А. И. Плигузов, И. А. Тихонюк. Послание Дмитрия Траханиота новгородскому архиепископу Геннадию Гонзову о седмеричности счисления лет
Средневековые схоласты немало сил потратили на уяснение календарных сроков обещанного конца света. Рассуждая о тех временах, когда никаких «лет не будет» и «знание упразднится», богословы добросовестно разбирались в прежней и современной им системе счисления лет, таблицах пасхалии, сведенных в древнерусскую «альфу», «канониях» других незнаемых народов.

Русским книжникам XV в. пришлось пережить несколько вспышек эсхатологических ожиданий, и самая яркая из них выпала на 1492 г. (год открытия Америки Колумбом), который был для Руси годом вступления в новое, восьмое, тысячелетие от «сотворения мира». Грозные исторические события усиливали страхи. На глазах у одного поколения пала и обратилась в прах тысячелетняя Византийская империя и грозные «измаилы» отовсюду обступали Балканы. Любое календарное совпадение на исходе седьмого тысячелетия осознавалось как значимое, любые строки лунных таблиц и вруцелетий были заведомо чреваты двойным смыслом, и второе, тайное, их значение определенно указывало на скорое светопреставление. Забегая вперед, книжники, страшась собственного знания, писали на полях пасхалии ламентации по поводу ожидаемого «страха и скорби».

Конца света в разных землях Руси ждали в разное время года. Многие думали, что вращение Миротворного круга должно остановиться в марте, как ожидал этого автор жития Стефана Пермского: в марте сотворен Адам, в марте иудеи вышли из египетского рабства, в марте же Мария услышала благую весть и в марте был распят Христос. Но большинство летописцев по-византийски начинали год с сентября и наиболее вероятным сроком второго пришествия считали сентябрь. Сентябрьские пасхалии размеряли время с начала Великого поста и продолжались до дня Петра и Павла (12 июля) — поэтому с июля 1492 г. ожидали «светопреставления». Срок был строго ограничен—между 12 июля 1492 г. и 27 января 1493 г., когда с недели мытаря и фарисея начинался очередной пасхальный цикл 7001 лета. Мартовский год был старше сентябрьского, поэтому приверженцы мартовского стиля не могли располагать продолжением пасхалии дальше лета 1492 г. и также настоятельно нуждались в новых хронологических выкладках.

До сих пор цикл древнерусского типикона определялся уже готовыми таблицами, сведенными византийскими или балканскими компутистами. Теперь же, после падения Византии, нужно было самостоятельно продолжить рядовую пасхалию, минуя подводные камни високосных годов, рифы эмболисмических месяцев и учитывая неизбежность накопления ошибок (например, к середине XIX в. православная пасхалия уже на три дня расходилась с солнечно-лунным календарем1). Задача эта сложна и потому, что каноническая традиция до сих пор не может дать непротиворечивого разъяснения календарных указаний Никейского собора 325 г., «Алфавитной синтагмы» Матфея Властаря и толкований Федора Вальсамона2 (впрочем, последние не были известны на Руси до 20-х годов XVI в.).

С середины 1480-х гг. Геннадий Гонзов, глава новгородского Софийского дома, вел напряженную полемику с собственной паствой. Священники Новгорода и сельских приходов, уклонившиеся в ересь, использовали всеобщие ожидания конца света для развенчания авторитета православных архипастырей. Новгород был наводнен иностранными купцами (преимущественно католиками), сюда приводили литовских полонянников (католиков и языч- пиков). Развитие городской культуры и ремесел создавали здесь благоприятную почву для зарождения «бюргерских» ересей. Напомним и о сепаратистских настроениях новгородского населения, немногим более десяти лет попавшего в зависимость от великого князя всея Руси. Все эти факторы обусловили чрезвычайно сложную ситуацию, вылившуюся в нескончаемые прения о вере. Пограничный Новгород должен был пройти через эти споры, чтобы стать тиглем будущего официального русского православия.

У новгородских еретиков был перевод астрономического сочинения тарасконского еврея Иммануила бен-Якоба — «Шестокрыл» (закончен в 1356 г.3), по которому новгородский поп Наум, уличенный в ереси, собирался исчислять фазы Луны после того, как истечет русская пасхалия. Список трактата бен-Якоба был получен новгородским владыкой, очевидно, от того же Наума, скопирован («да и написан у мене»,—сообщал Геннадий4) и более десяти лет хранился в Софийском доме. «Шестокрыл» подробно разобран архиепископом в посланиях Прохору Сарскому (1487 г.) и бывшему ростовскому владыке Иоасафу (1489), ссылку на «Шестокрыл» находим в календарном разделе библейского кодекса 1499 г.5

«Шестокрыл» нельзя безоговорочно отнести к специфически еретической литературе «жидовскаа мудръствующих». Гонитель еретиков Генпадий сверялся с этим трактатом в собственных расчетах, позднее заглядывал в сочинение бен-Якоба и псковский монах Филофей, ополчившийся на «звездочетцев»6. Вплоть до середины XVI в. «Шестокрыл» не вносился в индекс запрещенных книг7. Единственный полный список «Шестокрыла» первой четверти XVI в. принадлежал в начале XX в. Холмскому музею и частично был опубликован Л. И. Соболевским8, однако ныне утрачен. Происхождение списка и самого перевода неясны. Славист Соболевский на основании особенностей языка считал опубликованный им текст непосредственным переводом с иврита, выполненным где-то в Западной Руси. Гебраист Л. Я. Гаркави, напротив, полагал, что древнерусский перевод был осуществлен с греческой версии «Шестокрыла» Георгия Хрисококки9.

Расчет лет в сочинении бен-Якоба значительно отличался от расчетов русской пасхалии, и 7000 (1492) г. равнялся в тетрадях попа Наума 5228 г., из чего делался вывод, что, по «Шестокрылу», в 1492 г. пришествия Христова не будет: «лета христианского летописца съкратишася, а наша пребывают». Еретики имели в проекте заменить истекающую христианскую пасхалию таблицами «Шестокрыла» и собственными календарными выкладками. Список трактата, полученный новгородским владыкой, состоял из 276 колонок метоновских циклов по 19 лет, т. е. охватывал 5244 г. Геннадий же неожиданно предлагает другой расчет: «Ино те числа, что поставлены, 276 девятьнадесятниц лет будет 5228 (!)». Вряд ли владыка ошибся в арифметике, скорее эта разница объясняется тем, что, по летосчислению «Шестокрыла», в 1487 г. (дата геннадиевского послания) шел именно 5228 год, и кончаться рассчитанные таблицы должны были только через 16 лет, в 1503 г. (5244—5228=16), тогда как русская пасхалия — через 3 года.

