб. за 1 г химически чистого золота
Непрекращающийся спад производства золота, приведший, наряду с другими факторами, к уменьшению государственного золотого резерва, в частности с 719,5 т в 1985 г. до 680,9 т в 1987 г., вызвал необходимость рассмотрения в правительстве вопроса о придании данной отрасли особого статуса и перевода ее в прямое ведение Совмина СССР. Итогом этого рассмотрения явилось издание 14 апреля 1988 г. совместного постановления ЦК КПСС и Совмина СССР «О совершенствовании управления промышленностью по добыче, производству и переработке драгоценных металлов и природных алмазов», а затем и постановления Совмина СССР от 1 июня 1988 г. «Вопросы Главного управления драгоценных металлов и алмазов при Совете Министров СССР», по которым на базе бывшего ВО «Союззолото» было образовано со значительным расширением штата и функций новое Главное управление — «Главалмаззолото» при Совмине СССР. В прямое ведение этого главка вошли все предприятия и организации золотоплатиновой и алмазной промышленности системы Минцветмета СССР, в том числе и Казминцветмета, кроме металлургических заводов (комбинатов), перерабатывавших комплексные руды с попутным получением промпродуктов, содержащих драгоценные металлы, поставляемых в последующем на аффинажные заводы указанного главка, а также алмазоперерабатывающие предприятия Минприбора, за исключением золотоперерабатывающего предприятия «Мурунтау», оставшегося в ведении Минсредмаша.
За сравнительно короткий срок своей промышленно-хозяйственной деятельности (1988-1991 гг.) «Главалмаззолоту» удалось оказать заметное влияние на стабилизацию, а затем и на рост производства золота в стране на основе укрепления финансово-материального состояния подведомственных предприятий, повышения требовательности и исполнительной дисциплины. В результате за короткий срок наметилась устойчивая тенденция наращивания поставок аффинированного золота в Гохран СССР, что позволило уже на конец 1988 г. увеличить золотой резерв страны до 785,3 т (в 1989 г. — 850,4 т).
В 1989 г. был достигнут абсолютный максимум производства золота в СССР — 304 т (в 1990 г. — 302 т), из которых порядка 216 т (71,1 %) было выпущено предприятиями «Главалмаззолото», около 52 т (17,1 %) — Минсредмаша и примерно 36 т (11,8 %) извлечено попутно на металлургических заводах Минцветмета в процессе переработки комплексных руд. При этом доля предприятий РСФСР в общем объеме производства золота в стране составляла в 1989 г. — 72,8 % (221,3 т) и в 1990 г. — 66,7 % (201,4 т), в том числе артелями старателей добыто из недр и сдано в гохран, соответственно, 51 (23,1 %) и 52 т (25,8 %).
Территориальное и сырьевое распределение продуцентов золота в общепромышленном секторе СССР за 1989 г. характеризуется следующими показателями:
Примечание. В числителе приведены данные в тоннах, в заменателе — % к итогу.
Следует особо подчеркнуть, что в последние годы советского периода на предприятиях золотопромышленного комплекса широко внедрялись в практику горных работ государственного и старательского секторов на россыпных месторождениях мощное горнодобычное и обогатительное оборудование (рис. 19, 20) и прогрессивные, высокопроизводительные комплексные и комбинированные циклично-поточные технологии, обеспечивающие существенную интенсификацию добычных и вскрышных работ, сокращение сроков эксплуатации россыпи, что позволило снизить затраты на ее разработку, повысить производительность труда и, в конечном итоге, увеличить объем добычи металла и полноту использования недр. К таким технологическим схемам, в частности, относятся: экскаватор (драглайн) — драга, бульдозер — экскаватор (мехлопата) — автотранспорт, бульдозер — гидротранспорт, бульдозер — конвейер — отвалообразователь, экскаватор (мехлопата) — автотранспорт и ряд других схем с применением колесных скреперов, фронтальных погрузчиков и драглайнов. Говоря об эффективности указанных технологий разработки россыпей, следует особо отметить, что за создание и широкое промышленное внедрение одной из них, в частности «экскаватор (драглайн) — драга» группа ученых и специалистов была удостоена в 1986 г. Государственной премии СССР.
