Де Вогелар и Кленк
Времена Смуты нанесли торговому дому де Вогеларов крупный ущерб, однако после 1613 г. торговля с Россией продолжалась, и весьма энергично. Важное юридическое условие торговли было соблюдено, поскольку Георгу Эверхарду Кленку, слуге вдовы де Вогелар, живущему в России, практически немедленно после восшествия на престол царя Михаила Романова удалось получить новую жалованую грамоту. Жизненные силы Кленка были поразительны. В начале 1613 г. он был ограблен «литовскими людьми» в Тотьме, однако без колебаний отправился в Ярославль, чтобы приветствовать там, в числе многих других подданных, нового царя, прибывшего в город весной 1613 г. Жалованые грамоты компании пропали во время разбойного нападения в Тотьме, и Кленк усмотрел в визите Михаила Федоровича в Ярославль подходящую возможность, чтобы испросить у царя новые привилегии. Молодой самодержец воспринял просьбу благосклонно, и уже в июне 1613 г. Кленк мог ехать в Москву для получения новой жалованой грамоты. Она была составлена на имя Георга Эверхарда Кленка, Маркуса Маркусза де Вогелара и их компаньона, без уточнения, кого именно. По этой грамоте компаньоны получали подтверждение уже имевшихся у них торговых прав, под которыми подразумевалось освобождение от уплаты половины пошлины и право владения собственными дворами, причем теперь разрешалось их иметь в Москве, Вологде, Холмогорах, Архангельске и Коле. Новым пунктом выданной жалованой грамоты было разрешение на охрану собственных дворов домашней стражей; кроме того, отныне и сами компаньоны, и их люди переходили под юрисдикцию Посольского приказа; местные власти имели право судить их лишь в случаях подозрения в совершении таких тяжких преступлений, как убийство, кража или разбой1.

Таким образом, компаньоны после воцарения Михаила Романова сохранили за собой право на уплату лишь половины пошлины, однако этим они не были полностью удовлетворены. В феврале 1614 г. Кленк подал прошение об увеличении доли освобождения от пошлины. При этом он засвидетельствовал царю свое почтение, поднеся ему в дар два золоченых серебряных кубка и солонку, куски бархата и камчатной ткани, два «индийских» полотна и «кельнское» полотно. Так или иначе, Маркус де Вогелар, Георг Эверхард Кленк и компания получили в марте 1614 г. новую жалованую грамоту, по которой освобождались от уплаты пошлины сроком на три года в качестве компенсации за ущерб, понесенный в Смутное время. По прошествии этого срока они вновь должны были платить половину пошлины2.

Расположение царя было чрезвычайно важным фактором иностранного предпринимательства в России. Потому де Вогелары и Кленк наравне с другими стремились оказывать услуги российскому правительству и неоднократно подносили царю в нужный момент дорогие подарки. Так, удобный случай представился, когда дворянин Г. Окинфеев и его секретарь Л. Владиславлев в 1614 г. прибыли в Ярославль для сбора налогов с иностранных купцов. Пользуясь случаем, Кленк и другие голландцы Карел дю Мулен и Андреян Володимеров ссудили казне по 300 рублей каждый, а Аврам Горький - 200 рублей. В 1617 г. Кленк ссудил в Устюжскую четверть 1500 рублей. А когда царь Михаил в 1626 г. взял в жены Евдокию Лукьяновну Стрешневу, Кленк подарил жениху хрустальную кружку в окладе из позолоченного серебра и кусок камчатной ткани, а невесте - кусок сатина и кусок дамаста3. Коммерческой сделкой и одновременно услугой русскому правительству была ссуда, которую в 1631 г. в Амстердаме Селио Марселис и его отец Габриэль Марселис, Карел дю Мулен, вдова де Вогелар и Георг Эверхард Кленк, а также Даниэль и Жан Бернард предоставили Александру Лесли, кавалерийскому генералу, служившему царю в войсках, составленных из иноземцев. Заем составлял 40 тыс. райксдаалдеров и предназначался для набора военных в русскую армию. Лесли перешел в 1630 г. со шведской службы на русскую и был незамедлительно направлен из Москвы в Северную Германию для набора там полка. Оттуда он проехал в Голландию для закупки оружия и транспорта для своих людей. В Амстердаме он заключил соглашение с Паулем де Виллемом и Яном ван Лиером о поставке военного снаряжения для набранной им команды, а именно: 2000 шпаг, 750 пар пистолетов, 5000 мушкетов, 2000 солдатских доспехов, 100 000 фунтов фитилей, 500 карабинов, 200 протазанов и алебард4.