В послании бывшему ростовскому архиепископу Иоасафу Геннадий еще раз повторит эти числа и снабдит их пояснением: «Ныне и деть шестаа девятнадесятица, по чему жидова лета чтут»10. Значит, если в 5244 г. последний из учтенных новгородским «Шестокрылом» метоновский цикл должен завершиться, то начаться он должен был в 5244—19=5225 г., и этот год можно считать началом 6-й «девятнадесятицы». В таком случае первая «девятнадесятица» должна была начаться в 1389 г., т. е. Наум вел свои таблицы примерно со времени составления «Шестокрыла» (разница составляет 33 года), а общее летосчисление начинал примерно (расчеты не сходятся лишь на один метоновский цикл) с 3761 г. до и. э., с начала традиционного еврейского летосчисления.

Список «Шестокрыла», опубликованный Соболевским, относится к более позднему времени; он включает не 276, а 277 метоновских циклов, т. е. был доведен до 1503+19=1522 г. Анализ текста этого памятника показывает, что отношение новгородского владыки к «еретическому» календарю не было столкновением обскурантизма русского православия и европейской гуманистической науки, а являлось встречей двух разных, но в культурном смысле примерно равнозначных (и стадиально близких) систем календарного счета: западноевропейской схоластики XIV в. и православной транскрипции идей Никейского собора. Преимущество еретиков в начавшейся полемике было невелико и носило случайный характер. У них на руках оказалось переводное пособие, где пасха могла быть выведена на 16 лет вперед, тогда как русская митрополия руководствовалась таблицами, в которых пасхальный цикл был рассчитан только на ближайшие три года.

Геннадий Гонзов, не имея ясного представления о различиях в летосчислении других народов, избрал не «календарный», а исторический способ полемики. Он, принимая допущение об общности начала истории у всех народов, «нашел в писании, что которой царь по котором был, и колко которой царь жил» — и этими хронологическими выписками заполнил все известное ему историческое время, в том числе и те годы, которые, по расчетам Наума, еще и не наступили. «И в те лета которые цари и паны и патриархи писана по именом, и то тех где вмещати?» - язвительно спрашивал Геннадий. И в самом деле, как средневековому книгочею ответить на этот вопрос и как "поступить" с царями и патриархами, жившими между 5508 г. до н. э. (сотворение мира) и 3761 г. до н. э. (начальная точка еврейского летосчисления), т. е. в течение 1747 лет?

«Шестокрыл бо взят от астрономии, яко капля от моря»,— писал новгородский владыка,— а наука звездозакония идет от ветхозаветного Сифа, третьего сына Адама, того самого Сифа, которого, по летосчислепию «Шестокрыла», как бы и не было, и патриарх Енох «написал дни и часы и лета», а Авраам учил египтян землемерию и расчетам земным. Геннадий стремится обесценить еврейские книги, напоминая, что наиболее важные иудейские сочинения были переведены в «еллиньском языце», «а жидова как распяли Христа, так их в пленение предал бог, да и книги их истреблени быша». Поэтому все современные еврейские трактаты передают, по мнению Геннадия, «еретическое предание», а подлинную традицию «апостолов и святых отцов» следует искать в греческих книгах. Это категоричное утверждение новгородского владыки, с которым вряд ли согласятся современные гебраисты, было справедливо в отношении той книги, что видел сам Геннадий: «Шестокрыл», составленный в 1356 г., в самом деле к апостольской традиции никакого отношения не имел.

В поисках премудрости «еллинских книг» и обратился Геннадий к семейству греков Траханиотов. Новгородский владыка познакомился с ними еще чудовским архимандритом. Приехавшие в свите Софьи Фоминичны в 1472 г., Траханиоты с начала 80-х годов окончательно обосновались в России — Дмитрий Мануилович, Дмитрий Старый, как называли его современники, переводчик, боярин, глава двора Софьи Палеолог, его сын Юрий («Юшка») и брат, дипломат Юрий Мануилович. Отец московских Траханиотов, Мануил Траханиот Буллотес был известным греческим вельможей, участником Ферраро-Флорентийского и Базельского соборов11 и, по-видимому, сторонником церковной унии между католическим Западом и православным Востоком. Его сыновья, обретя новую родину в России, не рисковали высказывать униатские идеи, понемногу обрусели, укрепились в трудной для иноплеменника стране, и все трое в конце жизни приняли монашеский постриг, причем Юрий Дмитриевич уже после 1522 г., возможно в 1525 г., постригся в Чудовом монастыре под именем Геннадия — в честь бывшего покровителя, опального и давно покойного новгородского владыки12.

Геннадий, поставленный на новгородскую кафедру в декабре 1484 г., не прерывал связей с чудовскими монахами и продолжал пользоваться поддержкой своих столичных союзников, в том числе греков из окружения Софьи. Послание, отправленное Геннадием семейству Траханио- тов, пропало вместе с их родовым архивом, зато ответная грамота «Дмитриа Грека», посвященная полемике о сроках второго пришествия, сохранилась в нескольких списках, восходящих к архиву Софийского Дома.

Долгое время считали, что под именем «Дмитриа Грека» скрывается Дмитрий Ралев. Существовало и мнение, будто написал эту грамоту дипломат и переводчик Дмитрий Герасимов («Митя Малый»). Однако А. Д. Седельников обратил внимание на то, что в тексте автор послания говорит о себе как о «Дмитрии Старом», а этим именем звали именно Дмитрия Мануиловича Траханиота; ссылку в тексте послания на некоего Юрия А. Д. Седельников принял за бесспорное свидетельство участия в геннадьевской работе родного брата Дмитрия Траханиота — Юрия Мануиловича13. Так решился вопрос об авторе разбираемого послания. Датировка этого сочинения следует из расчетов в самом памятнике, там определенно указан 1488/89 г. Впрочем, Я. С. Лурье обнаружил один список, где все расчеты подведены под 1493 г. (ГПБ, F. I. 244), и еще один список грамоты (ГБЛ, Попов 18; прежний шифр, используемый Я. С. Лурье,—Муз. 2469), где расчеты указывают на 1513 г. Эти разыскания зародили у Лурье сомнение в правомерности принятой датировки, однако на другой возможной дате исследователь также не решился остановиться14.