Рис. 18. Современная горная техника большой мощности, используемая на разработке золотоносных россыпей: 1 — погрузка продуктивных пород экскаватором ЭКГ-8И в большегрузный автосамосвал «Komatsu HD-1200»; 2 — общий вид разработки россыпи шагающими драглайнами ЭШ. 15.90 и ЭШ.10.70; 5, 3 — соответственно, высокопроизводительные самоходный скрепер «Caterpillar-657» и колесный фронтальный погрузчик «Dressta-560E»; 4 — общий вид участка вкрышных работ, осуществляемых мощными бульдозерами-рыхлителями
Используемая при комплектации этих технологий высокопроизводительная современная техника (сверхмощные бульдозеры-рыхлители, колесные самоходные и прицепные скреперы и ковшовые фронтальные погрузчики, крупные экскаваторы и большегрузные автосамосвалы, современные переставные промывочные приборы и разнообразные средства механизации трудоемких вспомогательных работ) обеспечивает существенное расширение области эффективного применения открытых способов разработки россыпей. Так, в советский период и ныне с внедрением этих схем открытыми горными работами успешно разрабатываются талые россыпи с глубиной залегания 15-40 м, а многолетнемерзлые — 8-10 м и в отдельных случаях до 30 м.
Многолетний практический опыт применения указанных технологий показывает их достаточно высокую мобильность и степень приспособленности к разработке россыпей различного состава и условий залегания, а взаимная увязка и гибкость схем компоновки оборудования позволяют поныне считать эти технологии технически совершенными и не требующими существенной корректировки.
Удельный вес проrрессивных технологий в общем объеме разработки золотоносных месторождений в советский период (1970-1990 гг.) характеризуется следующими усредненными данными (в процентах):
Разработка рудных и россьпmых месторождений
В табл. 5 приведены обобщенные данные по динамике и структуре производства золота в СССР за 1976-1990 гг.
Важнейшим фактором, обеспечивающим возможность и стимулирующим наращивание производства драгоценных металлов в стране, является уровень установленной на данный металл государственной расчетной (покупной) цены, в частности на золото, сдаваемое в госфонд горнодобывающими предприятиями.
В дореволюционной России, с проведением в 1897 г. по инициативе выдающегося государственного деятеля и патриота графа Сергея Юльевича Витте (1849-1915 гг.), денежно-финансовой реформы, когда в обращение была введена золотая валюта и золотое содержание рубля определено по массе в 0,774234 г чистого золота, государственная расчетная цена на этот металл была стабилизирована в стоимостном выражении 1,291599 рубля за 1 грамм его химчистоты.
Монопольное право обязывало все казенные и хозяйские (частные) золотодобывающие промыслы сдавать добытый металл в казну с оплатой по указанной выше расчетной цене за вычетом расходов на его аффинаж и передел до монетного сплава.
Казенные золотосплавочные лаборатории и приемные пункты (золотоскупки) принимали шлиховое золото у вольноприносителей и «вольных» старателей, включая «хищников», с пересчетом на химчистоту, по ценам на 15-20 и до 30 процентов ниже действовавших для промысловых сдатчиков.
Таблица 5
Динамика и структура производства золота в СССР, (в тоннах)
Окончание табл. 5
*С 1988 г. союзный главк - «Главалмаззолото» при Совмине СССР.