Фирма, называвшаяся в России «Георг Эверхард Кленк, Маркус Маркусз де Вогелар и Компания», не состояла, по крайней мере первоначально, из лиц, которые перечислялись в ее названии. Кленк в соответствии с принятым в Голландии порядком распределения деловых ролей оставался служащим вдовы де Вогелар, а Маркус де Вогелар-младший играл подчиненную роль в фирме своей матери. Примерно до 1620 г. вдова сама руководила торговлей с Архангельском, а ее деверь Каспар де Вогелар до 1617 г. отвечал за отправку судов к Мурманскому берегу. В 1614-1617 гг. он отправлял каждый год по одному судну к Мурманскому берегу и в Архангельск, один раз совместно с Дирком Хендриксзом де Фетом и один раз совместно с Дирком де Фетом и Роббертом Энгелграффом5. Сама вдова в период с 1614 по 1622 г. фрахтовала на Архангельск, как правило, одно или два судна в год, причем после 1616 г. портом назначения некоторых судов, помимо Архангельска, значился Мурманский берег6.

С 1616 г. руководство фирмой постепенно перешло в руки Маркуса де Вогелара-младшего. В 1616-1621 гг. он ежегодно направлял к Мурманскому берегу и в Архангельск по одному кораблю7. В 1623 г. передача руководства фирмой была завершена. С этого времени имя вдовы де Вогелар в числе фрахтовщиков более не встречается. В начале 1623 г. компания семейства де Вогелар - «Компания на Россию и Лапландию» - состояла из вдовы Маркуса де Вогелара, ее сыновей Маркуса и Яна де Вогеларов, Георга Эверхарда Кленка и Ханса Стегемана. Стегеман был родом из Леезе, расположенного к западу от Ганновера, на Везере. Как раз в то время он продал свою долю в товариществе за 2400 гульденов Маркусу и Яну де Вогеларам, а в 1623 или в 1624 г. от дел удалилась и вдова де Вогелар. В то же самое время третий из братьев де Вогелар, Даниэль, и Робберт Энгелграфф, оба - амстердамские купцы, а также проживавший в Хаарлеме Ян Якобсзоон ван Стрален присоединились к «Контракту и совместным действиям в Коле и расположенных там реках и местах». Однако ван Стрален уже в мае 1624 г. отказался от своей доли в товариществе, составлявшей четвертую часть. С этого момента компания состояла из братьев Маркуса, Яна и Даниэля де Вогелар, Георга Эверхарда Кленка и Робберта Энгелграффа8. В начале 1630 г. в товарищество вошли амстердамские купцы Исаак Бевелот и Жак Лоонес, однако уже в 1632 г. ни они, ни Энгелграфф в источниках более не упоминаются. С этого момента товарищество состоит из трех братьев де Вогелар и Кленка9. Лоонес же тем временем стал самостоятельно вести торговлю семгой на Лапландском побережье10.

Статус Георга Эверхарда Кленка изменился уже в 1619 г. или вскоре после того: из сотрудника он превратился в компаньона де Вогеларов. Вероятно, приблизительно тогда же он поселился в Амстердаме. С 1607 г. Кленк представлял фирму в России в трудные времена, и теперь пришло время передать эту миссию другому. Правда, Кленк и де Вогелары, по крайней мере, до 1630 г. постоянно приезжали в Россию, однако с течением времени эти посещения становились более и более редкими. Они все чаще передавали право представительства своих интересов в России сотрудникам фирмы и подчиненным11.