В историографию новгородско-московской ереси (Я. С. Лурье, А. А. Зимин) послание Дм. Траханиота вошло как «довольно уклончивый ответ» ученого грека на недоуменные вопросы новгородского владыки15, причем подчеркивается, что Дмитрий Старый разделял эсхатологические настроения Геннадия. Только в недавнее время Б. Н. Флоря значительно уточнил этот вопрос, обратив внимание на осуждение Дмитрием «плотского смотрения», согласно которому конец света должен быть «седморичен» (прежде эта точка зрения но недосмотру исследователей инкриминировалась самому ученому греку)16.

Считаем своим долгом заново рассмотреть и опубликовать это послание, ибо до сих пор, как будет показано ниже, его данные недооценивались и его место в развитии полемической литературы конца XV в. еще нуждается в уточнении.

Публикуя в 1955 г. материалы по истории новгородско-московской ереси, Я. С. Лурье, Н. А. Соколов и А. А. Зимин опустили ряд важных источников, касающихся календарных выкладок обличителей (предисловие Геннадия к пасхалии, извещение о пасхалии Зосимы и др.)17. Имеется единственное издание послания Дм. Траханиота — 1861 г.18 Опубликованный и неверно датированный в комментарии (1491 г.). текст не может быть использован в современных ученых работах, так как он отражает фрагменты послания, сохранившиеся в двух поздних рукописях Соловецкой библиотеки, и сами эти фрагменты содержат дефектный текст. Отсутствует, например, упоминание о Юрии Траханиоте, и поэтому исследователи по-прежнему вынуждены через голову публикатора обращаться к рукописям.

Специальную работу по установлению истории текста и археографии послания «О седьмой тысяще» предпринял Я. С. Лурье.19 Он выявил 7 списков грамоты, сохранившихся в составе различных сборников, включая наиболее авторитетные (ГБЛ, Троицк. 730 и ГПБ, Q.XVII.15), и вслед за С. Ивановым указал на списки этого же послания внутри «Просветителя» Иосифа Санина.

Авторы настоящей статьи, обратившись к рукописной традиции послания Дм. Траханиота, установили, что в большинстве списков послание дошло в переработанном виде: оно не имеет заголовка, обращения к Геннадию, из него выброшены куски комментариев к 31-му псалму, упоминание о переводческой работе Юрия, а рассуждения по поводу аллилуйи перенесены из начала послания в конец. Эта переработка вполне может считаться самостоятельной редакцией. Из частного послания, каким является грамота Траханиота, текст превращен в анонимный трактат публицистического назначения. Из послания ученого грека сделан не формуляр грамоты, как это бывало с частными посланиями, а новое сочинение, основным назначением которого является разбор вопросов хронологии. От таких исправлений свободны наиболее ранние списки послания. Укажем на сборник, происходящий из библиотеки Троице-Сергиева монастыря, составленный там в 90-х годах XV в. (ГБЛ, Троицк. 730)20. В составе этого сборника на бумаге середины 80-х годов XV в. переписана грамота Геннадия Иоасафу. Назовем и формулярник волоколамского игумена Нифонта Кормилицына (ГИБ, Q.XV1I.15, 30-е годы XVI в.), составленный по материалам монастырского архива, где хранились многие документы, присланные Геннадием Иосифу Волоцкому.

На основании сверки текстов считаем возможным содержащийся в этих рукописях полный вариант послания назвать старшей его редакцией, непосредственно восходящей к авторскому списку Траханиота. В пользу этого вывода говорят следующие соображения:

а) на наш взгляд, обратное взаимоотношение списков невозможно, ибо превращение анонимного трактата об исчислении лет в частное послание Траханиота путем расширения текста за счет внесенных задним числом обращений к Геннадию и новых тем полемики представляется слишком сложной работой;

б) наблюдается текстологическая зависимость наиболее исправного и раннего списка анонимной редакции — ГБЛ, Муз. 8757/ГИМ, Епарх. 404-и следующих за ним списков не от общего протографа списков старшей редакции — ГБЛ, Троицк. 730 и ГПБ, Q.XVII.15, а только от протографа ГПБ, Q.XVII.15;

в) особая группа списков анонимной редакции, включенная в состав «Просветителя», находится в текстологической зависимости непосредственно от списка ГПБ, Q.XVII.15.

Списки старшей редакции могут быть сгруппированы по разночтениям следующим образом. Наиболее близки между собой Н и Ч (условные сокращения см. в приложении), их объединяет большая группа общих чтений (в нашей публикации это примечания 30, 35, 37—38, 42, 52, 53, 55, 58, 65, 77-78, 82, 83, 84, 111, 112, 126. См. Приложение). Обращает на себя внимание индивидуальный заголовок Ч (примеч. 1—2), который мог возникнуть от того, что в протографе этого списка никакого заголовка не было (как в Н); против предположения, что Ч — копия с Н, говорит то обстоятельство, что Ч не повторяет исправления Н (примеч. 50).

Список С 60-х годов XVI в., происходящий из библиотеки Кирилло-Белозерского монастыря, в принципиальных чтениях следует Троицк. 730 (примеч. 53, 77—78). Незначительны совпадения этого списка с Н (примеч. 3, 75); серия индивидуальных чтений, характерная для С, отделяет его от других списков.

Приближается к С список Син. 466, разночтения которого не подведены в нашей публикации (совпадают чтения примеч. 85, 91, 104, 106—107); индивидуальные особенности Син. 466 (доб. к примеч. 52, правка, имеющая своей целью принизить авторитет «латинской веры») в С не отразились. Характерной чертой Син. 466, объединяющей этот список с F.I.244 (выявлен Я. С. Лурье), является пересчет «каноний» на 1493 г. Следовательно, оба эти списка имели своим протографом переработанный в 1493 г. текст послания Траханиота, восходящий к протографу С.

