А. П. Богданов. О рассуждении Самуила Коллинса
Рассматривая роль астрологической прогностики в России XVII в., мы намеренно отмежевали свои рассуждения от специальной медицинской дисциплины - ятроматематики. Вместе с тем следует отметить, что хотя функции и сферы действия этих дисциплин были весьма различны, доверие к ятроматематическим знаниям не могло не сказаться на появлении у Алексея Михайловича интереса к возможностям астрологической прогностики, проявившегося, в частности, в его вопросах доктору Энгельгардту. Примером функционирования ятроматематики при российском дворе является Рассуждение доктора Коллинса, поданное царю незадолго до писем Энгельгардта.

Автограф этого сочинения на латинском языке хранится ныне в фонде Аптекарского приказа (ЦГАДА, оп. 2, №738, л. 1). Он написан на листе бумаги in folio, с водяным знаком Голова шута IV типа, с контрамаркой FV, датирующейся 1660-ми годами. Сделанная на нем помета подьячего Аптекарского приказа гласит: «172-го [1664 г.] мая в 31 день таково писмо подал дохтур Самойло Каллинс, в которые дни добро жилная отворять. И то писмо переведено по руски, переводил диак Лукьян Голосов». Перевод этот, писанный на столбцах (лл. 2-5), подклеен прямо к подлиннику, как это было принято при подготовке документов «в доклад» государю.

Содержание Рассуждения чрезвычайно любопытно. Отвечая на вопрос о пользе кровопускания и наиболее подходящих для этого днях, Коллинс признает, что этот метод лечения не является единственно возможным. Он отмечает, что существуют разные медицинские традиции, например, китайская, индийская, персидская, каждая из которых по своему замечательна, и даже голые неграмотные аборигены Бразилии смогли обогатить европейцев новыми лекарственными препаратами. Действительно, автор был сторонником взаимообогащения медицин разных народов. Его рассуждение о лекарственных свойствах валерианы и лопушника, например, совмещало сведения западноевропейской литературы с обширнейшими выписками из разных глав русского Травника1.

Себя Коллинс относит к медицинскому направлению, представленному лечебными традициями древних арабов, халдеев, греков и римлян. Наиболее характерными его свойствами доктор считает руководящую роль философии (вероятно, натуральной) и ятроматематики. Отмечая наличие споров о том, могут ли звезды руководить поведением человека, Коллинс считает несомненным их влияние на физиологическом уровне и считает необходимым (помимо случаев экстренной помощи) ожидать «приятных оных взоров» (т. е. благополучного расположения) при всех медицинских мероприятиях. Далее, очевидно, отвечая на вопрос, автор кратко высказывается о полезности кровопусканий и называет точные даты благоприятных для этого дней на два предстоящих месяца.

Письмо является ценным источником по истории западноевропейской медицинской мысли. Еще больший интерес представляет оно для изучения усвоения в России западноевропейских научных знаний. Например, посольский дьяк Лукьян Тимофеевич Голосов сумел подготовить весьма точный, буквально дословный перевод этого довольно специального текста, нашел для обозначения большинства болезней и частей тела русские эквиваленты латинских терминов. В то же время переводчик исключил как малозначительные цитаты Коллинса из Библии и «Иудейских древностей» Иосифа Флавия. О степени доверия к определению времени медицинских мероприятий с помощью «звездозаконников» говорит отсутствие в письме какого-либо обоснования указанных дат. О том же свидетельствует помета аптекарского подьячего, безапелляционно назвавшего указание этих дат главным содержанием письма, операциональной информацией, в отличие от возможно и любопытных, но не ведущих к конкретным действиям рассуждений.



1Текст опубл.: Материалы для истории медицины в России. СПб., 1884. Вып. 3, № 1057.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 74

X