Кленк, приблизительно в 1619 г., стал компаньоном товарищества и переехал в Амстердам, что, вероятно, было связано с его вступлением в брак, в том же году. В это время женился и Маркус де Вогелар. Маркус, которому в год свадьбы исполнилось 29 лет, женился 5 февраля 1619 г. на 17-летней Гертруде ван Коллен, дочери скончавшегося в 1615 г. амстердамского купца Каспара ван Коллена. У супружеской четы родился сын Маркус, однако уже в 1620 г. молодая мать скончалась. Де Вогелар вновь женился 6 июня 1623 г. на Катарине де Вел ар, дочери Жака де Велара, который так же, как и Маркус де Вогелар-старший в 1599 г., был одним из основателей Брабантской компании, а в 1602 г. стал членом коллегии директоров Амстердамской палаты Объединенной Ост-Индской компании. Маркус де Вогелар к моменту второй женитьбы все еще жил в материнском доме в переулке Барндестеег, однако, по всей вероятности, вскоре после свадьбы переехал со своей женой в дом неподалеку от родительского дома, расположенный на одном из важнейших каналов Амстердама раннего Средневековья - Оудезайдс Форбургвал. Там Маркус жил в 1631 г. Позднее, в 1662 г., он переехал на Синт-Антониесбрейстраат - также недалеко от Барндестеег, что на противоположной стороне Кловениерсбургвал, - в прошлом эта улица была дорогой, ведущей от ворот Синт-Антониес за пределы города. С 1593 г. дорога оказалась уже внутри городских стен и превратилась в престижную улицу с жилыми домами. О благосостоянии де Вогеларов можно судить по объему их капитала, подлежащего налогообложению, так называемому налогу на двухсотый пеннинг за 1631 г. Состояние госпожи де Вогелар оценивалось в 300 тыс. гульденов, ее сына Маркуса - в 40 тыс. гульденов. В 1631 г. вдова все еще жила в Барндестееге12.

Георг Эверхард Кленк женился 28 мая 1619 г. - ему тогда было около 40 лет - на 25-летней Гертруде Фензель. Невеста выросла в непосредственном окружении де Вогеларов. Ее отцом был амстердамский купец Хармен Фензель. После его смерти в 1594 г. Херман, брат Гертруды, как, вероятно, и она сама, был отдан в опеку братьям Маркусу де Вогелару-старшему и Каспару де Вогелару. Кленк также жил к моменту своей свадьбы в Барндестееге, несомненно, в доме матери де Вогелар, называемом «Аист». В выборе своего собственного дома он оказался еще более амбициозен, чем его друг Маркус. В 1631 г. Кленк жил на Кайзерсграхт, а в 1643 г. купил за 18 тыс. гульденов дом на Херенграхт. Вдоль Кайзерсграхт и Херенграхт располагались, по словам современника, «привлекательнейшие и прекраснейшие» дома города, с вместительными чердаками и погребами, предназначавшимися для хранения товара. Здесь жили «богатейшие и виднейшие» купцы. Оба канала были прорыты, так же как и Принсенграхт, после 1613 г. В том же году было положено начало расширению города, охватившему не только так называемое кольцо каналов между Броуэрсграхт и Лейдсеграхт, но также и новый ремесленный район Йордан и искусственно насыпанные по реке Ай новые острова: Принсенайланд, Бикерсайланд и Реаленайланд. Дом Кленка на Херенграхт стоит и сегодня под номером 96, между Херенстраат и Лелиграхт. Он был построен за 25 лет до того, как его купил Кленк13.

Три брата де Вогелар продолжали дело своих родителей и своего дяди Каспара де Вогелара. Они занимались совместно с Кленком торговлей на Мурманском побережье, в Архангельске и в Италии14. Основу торговли составляли «поморские товары» -продукты морского побережья Русского Севера. Компаньоны везли с Мурманского побережья в Амстердам семгу, вяленую треску и ворвань, а из Архангельска - тюленьи шкуры и ворвань. Помимо поморских товаров они привозили из Архангельска также говяжье сало, заменяющее ворвань, лосиные и козьи шкуры, рогожи, которые обычно использовались для упаковки и укрытия погруженного на судно товара, а также несколько раз - шелк-сырец15. Их дела скоро приобрели широкий размах, после того как им удалось получить на несколько лет от царя на откуп экспорт заповедных товаров - икры и смолы, а также около 1630 г. - разрешение на участие в экспорте крупных партий зерна сроком на несколько лет. Часть российских товаров была предназначена для сбыта в Италии. Во всяком случае, компаньоны посылали семгу в Ливорно; икра также, видимо, в основном предназначалась для итальянского рынка16.