Итак, все ранние списки (Троицк. 730 — С и Н-Ч) дают нам одну и ту же дату написания послания: 1489 г., и с этой датой согласованы все хронологические расчеты лет. Дмитрий Траханиот вел расчеты на текущий 1488/89 г. и, кроме того, сообщал в Новгород подробности переводческой работы Юрия. Если принять общее мнение о том, что упомянутый в послании Юрий — это Юрий Мануилович Траханиот (а этой атрибуции способствует как ответственный характер поручения, которое было впору солидному дипломату, так и указание на то, что у Юрия «мало досугов»; а Юрий Мануилович Траханиот действительно был занят в это время подготовкой посольства в Империю), а не Юрий Малый, «Юшка», сын Дмитрия Траханиота, начавший службу шестью годами позднее, в 1495 г. (думаем, что в последнем случае он был бы назван уменьшительным именем), тогда датировка послания еще более уточнится. Юрий Мануилович Траханиот 22 марта 1489 г. отбыл в составе посольства с Иваном Халеной и Костей Аксентьевым во Франкфурт к Фридриху III и всю оставшуюся часть года провел за границей21. В таком случае послание Дмитрия Траханиота следует датировать началом 6997 г. — мартом 6997 г. (1 сентября 1488 г.— 22 марта 1489 г.).

Списки младшей редакции послания делятся на две группы. Первая (назовем ее первым изводом) представлена несколькими списками, сохранившимися вместе со «Сказаниями о скончании седьмой тысячи» (источник 8— 10-го слов «Просветителя»). Наиболее ранний из этих списков волоколамского происхождения и датируется по бумаге первым десятилетием XVI в.22 Это две части некогда единой рукописи: ГИМ, Епарх. 404 и ГБЛ, Муз. 8757 (еще в 1857 г. составляла л. 204—230 в Епарх. 40423). Тексту Сказаний Епарх. 404/Муз. 8757 следует список последней четверти XVI в. ГПБ, Соф. 1460 из библиотеки Кирилло-Белозерского монастыря.

Тетради ГБЛ, Попов 18, которые Я. С. Лурье считал наиболее ранним списком послания Траханиота, также относятся к младшей редакции, к ее первому изводу, написаны на бумаге второго десятилетия XVI в.24 и сопровождаются послесловием, прямо датирующим их февралем 1513 г. Анонимный писец, отправляя Сказания и послание Дмитрия Траханиота своему корреспонденту, поясняет: «Да не мниши, яко аз сие списках, но преже нас некто потрудился о сем... сиа малая по разума моего осязанию в едино съчетах и достоиньству твоему послах, еже о седмотысящном въспросе. Написано бысть в лето 7024-мь, в 6 каланд февраля...» (л. 41—41 об.). Судя по позднейшей владельческой записи, рукопись хранилась в библиотеке Суздальского Спасо-Евфимьева монастыря, куда, вероятно, и была прислана в 1513 г.

Остальные списки Сказаний и послания Дмитрия Траханиота относятся к более позднему времени: ГИМ, Барсов 1429, 30-е годы XVI в. (рукопись волоколамского происхождения, заключительный текст об аллилуйе позднее был соскоблен), ГИБ, Соф. 1460, последняя четверть XVI в.; ГИБ, Кир.-Бел. 21/1098, конец XVI в.25

Особенностью первого извода младшей редакции послания Траханиота является связь ее с протографом списков НЧ (Приложение, примеч., 84, 108, 111), который сохраняет черты сходства с Троицк. 730, С, Сии. 466 (Приложение, примеч. 53, 58, 77—78); укажем также на единичное общее чтение с С (Приложение, примеч. 45).

Вероятнее всего предположить, что первый извод младшей редакции возник в Волоколамском монастыре на основе присланного туда из Новгорода списка послания Траханиота (протографа II) в процессе работы над «Сказаниями о скончании седьмой тысячи», так как все списки первого извода младшей редакции сохранились в приложении к этим «Сказаниям». Иосиф Волоцкий, составляя будущие 8—10-е слова «Просветителя», положил послание Траханиота в основу 8-го слова, а 8-е слово имеет в тексте точную дату написания: сентябрь 1492 — август 1493 г. 26. Значит, грамота Траханиота попала на Волок еще до того, как Иосиф принялся за работу, и между сентябрем 1488 и 1492/93 г. было сделано сокращение послания, этот текст назван нами первым изводом младшей редакции. Связь этого сокращения с работой над будущими словами «Просветителя» позволяет предположительно считать его автором самого Иосифа Санина.

Второй извод младшей редакции объединяет списки, известные нам только в составе «Просветителя». Временем возникновения второго извода могут считаться 30-е годы XVI в., когда игумен Волоколамского монастыря Нифонт Кормилицын, переписавший в свой формулярник Q.XVII.15 (л. 382—385) старшую редакцию послания Дм. Траханиота, прямо в тексте собственноручного списка киноварью проставил разметку сокращений и переноса кусков: «после», «конец», «отселе почни», «после сего о трегубой аллилуе». Именно в таком виде работавший под его руководством волоколамский писец и сам Нифонт (главка об аллилуйе переписана его рукой) перенесли отредактированное послание в текст «Просветителя», открывающий тот же формулярник, поместив фрагменты послания Траханиота вслед за 10-м словом книги Иосифа (Q.XVII.15, л. 155-157).

Композиция второго извода младшей редакции полностью повторяет композицию первого извода (т. е., как мы предполагаем, следует редакторской работе Иосифа Волоцкого), а текст второго извода точно передает особенности нифонтовского списка с учетом собственноручной правки волоколамского игумена, внесенной в текст старшей редакции. В нифонтовском списке старшей редакции первоначально было написано: «И укрепись та слова в людех...» (Троицк. 730, С, Син. 466 и Ч: «слава» ), затем выделенное нами слово подтерто, а поверх него читается: «словеса» — именно это чтение вошло во второй извод младшей редакции (в первом изводе: «слава»).