** У дельный вес в % к добыче золота из недр по Минцветмету.
В советский период монопольным правом на все операции с золотом, другими драгоценными металлами и алмазами, начиная от извлечения их из недр, переработки и реализации (на экспорт и внутри страны) и кончая учетом движения, формированием госрезерва и установлением цен (расчетных и отпускных для внутренних нужд), обладали только союзные структуры. Республиканские и региональные органы власти от непосредственного участия в решении данных вопросов были практически полностью отстранены, хотя на территории Российской Федерации, в частности, размещенными здесь предприятиями обеспечивалась добыча 100 % платиновых металлов и природных алмазов, 2/3 общего производства золота и значительной части серебра. Что касается установления расчетных цен и размера оплаты за сдаваемое в Госфонд золото соответственно для государственных предприятий и артелей старателей, то их предельные значения определялись и директивно вводились в действие решениями бывшего Совмина СССР раздельно для каждой из указанных форм хозяйствования, причем для артелей старателей размер оплаты устанавливался на уровне примерно 50 % от расчетной цены для госсдатчиков. В частности, постановлением Совмина СССР от 31 декабря 1981 г. были введены в действие с 1 января 1982 г. новые расчетные цены на химически чистое золото, сдаваемое в Госфонд СССР, в следующем размере: среднеотраслевая — 12 рублей за 1 грамм, отдельно для производственных объединений «Северовостокзолото» и «Якутзолото» — 15 и предприятия «Мурунтау» — 5, а за металл, сдаваемый артелями старателей, — 8 рублей за 1 грамм. При этом Союззолоту, а затем Главалмаззолоту разрешалось дифференцировать с учетом конкретных географо-экономических и производственных условий района добычи среднеотраслевую расчетную цену по предприятиям, входившим в их систему, а последним — размер оплаты артелям старателей, состоявшим с ними в договорных отношениях.
Возложенная на администрацию золотодобывающих предприятий обязанность неукоснительно соблюдать директивные указания, касающиеся порядка определения размера оплаты за добытый старателями металл, воспринималась артелями как «личные козни» руководства данного предприятия и его «желание» создать за счет «занижения» размера оплаты старательского золота некую «нетрудовую прибыль» для своего коллектива, что, по существу, не имело под собой оснований, но вызывало множество конфликтов, наносящих существенный ущерб общему делу.
Необходимо обратить внимание на то, что в период функционирования СССР, вплоть до 1989 г., планирование производства золота в целом по стране и отдельным предприятиям-продуцентам осуществлялось по народно-хозяйственной номенклатуре «золото в шлихах и золото-серебряном сплаве», количественно включавшей этот металл от добычи из собственно золотоносных руд и россыпей (золото на шлихах), извлеченный попутно из комплексных руд (золото в золото-серебряном сплаве), а также из вторичного сырья и добытый предприятием «Мурунтау» Минсредмаша (золото аффинированное). С 1989 г. все эти категории производимого в стране золота были объединены в единую — золото аффинированное обычно не ниже 995-й пробы (в отечественной практике — 999,8-999,9).
По уточненным расчетным данным за весь советский период (1918-1900 гг.) золотопромышленными предприятиями СССР было добыто из золотоносных руд и россыпей, извлечено попутно из комплексных руд, а также из вторичного сырья в номенклатуре нархозплана (золото в шлихах и золото-серебряном сплаве) 12048 т, из которых порядка 11 тыс. т химически чистого металла, в том числе за последнее пятилетие (1986-1990 гг.) около 1415 т (12,9 %).
Суммарный объем общего производства золота в СССР (1918-1990 гг.) приведен в табл. 6.
Золотой запас СССР, практически перешедший в наследство суверенной России, составлял на конец 1991 г. всего 290 т (на 01.01.96 г. — 116 т), т.е. был более чем в 2,7 раза меньше, чем по состоянию на 1 января 1990 г. (784 т, см. табл. 7). В связи с этим невольно возникает вопрос: куда, как и на какие цели расходовалось всенародное достояние страны?
Таблица 6
Объем производства золота в СССР (1918-1990 гг.) (в химически чистом металле)
*В том числе извлечено:
из золотоносных руд и россыпей - 9007,7 т (82 %)
из них артелями старателей - 3243,0 т (36 %)
попутно из комплексных руд и из вторичного сырья - 1977,3 т (18 %).
Таблица 7
Количественное изменение государственных запасов золота в СССР за ряд лет, предшествующих его распаду
*На 1 октября 1991 г. (на 31 декабря 1991 г. - 290 т)
Следует обратить внимание, что в советские времена все сведения, связанные с объемом производства, наличием в казне, движением, поставками на внешний рынок и расходованием для внутренних нужд, являлись совершенно закрытыми, в открытой печати не публиковались и общественности страны не сообщались. Золото, другие драгоценные металлы на экспорт и для внутреннего потребления выделялись из Гохрана СССР на основании специальных решений правительства, подписывавшихся только его Председателем, и документально строго учитывались.