В России де Вогелары и Кленк продавали многие товары: дорогие ткани, сандаловое дерево, военное снаряжение, купорос, жесть, пищевые продукты, скипидарное масло, игральные карты, писчую бумагу и бутыли и несколько раз, когда в России недоставало зерна, - рожь17. Для перевозки всех этих товаров они фрахтовали в 1622-1650 гг., как правило, одно судно в год на Архангельск и еще одно или два судна в год для плавания к Мурманскому побережью, во время которого эти корабли почти всегда заходили и в Архангельск. Как правило, суда должны были возвращаться в Амстердам, однако несколько раз во фрахтовых контрактах в качестве портов назначения упоминаются Гамбург, Бремен, Ливорно и Венеция. До 1626 г. Маркус де Вогелар, Ян де Вогелар и Георг Эверхард Кленк, «купцы из Амстердама», как они именуются в контрактах, выступают совместно в качестве фрахтовщиков. В половине случаев, а именно практически всегда, когда портом назначения значилось Мурманское побережье, они действовали совместно с Роббертом Энгелграффом18. После 1626 г. Кленк и де Вогелары фрахтовали совместно несколько судов в период между 1631 и 1633 гг., но далее их имена в источниках в качестве софрахтоватовщиков не встречаются. В 1629 г. во фрахтовых контрактах начал упоминаться Даниэль де Вогелар с братьями19, а с 1634 г. практически все фрахтовые контракты подписывались исключительно Яном20.

Маркус де Вогелар непосредственно и активно занимался торговлей в районе Средиземного моря и, кроме того, был известен в предпринимательских кругах Амстердама в качестве уважаемого и почетного гражданина. Об этом свидетельствует тот факт, что он был членом «Дирекции левантийской торговли и навигации на Средиземном море». Эта коллегия была образована в 1625 г. городскими властями Амстердама с согласия Генеральных Штатов в качестве организации, представлявшей интересы купцов, торгующих на Средиземном море. Задачей Директоров являлось обеспечение безопасности средиземноморской торговли и мореплавания, в частности обеспечение конвоя и поддержание сети голландских представительств в районе Средиземноморья. Кроме того, де Вогелар был управляющим и «финансовым контролером» Вест-Индской компании (WIC). Эта компания была основана в 1621 г. указом Генеральных Штатов для торговли с Западной Африкой и Новым Светом и каперских рейдов против испанцев21. В 1621 г. истек срок двенадцатилетнего перемирия, после чего Голландия и Испания возобновили войну, продолжавшуюся до 1648 г.

Братья де Вогелары и Кленк укрепляли свои позиции на Мурманском побережье, заключая с местными производителями долгосрочные контракты на поставку рыбы. Первые соглашения датируются самое позднее началом 20-х гг. В 1622 г. Маркус де Вогелар и Георг Эверхард Кленк скупили в Коле весь улов семги на три года вперед и, кроме того, 100 тыс. рыб сушеной трески22. Кроме того, около 1623 г. они взяли у местных лопарей откуп на ловлю рыбы на Кольском полуострове в реках Поной и Йоканьга. Откуп на рыбную ловлю все время продлевался, даже тогда, когда в 40-х гг. право ловить рыбу в Поное и Йоканьге перешло к Антониево-Сийскому монастырю. В конечном счете, в 1655 г. фирма получила откуп на рыбную ловлю сроком на десять лет от следующего его владельца, главы Русской православной церкви патриарха Никона. С начала своей деятельности де Вогелар и Кленк занимались транспортировкой зерна, которое лопари покупали на Двине. Контракт с Никоном также включал в себя пункт, по которому компаньоны ежегодно обязывались покупать зерно на сумму в 100 рублей. Это зерно они должны были доставлять лопарям на своих собственных судах от Вологды до реки Поной. Другая часть договора с патриархом состояла в том, что компаньоны обязывались поставлять ему ежегодно 100 пудов семги23. Компаньоны еще более укрепили свое положение на Мурманском побережье, перекупив в 1630 г. за 756,60 гульдена у купца из Хоорна Симона Артсена Салма контракт, который тот заключил, как об этом сообщает голландский источник, «с Кольским монастырем в Лапландии» на поставку семги, ворвани и сушеной трески24.