Список второго извода младшей редакции послания Дмитрия Траханиота в нифонтовском сборнике является протографом всех списков послания, обнаруженных в составе «Просветителя». Я. С. Лурье указал 21 список книги Иосифа, где, по его мнению, должен содержаться текст послания Траханиота 27. На самом деле таких списков 11. Перечислим их: 1) ГБЛ, Рогожек. 241.1, первая половина XVII в.; 2) БАН, Арх. С. № 195, середина XVII в.; 3) ГБЛ, Фунд. 172, 1665 г.; 4) ГИМ, Вахр. 219, 30-е годы
XVIII в.; 5) ГБЛ, Егоров 905, 30-40-е годы XVIII в.; 6) ГБЛ, Рогожек. 238, 60-е годы XVIII в. (отсутствует часть послания, трактующая проблему аллилуйи); 7) ГИМ, Уваров 837 (4°), конец XVIII в.; 8) ГПБ, Погод. 1135, середина XVII в. (начало текста об аллилуйе выскоблено); 9) ГБЛ, Упд. 486, середина XVI в.; 10) ГИМ, Синод. 454, вторая половина XVII в. (отсутствует текст об аллилуйе); ИРЛИ, кол. ИМЛИ, № 17, вторая половина XVIII в. (нет текста об аллилуйе).

Список «Просветителя» Q.XVII.15 содержит слой последовательной правки «Сказания о новоявившейся ереси» (проанализирован Я. С. Лурье).
Предварительные наблюдения позволяют предположить, что первые семь списков восходят к Q.XVII.15 еще в том варианте, когда Нифонт не исправил текста, а три последних — к уже отредактированному списку книги Иосифа. Список Погод. 1135 возник, как нам представляется, в результате контаминации списка краткой одиннадцатисловной редакции со списком, восходящим к Q.XVII.15.

Текст второго извода младшей редакции послания Дмитрия Траханиота был переведен на украинский язык вместе со всем текстом «Просветителя», вероятно, в целях борьбы с западнорусским социнианством XVII в.28 Единственный список перевода — ГИМ, Уваров 852 (4°) восходит к Унд. 486 или близкому к нему кодексу29, но не Син. 454 и не ИМЛИ 17.

По результатам наших разысканий составим стемму, чтобы зафиксировать достигнутое понимание истории текста грамоты Траханиота.



Выяснив историю текста грамоты Траханиота, обратим внимание на содержание этого любопытного документа. В послании — три основные темы: толкование аллилуйи, наблюдения над текстом 31-го псалма и принципы исчисления лет.

Интерес Геннадия, насколько позволяет судить грамота Траханиота, мог возникнуть в связи с различиями в обрядовой практике разных земель, подвластных Софийскому Дому.

Известно, что именно в Пскове XV в. оживленно обсуждалась эта проблема (житие Ефросииа Псковского), и в спорных вопросах псковичи, например, охотнее слушали «иконников», чем собственного архиепископа30. Геннадий, «сугубивший» аллилуйю (т. е. петь аллилуйю полагалось дважды), знал о католической «трегубой» аллилуйе в западноевропейской традиции, и это, видимо, колебало его уверенность в каноничности собственных действий.

Дмитрий Мануилович Траханиот, заглянувший по просьбе Геннадия в московские книги, никаких точных указаний на чинопоследоваиие аллилуйи там не обнаружил: «Ино, господине, того и здесе в книгах не описано», но сослался на свой опыт житья в других странах: «Но мне ся помнити, что и у нас (в Греции? в Литве? в Италии? — Авт.) и спор бывал между великых людий...» Поездивший по Европе грек, свидетель и, как мы думаем, сторонник установления союза православной России с католическим папским престолом (и католической Империей, с которой вскоре от имени Ивана III подписал договор его брат Юрий), не склонен был придавать слишком большого значения различиям в чинопоследовании: «Ино как ни молвит человек тою мыслию, так добро», — пишет он.

Не углубляясь в разбор этой темы, крайне запутанной синодальными историками и богословами, немало сил потратившими на дискредитацию «Стоглава», узаконившего сугубую аллилуйю, обратим внимание на то, что уже троицкие книгочии 90-х годов XV в. приписали к посланию Траханиота толкование Феодорита: «Аще ли же поют аллилуиа по дважды, а не тригубна, на грех себе поют и на осуждение...» (Троицк. 730, л. 488 об.).

Геннадий мог обратиться к ученому греку за консультацией по поводу значения слова «прикрышася» в Псалтири (пс. 31, ст. 1), так как в канцелярии Новгородского Софийского Дома не было толмачей, знающих греческий язык. Дмитрий объяснял владыке, что «прикрывание» грехов означает «отпущение». Эта филологическая справка вполне соответствует нашим представлениям о семантике данного слова в библейских текстах (ср. слова о «прикрытии зла» в 1 Петр., 2, 16; ср. 2 Фес., 2, 8) и согласуется со «Сказанием 31-го псалма», приписанным в Троицком монастыре к посланию Траханиота (Троицк. 730, л. 489— 489 об.).

Лингвистический фрагмент послания показывает, как хорошо успел изучить русский язык его автор, легко разделяющий будущее и «прешедшее» время (вспомним филологические затруднения Максима Грека) и умело пользующийся синонимией.

Собственно календарная часть послания Дмитрия Траханиота начинается с утверждения, будто в святоотеческой литературе (имеются в виду сочинения Иоанна Златоуста и Иоанна Дамаскина) содержатся размышления о семи веках существования мира, но нет ни слова о семи тысячах лет как сроке второго пришествия. Однако это утверждение неверно, потому что уже Иосиф Санин в 1492/93 г. отыскал у Никифора Ксанфопула точное указание на конец света после истечения седьмой тысячи лет, а не седьмого века31.

Заблуждения относительно скорого конца света Дм. Траханиот объясняет неправильным толкованием патристики и безусловной тайной сроков второго пришествия: «никто не весть числа веку».