Накануне распада СССР в средствах массовой информации появилось множество публикаций с изложением различных версий о судьбе запасов золота СССР. В этих публикациях, нередко весьма надуманных и не отвечающих действительности, делались попытки «раскрыть тайны тропы» движения запасов золота, в том числе и на создание иллюзорного «золота партии», скрытно и бесследно обрести которое через Гохран СССР практически не представлялось возможным. Касаясь вопроса о золоте, поступавшем из Гохрана с распоряжение ЦК КПСС, то действительно по решениям Совмина СССР ежегодно утверждались планы отпуска драгоценных металлов для нужд народного хозяйства, в соответствии с которыми Управлению делами ЦК КПСС, как и другим ведомствам, отпускалось некоторое количество золотых ювелирных изделий для подарков руководителям других стран и партий, но это количество выражалось по массе лишь первыми килограммами и не более того. Никаких других отпусков золота для нужд ЦК КПСС из Гохрана СССР не производилось.
Относительно объективный ответ на вопрос о направлениях и объеме расходования золотого запаса СССР дает обобщенный анализ официальных сообщений, опубликованных в 1991 г. в российской печати, и специализированных обзоров зарубежных фирм и компаний, занимающихся аспектами производства и рынка золота. Специалисты данного профиля, преимущественно английских, швейцарских и американских компаний, издавна, особенно в годы, предшествовавшие распаду СССР, внимательно отслеживали состоянию и ситуацию, складывающуюся с добычей, расходованием и резервом золота в стране Советов. В обзорах этих организаций неоднократно констатировалось, что количество ежегодных продаж советского золота на свободных рынках и суммарный его расход с учетом внутреннего потребления и поставок странам коммунистической ориентации, ежегодно превышали объем производства этого металла, в результате чего золотой запас страны неизменно сокращался. В частности, только продажи золота на свободно конвертируемую валюту, систематически начавшиеся Советским
Союзом в «хрущевскую оттепель» с 1953 г., когда были реализованы первые 67 т этого металла, количественно составили на 01.01. 1986 г. («Gold — 1992», London, May, 1992, р. 17) 6306 т, в том числе за 1981-1985 гг. — 891 т.
В 1991 г., т.е. на грани распада СССР, в открытой печати («Известия», 9.09, № 215; «МН», 17.11, № 46) были опубликованы официальные данные Минфина СССР о количественном состоянии и движении государственных резервов золота в 1985-1991 гг. (табл. 7). Результаты обобщения этих, до того особо закрытых данных и сведений, публиковавшихся во всемирно известных лондонских обзорах «Gold», позволяют реально представить количественный состав и динамику расходования золотого запаса СССР в 1953-1991 гг. (табл. 8).
Таблица 8
Динамика движения золотых ресурсов СССР в период 1953-1991гг. (в тоннах)
Из данных табл. 8 следует, что в последние годы функционирования СССР (1986-1991 гг.) значительное количество наличного (текущего) золотого запаса страны (2242,3 т) экспортировалось за рубеж и реализовывалось на свободно конвертируемую валюту (1258,2 т — 56,1 %), в меньшей степени использовалось для удовлетворения внутренних нужд (694,4 т — 31 %) и лишь небольшая его часть (289,7 т — 12,9 %) сохранилась к моменту распада СССР в государственном резерве.
В общем объеме расходования золота на внутренние промышленно-производственные нужды страны основными по значимости и количеству потребления этого металла являлись электроника (414,6 т — 59,7 %) и ювелирная (256,2 т — 36,9 %) промышленность, а также в сравнительно небольшом масштабе — стоматология (10,4 т — 1,5 %), чеканка памятных монет и наградных знаков (4,2 т — 0,6 %) и на другие потребности (9 т — 1,3%).
<< Назад Вперёд>>