Торговлю с Мурманским побережьем на месте компаньоны поручили своим представителям. Во второй половине 20-х гг. Робберт Энгелграфф ежегодно совершал по их поручению деловые поездки на борту фрахтуемого ими судна к Мурманскому побережью и Архангельску. В начале 30-х гг. к компаньонам поступили на службу Симон Артсен Салм, купец из Хоорна, и Ян Янсз Чэдли. Салм, у которого компаньоны в 1630 г. купили контракт с вышеупомянутым «Кольским монастырем», обязался в марте 1632 г. работать для компаньонов в Коле и представлять там их интересы. Одновременно и Чэдли заключил соглашение с компаньонами, по которому обязывался ездить ежегодно в Колу и там закупать для компаньонов рыбу за вознаграждение в 350 гульденов в год. Чэдли и Салм должны были сотрудничать друг с другом на равных, и в случае, если работа Чэдли окажется удовлетворительной, он мог остаться на службе у компаньонов при условии, что он войдет в товарищество, внеся свою долю капитала в сумме 1200 гульденов. В 1643 г. представителем Георга Эверхарда Кленка на судне, направлявшемся в Россию и Лапландию, выступал Виллем Адрианссен. Кленк дал Адрианссену полномочия вести от его имени торговлю в России и Лапландии25.

Шкиперы, ходившие по заданию де Вогеларов и Кленка к Мурманскому берегу «за рыбным уловом», обычно брали с собой несколько бочаров, чтобы сразу на месте укладывать в бочки закупленную рыбу26. Бочары нанимались фрахтовщиками. Так, Ян де Вогелар заключил контракт от имени товарищества в мае 1629 г. с 18-летним бочарных дел мастером Волкертом Люббертсом на поездки, в течение трех лет вместе с судами, направлявшимися на «рыбную ловлю в Лапландию», и возвращение в Амстердам по осени за годовое жалованье от 34 до 48 гульденов27.

Существенный шаг вперед в развитии своего предпринимательства в России де Вогелары и Кленк совершили в 1624 г., когда они занимались икорным откупом. Фабиян Нейсер заключил в тот год для них контракт с гостем Надеей Светешниковым, выступавшим представителем казны в покупке икры, которую Российское государство закупало у армян в Астрахани. Контракт был заключен сроком на шесть лет, с 1625 по 1630 г. За год фирма обязывалась покупать от казны максимально 30 тыс. пудов икры и платить за нее ефимками. Практически немедленно возникло затруднение. Международный спрос на икру упал, и компаньоны расторгли контракт в попытке уйти от своих финансовых обязанностей. В связи с этим Кленк, находясь в 1625 г. в Архангельске, был изгнан из своего дома вооруженными солдатами и принужден к возвращению в Амстердам. То, что дело закончилось благоприятно для компаньонов, следует приписать вмешательству Фредерика Хендрика, принца Оранского, который сменил своего сводного брата Маурица в 1625 г. на посту стадхаудера. Из этого следует заключить, что у Кленка имелись прекрасные контакты, в том числе и на самом высоком уровне. Кленк был все же вынужден заплатить, но, с другой стороны, икорный откуп был восстановлен и даже продлен, поскольку в 1633 г. компания обязывалась по контракту купить у казны минимум 30 тыс. и максимум 35 тыс. пудов икры. Впоследствии, однако, царь отдал икорный откуп другим лицам. С 1634 по 1637 г. его владельцами были голландцы Питер ван Кёйлен и Жан Пелликорне28.