Утверждение о том, что конца света следует ждать «в седмом числе», т.е. по истечении 7-й тысячи, 7-го года, 7-го месяца, которое исследователи приписывают самому Дмитрию Траханиоту (лишь Б. Н. Флоря оспорил этот тезис), на самом деле есть изложение взглядов его оппонентов. От подобных ложных мудрствований Дмитрий решительно отказывается: «Сиа... все помышлениа суть». Заметьте: полное исполнение числа семь мыслится московскими корреспондентами Траханиота не как арифметическая операция, а как бесконечное дублирование этой священной цифры, за которой никакого счета уже не может быть. Так, в Апокалипсисе наполнение чаши земных грехов выражается в тайном имени Антихриста тройственным повторением числа шесть. Может быть, и наполнение горнего мира, обозначаемое как 7777, конструировалось по аналогии с зашифрованным именем Антихриста — 666 — из «Откровения» Иоанна Богослова.

Возможность наступления конца света в разные сроки у разных народов, в соответствии с их системами летосчисления, Дмитрий также отводит: «Ино то лжа есть». Ученый грек находит место известным ему календарям внутри времени христианской истории, суммируя годы, отсчитанные каждой системой счисления лет, с годами, прошедшими от сотворения мира до составления тех или иных каноний, — разумеется, эти расчеты во всех случаях складывались в одну и ту же цифру — 6997 лет — и давали основание автору утверждать, что «коли уже начяло всем едина, и лета до сех мест приходит на едино, подобает же и концу всем едину быти».

Дмитрий Старый, перечисляя канонии других народов, возможно, пользовался переводной версией (латинской или греческой) одного из арабских календарно-астрономических сочинений32 либо одним из латинских календарных пособий. «Перские канонии» —это эра Иездегерда, начавшаяся 16 мая 632 г. восшествием на престол последнего перед арабским завоеванием персидского царя. «Арапские канонии» должны ориентироваться на «хиджру» — переселение Мухаммеда из Мекки в Медину (июль 622 г.), но Дмитрий начинает арабское летосчисление с 661 г., и причину этого отклонения еще предстоит установить. «Халдейские канонии» — эра Набонасара (с 747 г. до н. э.). «Египетские» канонии султана Мелхиона — арабская эра Джелал-ад-Дина Малик-шаха, исчисляющая годы с марта 1079 г. «Еврейские канонии» начинаются у Дмитрия с 268 г. до н. э. вместо 3761 г. до н. э., — и здесь мы затрудняемся указать причину явной несогласованности нашего источника с общепринятым взглядом.

Корреспондент Геннадия оперировал также сведениями о «латинском» календаре, по его информация расходилась с информацией самого новгородского владыки33. Грек (как и доминиканец Вениамин из ближайшего окружения Геннадия) считал, что «латыны» числят от Адама до рождества Христова 5511 лет, а не 5500, как думал Геннадий.

Среди известных нам писателей один только польский хронист Ян Длугош при переводе на Дионисиеву эру вычитал не 5508, а 5511 лет, т. е. также разделял сотворение Адама и Христово рождество 5511 годами34. Это совпадение и польско-литовская терминология папской грамоты 1472 г., переведенной участниками московского посольства во главе с братом Дмитрия Юрием Траханиотом, и то, что свод 1489 г. называет Юрия «паном Юргой», выходцем из польско-литовских земель35,— все эти факты дают основания для предположения, что Дмитрий обучался хотя бы некоторым календарным премудростям в польско-литовском государстве.

Основной вывод автора послания состоит в том, что «седмую... тысящу подобает человеку помнити ... а не верити», следовательно, рационально-схоластических и еретических умствований по поводу календаря приезжие греки не разделяли.

Послание Дмитрия Траханиота, едва успев найти адресата, немедленно стало распространяться в списках и открыло широкую антиеретическую полемику по календарным вопросам. В течение ближайшего десятилетия круг спорных вопросов все расширялся, к обсуждению привлекались переводные католические сочинения (календарная часть труда Вильгельма Дурантиса «Rationale divinorum officiorum»36), еврейские трактаты (эмболисмический лунник, известный в списке 80-х годов XV в. и использованный Геннадием в библейском кодексе 1499 г.37), славянские таблицы («альфа» легендарного новгородского архиепископа Василия Калики, хранившаяся в Софийском Доме38); в 1490 г. московское посольство в Риме наводило справки о латинских пасхалиях39.

7000-й год от «сотворения мира» был временем самой напряженной работы русских компутистов: начало следующего, 7001 г. сопровождалось утверждением митрополичьей пасхалии Зосимы Брадатого (составлена в сентябре — ноябре 1492 г., утверждена «малым» московским собором 27 ноября40); еще раньше, по-видимому, в марте-августе 1492 г., рассчитал свою пасхалию пермский епископ Филофей41; в сентябре 1492 —августе 1493 г. Иосиф Санин работает над будущим 8-м словом «Просветителя»42,— в середине XVI в. его труд отразится в апокрифической приписанной Иосифу 79-й главе «Стоглава»43; в сентябре — декабре 1492 г. создает комплекс календарных статей и архиепископ Геннадий44.

Филофей и Зосима принадлежали к числу рядовых практиков, освоивших азы типикона, но слабо разбиравшихся в единой гармонической системе летосчисления. Они могли лишь следовать таблицам своих предшественников, указывая дни недели и числа праздников, тогда как споры с еретиками требовали широких представлений о системах. Движение небесных сфер должно было соответствовать не истолкованиям новгородско-московских еретиков, примеривающих к византийскому календарю «Шестокрыл» Иммануила бен-Якоба, а астрономическим предписаниям отцов Никейского собора. На этом настаивали волоцкий игумен Иосиф Санин и новгородский архиепископ Геннадий Гонзов.

Иосиф немало потрудился «в ширине божественного писаниа» и объяснил сомнения относительно несостоявшегося конца света тем, что святцы и календарные «круги и руки», доведенные до 1492 г., могут и должны быть продолжены по Миротворному кругу, потому что все «круги и руки» выводились из таблицы Миротворного круга, матрицы христианского времени, сопрягающей 19-летние лунные циклы с 28-летними солнечными: «И тако круг той обращается, яко же лунный круг и солнечный и индикта, и скончаниа не имать»45.

Однако благочестиво описанный и превозносимый Иосифом Миротворный круг не существовал в природе, он был лишь идеей христианского календаря, а реальные пасхальные таблицы, византийские и южнославянские, являлись лишь бледными его подобиями, отражали разрозненные и случайные сегменты вселенского колеса, называемого Великим Индиктионом.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Послание Дмитрия Мануиловича Траханиота новгородскому архиепископу Геннадию Гонзову



Текст воспроизводится в соответствии с правилами издания исторических документов XVI—XVII вв. Основной текст: ГБЛ. Троицкое 730. Л. 485-488.
Разночтения: ГПБ. Q. XVII. 15. Л. 382-385 (сокращенное обозначение списка: Н); ГПБ. Софийское 1489. Л. 218 об.-221 об. (сокращенное обозначение списка: С); ГИМ. Чудовское 236. Л. 252- 256 (сокращенное обозначение списка: Ч).








1 См.: Степанов Н. В. Новый стиль и православная пасхалия. М., 1907. С. 54-57.
2 См.: Воронов Л. Календарная проблема // Богословские труды. М., 1971. Т. 7. С. 177-200.
3 См.: Гурлянд И. Краткое описание математических, астрономических и астрологических еврейских рукописей из коллекции Фирковичей, хранящихся в имп. Публичной библиотеке. СПб., 1866. С. 23.
4 См.: Казакова Н. Л., Лурье Я. С. Антифеодальные еретические движения на Руси XIV - начала XVI века. М.; Л., 1955. С. 318.
5 См.: ГИМ. Синод. 915. Л. 907.
6 См.: Малинин В. Старец Елеазарова монастыря Филофей и его послания. Киев, 1901. С. 282-283.
7 Мы пользовались неопубликованным справочником, составленным Н. А. Кобяк, сотрудником библиотеки МГУ, с любезного согласия автора.
8 См.: Соболевский А. И. Переводная литература Московской Руси XIV—XVII веков: Библиогр. материалы. СПб.. 1903. С. 413-417 и таблицы.
9 См.: Гаркави А. Я. Новые данные для истории романа об Александре // Сборник ОРЯС. СПб., 1892. Т. 53, № 7. С. 61. Еврейский текст «Шестокрыла» издан: Бонфис, Яакков Эмануел бен. Шеш кнафаим. Житомир. 1872. Указание на греческие списки см.: Fabricius J. A. Bibliotheca graeca. Hamburg. 1724. Т. IV. P. 153. 611. Ср.: Solon P. The Six Winers of ImmarmeJ Bonfils and Michael Chrysokokkes // Ccntannip. 1970. Vol. 15. N 1. P. 1-20.
10 См.: Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 318.
11 См. о нем. Trapp Е. Prosopographisches Lexicon der Palaiologenzeit. Wien, 1977. Bd. 2. S. 105, № 3088. Ср.: Флоря В. Я. Греки-эмигранты в русском государстве второй половины XV — начала XVI в. Политическая и культурная деятельность // Руско-Балкански културни връзки през средневековието. София, 1982. С. 123-143.
12 См.: ГИМ. Синод. 667. Л. 92-92 об.; как установил А. А. Зимин, Юрий умер в 1525/26 г.
13 См.: Седельников А. Д. Очерки католического влияния в Новгороде в конце XV - начале XVI в. // Докл. АН СССР. 1929. Сер. В, № 1. С. 17.
14 См.: Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 135, 393; Лурье Я. С. Идеологическая борьба в русской публицистике конца XV начала XVI в. М.; Л., 1960. С. 269.
15 См.: Зимин А. А. Россия на рубеже XV - XVI столетий. М., 1982. С. 219
16 См.: Флоря Б. Н. Указ. соч. С. 138.
17 Вероятно, на том основании, что они были опубликованы А. С. Павловым в «Русской исторической библиотеке» (СПб., 1880. Т. VI) и в 1908 г. переизданы В. Г. Дружининым и В. Н. Бенешевичем. Но послание Дм. Трахаттпота не было привлечено и к этой публикации.
18 См.: Православный собеседник. Казань. 1861. ТТ. 1. С. 105-110.
19 См.: Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 135, 315, 456
20 Это сборник-конволют, написанный 11 почерками; л. 246—253, 429-436 и л. 363-394 могут расцениваться как вставки, вложенные в основной блок перед переплетением рукописи. Почерк, которым на л. 485—488 вписано послание, см. также на л. 203—203 об., где уже после завершения этой части рукописи данным почерком внесена главка «О Иерусалиме». Филиграни: голова быка - Пиккар, «Голова быка», XVI, 175 (1493 г.); крест — в альбомах не обнаружен; корона — Пиккар, «Корона», XII, 32 (1488-1491 гг.); голова быка —Пиккар, «Голова быка», XVI, 209 (1490-1500 гг.); герб - Брике, 1812 (1496 г.); колесо с мальтийским крестом - Брике, 13324 (1482—1485 гг.); литера «Р» - Пиккар, «Р», III, 875-883 (1472-1475 гг.); голова быка - Пиккар, «Голова быка», XI, 235 (1471-1475 гг.); герб - Брике, 1039 (1464 г.); литера «У» — Брике, 918 (1472 г.); голова быка - Брике, 14837 (1475 г.), Пиккар, «Голова быка», XII, 729 (1476-1478 гг.).
21 См.: Памятники дипломатических сношений древней России с державами иностранными. СПб., 1851. Т. I. Стлб. 63-64; Русский феодальный архив XIV — первой трети XVI века. М., 1987. Ч. II, № 72.
22 Филиграни: голова быка - Пиккар, «Голова быка», XVI, 441 (1506-1509); корона - Пиккар, «Корона», XII, 36-37, 44 (1481- 1515 гг.); весы - Брике 2540 (1498 г.).
23 Принадлежность Епарх. 404 и Муз. 8757 одному кодексу установлена Н. П. Дубовик, см.: Дубовик Н. П. К изучению повести о воеводе Евстратии // ТОДРЛ. Л., 1974. Т. 28. С. 336-337 (здесь рукопись датируется концом XV — началом XVI в.).
24 Филиграни: корона - Пиккар, «Корона», XII, 14—17 (1488-1517 гг.); голова быка — сходен Пиккар, «Голова быка», XVI, 471 (1499-1502 г.).