Де Вогелары и Кленк пользовались икорным откупом не более 10 лет. Хотя экспорт икры шел не слишком бойко, все же представляется, что в конечном счете это была вполне выгодная торговля. Уже в 1629 г. один из их конкурентов - голландец Исаак Масса жаловался в письме к царю на Кленка, что тот «своим хозяевам таковые скандально высокие счета представил и столь разбогател на икре и ущербе, тем чинимым, что стал в Амстердаме богаче своих хозяев»29. Об отношениях между де Вогеларами и Кленком Масса был не вполне в курсе, но относительно богатства Кленка не ошибался. В период между 1619 и 1631 гг. Кленк переехал из Барнестеега на Кайзерграхт.

Следующий успешный шаг в торговле был сделан Кленком около 1630 г., когда российское правительство дало разрешение на экспорт крупных партий зерна из России. Всего в тот период было вывезено несколько сот тысяч четвертей зерна30. Кленк принадлежал, так же как голландцы Карел дю Мулен, Юлиус Виллекен, Питер де ла Дале, Давид Руте, гамбуржец Габриэль Марселис и некий англичанин Т. Бойч, к числу торговцев, обладавших правом на закупку и экспорт зерна. В 1629 г. Кленк получил разрешение закупить 20 тыс. четвертей (то есть примерно 2 тыс. ластов) зерна31. В том году он зафрахтовал в Амстердаме, по крайней мере, четыре судна для перевозки из Архангельска ржи и для равномерной загрузки судна пенькой. Зерно следовало поставить в Амстердам; в отдельных случаях портами назначения в контракте указывались «Амстердам или Бремен». В 1630 г. только один Кленк зафрахтовал, по крайней мере, 10 судов для того же груза и с Амстердамом в качестве порта назначения, а в 1634 г. - еще одно судно32. Как представляется, делал он это не от имени компании, то есть совместно с братьями де Вогелар; торговлю рожью Кленк вел, видимо, самостоятельно. Со своей стороны, Ян и Даниэль де Вогелары также посылали в 1630 и 1633 гг. несколько судов из Амстердама в Архангельск за рожью, которую следовало доставить в Амстердам или в германские порты на Эмсе, Везере или Эльбе33.

Совместно с шурином Кленка Херманом Фензелем де Вогеларам и Кленку удалось получить на откуп российскую смоляную торговлю. По соглашению, которое Херман Фензель заключил с вдовой де Вогелар, он находился изначально на службе у Кленка, однако в середине 30-х гг. был им уволен за неявку в Амстердам для финансового отчета34. В 1636 и 1637 гг.он ездил в Москву с письмами, в которых Генеральные Штаты запрашивали разрешение на закупку в России селитры и ржи. Именно в 1636 г. Петер Марселис, один из наиболее известных предпринимателей России, женился на Доротее Барнсли, дочери поселившегося в Москве известного англичанина Джона Барнсли и молодой лифляндской аристократки фон Дукер. Возможно, Фензель присутствовал на их свадьбе. Во всяком случае, сам он женился на одной из сестер невесты, и таким образом стал свояком Петера Марселиса, уже будучи шурином Георга Эверхарда Кленка, чем снискал себе еще более высокий социальный статус. В 1637 или в 1638 г. он обратился к российскому правительству с просьбой разрешить ему строительство собственных домов в российских городах, а в 1638 г. имел собственный «двор на Поганом Пруде» в Москве35.

Итак, примерно в 1640 г. Фензель совместно с де Вогеларами и Кленком, которые помогали ему, держась при этом в тени, предложил царю отдать ему на откуп смоляную торговлю сроком на пять лет за сумму в 4 тыс. рублей. Царь согласился, и Фензель со своими компаньонами де Вогеларом и Кленком получили разрешение покупать смолу с 1641 по 1645 г. у русских смолокуров, а также самим выкуривать смолу на огромной территории вдоль рек Сухоны и Двины между Вологдой и Архангельском. Фензелю пришлось, однако, заплатить откупную сумму много большую, чем изначально предложил он сам, - 6 тыс. рублей. В 1641 г. Фензель уже отгрузил на экспорт 2127 бочек смолы. При этом он жаловался, что англичане, которые все еще имели право скупать смолу для производства своих канатов, мешают ему вести дела, нарушая его монополию36.