25 Два последних списка и список Попов 18 (Муз. 2469) указаны в кн.: Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 393. «Сказания» Иосифа начиная с 20-х годов XVI в. (а не с конца 30-х годов, как прежде считалось) ложатся в основу списков «Миротворного круга». Наиболее ранний волоколамский список такого типа обнаружил Б. Н. Морозов в собрании Гос. Литературного музея в Москве; описание этого списка см. в Описи Волоколамской библиотеки 1857 г. (ГБЛ. Ф. 193. Карт. 11. Ед. хр. 7), его волоколамский номер — 540/546; нынешний шифр - ГЛМ. № 204; ср.: Строев П. M. Описание рукописей монастырей Волоколамского, Новый Иерусалим, Саввина Сторожевского и Пафнутиева Боровского. СПб., 1891, 58 (2°). Кодифицирован и доработан состав текста «Миротворного круга» был в 1539 г. (а не в 1541 г., как обыкновенно считают) новгородским священником Агафоном, оригинал его работы см.: ГБЛ. Троицк. 736. Л. 1-26, 51-82 (л. 27—50 датируются 1541 г., но собственноручных записей Агафона не содержат). В этих и во всех последующих списках «Миротворного круга» (см.: Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 393-394) «Сказания» Иосифа не сопровождаются посланием Дм. Траханиота.
26 «Ныне еще осмьдесят лет и четыре уйде миротворного круга...» (Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 401). Эти слона были поняты С. П. Шевыревым как указание на 1492+84=1576 г. (!), из чего исследователь делал вывод, что мы имеем дело с позднейшей вставкой в 8-е слово «Просветителя» (Шевырев С. 77. История русской словесности. Изд. 2-е. СПб., 1887. Ч. IV. С. 112). На самом деле считать следует так: 1408 (начало нового миротворного круга на Руси) +84 —1492, год истечения седьмой тысячи лет.
27 См.: Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 456, 460
28 См.: Перетц В. Н. Исследования и материалы по истории старинной украинской литературы XVI-XVIII веков. Л. 1928. С. 108-112.
29 См.: Иванов С. К литературной истории «Просветителя» препод. Иосифа Волоцкого // Библиографическая летопись. СПб., 1915. Т. 2. Отд. II. С. 39-49.
30 Послание Дм. Герасимова Мисюрю Мунехину 1518/19 г. См.: Голейзовский Н. К. Два эпизода из деятельности новгородского архиепископа Геннадия // Византийский временник. М., 1980. Т. 41. С. 131. См. разбор споров об аллилуйе: Серебрянский Н. Очерки по истории монастырской жизни в Псковской земле. М., 1908. С. 78-162.
31 См.: Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 400
32 См. сведения о подобных сочинениях: Розенфелъд Б. А., Сергеева Н. Д. Об астрономических трактатах Ал-Хорезми // Историко-астрономические исследования. М., 1977. Вып. 13. С. 205-206.
33 См.: Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 319.
34 См.: Кузьмин А. Г. Начальные этапы древнерусского летописания. М., 1977. С. 250; ср.: Бестужев-Рюмин К. Н. О составе русских летописей до конца XIV века. СПб., 1868. С. 108-113; Ср.: ГБЛ, Рум. 93. Л. 1; Седельников А. Д. К изучению «Слова кратка» и деятельности доминиканца Вениамина» // Изв. ОРЯС. Л., 1926. Т. 30. С. 213.
35 См.: ПСРЛ. СПб., 1853. Т. VI. С. 196; Хорошкевич А. Л. Русское государство в системе международных отношений конца XV - начала XVI в. М., 1980. С. 180, 182.
36 Текст перевода: ГПБ. Погод. 1121. Л. 2-47; ср.: Бенешевич В.Н. Из истории переводной литературы в Новгороде в конце XV столетия//Сборник ОРЯС. Л., 1928. Т. 110, № 3. С. 378-380.
37 См.: ГБЛ. Троицк. 765. Л. 307-308, ср.: ГИМ. Синод. 915. Л. 904-906 об.
38 Сохранилась в копии 1499 г.: ГИМ. Синод. 915. Л. 908 об.
39 См.: Зимин А. А. Россия на пороге нового времени. М., 1972. С. 351.
40 См.: ПСРЛ. М., 1959. Т. 26. С. 288. Списки первой редакции: ГПБ. Солов. 858; ГИМ. Епарх. 139. Синод. 713; ЦГАДА. Ф. 381, № 387; список второй редакции - ГБЛ. Троицк. 46 (все рукописи - 90-х годов XV — первого десятилетия XVI в.; ко второй редакции восходит также список XVII в.: ГБЛ. МДА 103). См. публикации: Русская историческая библиотека, издаваемая Археографическою комиссиею. СПб., 1908. Т. VI. Стлб. 795-802; Тихонюк И. А. «Изложение пасхалии» московского митрополита Зосимы // Исследования по источниковедению истории СССР XIII—XVIII вв. М., 1986. С. 58-61.
41 См.: ГБЛ. Муз. 3271. Л. 61 об.; переработанный текст: ГБЛ. Троицк. 442. Л. 160-185 (переработка датируется маем 1494 - сентябрем 1495 г.).
42 См.: Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 394-401.
43 См.: Стоглав/Изд. Д. Е. Кожанчикова. СПб., 1863. С. 237-238, 303- 308; ср.: Стефанович Д. О Стоглаве. Его происхождение, редакции и состав. СПб., 1909. С. 259-262; Голубинский E. Е. История русской церкви. М., 1900. Т. II, перв. пол. С. 623; Плигузов А. И. Противостояние митрополичьей и вассиановской кормчих накануне судебных заседаний 1531 года//Исследования по источниковедению истории СССР дооктябрьского периода. М., 1985. С. 35—36
44 Копия 1499 г.: ГИМ. Синод. 915. Л. 904-912; между л. 908 и 909 отсутствует лист, где помещалось начало рядовой пасхалии и, возможно, предисловие к ней. Публикация отрывков: Макарий. История русской церкви. СПб., 1870. Т. VI. С. 372-383; Русская историческая библиотека. Т. VI. Стлб. 802-820. Отрывки геннадьевских грамот вошли в состав волоколамской пасхалии (ГЛМ. № 204) и Миротворного круга 1539 г. (ГБЛ. Троицк. 736), часть материалов переписана в уставе XVI в. (ЦГАДА Ф. 181, № 573/1074).
45 См.: Казакова Н. А., Лурье Я. С. Указ. соч. С. 400.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 804

X