По истечении срока контракта Фензель его больше не возобновлял. Между 1646 и 1648 гг. желающих на приобретение смоляного откупа вообще не находилось, и русские гости, которые по заданию царя занимались сбором таможенной пошлины, получили от правительства приказ самим начинать смоляную торговлю37. Сам же Фензель уже пытал счастья в другой области. Около 1646 г. он совместно со свояком Петером Марселисом был владельцем весьма прибыльного, по уверению многих, откупа -торговли ворванью вдоль берега Белого и Баренцева морей38.

В то время как компаньоны во втором десятилетии XVII в. передали осуществление торговли вдоль Мурманского побережья своим доверенным лицам Энгелграффу, Салму и Чэдли, их интересы в Архангельске и Москве представлял Питер де ла Дале. После 1633 г. компаньоны все чаще вели дела через своего уполномоченного Якоба ван де Ватера. В апреле того же года последний заключил четырехлетнее соглашение с Яном де Вогеларом, по которому ван де Ватер обязывался за определенное жалованье и возмещение накладных расходов представлять интересы де Вогелара в Архангельске, а также по скупке рыбы на Коле и Поное. Ван де Ватер должен был ежегодно, прибыв с первыми же судами на Север, незамедлительно приступать к закупке рыбы и, если необходимо, оставаться зимовать в Архангельске. В 1633-1636 гг. он регулярно ездил с товарами компании через Вологду, Тотьму и Великий Устюг как в направлении Архангельска, так и в направлении Москвы. В 1635 г. ван де Ватер потребовал у местных властей от имени фирмы де Вогелара и Кленка возмещения ущерба, который те понесли из-за кражи товаров местным населением с судна, затонувшего в том году недалеко от Архангельска39. Когда в июне 1634 г. три брата де Вогелары и Георг Эверхард Кленк возобновили сотрудничество в компании, они договорились, что Якоб ван де Ватер останется у них на службе и со временем станет их компаньоном со своей долей в 10 %. В июне 1639 г. ван де Ватер стал членом товарищества40.

В дальнейшем интересы компаньонов в Москве и Архангельске представлял проживавший в России Робберт Энгелграфф. В августе 1639 г. Энгелграфф-младший арендовал в Архангельске трюмо-вое помещение на трех голландских судах, в тот момент стоявших на якоре на Двине, для перевозки товаров де Вогелара и Кленка в Амстердам. Но это был не тот Робберт Энгелграфф, который с начала века до конца 20-х гг. сотрудничал с де Вогеларами; возможно, в источниках имеется в виду родившийся в 1609 г. Робберт Энгелграфф-младший,сын или племянник РоббертаЭнгелграффа-старшего. В 1640 г. представителем де Вогеларов и Кленка в России был некто Ян Кемат, в 40-е гг. их интересы представлял Питер де ла Дале, а в 1649 г. - его брат Андриес де ла Дале41.

Без сомнения, все представители товарищества жили в домах, которыми компаньоны владели в Москве, Ярославле, Вологде, Холмогорах, Архангельске и Коле. Дом в Архангельске был расположен на реке и назывался «Кленкенхоф». В 1613 г. он был разграблен и сожжен дотла в период, о котором говорилось выше, когда грабители сжигали архангельские гостиные дворы и склады. Компаньоны получили разрешение на постройку нового дома на прежнем участке, а также на использование собственной речной пристани, расположенной как раз напротив. После завершения строительства подворье включило в себя жилой дом, четыре склада и два амбара, один из которых располагался между жилым домом и берегом Двины. В 1630 г. в Кленкенхофе останавливались на ночлег голландские послы Альберт Кунраадсз Бурх и Йоган Велтдрил, когда они проезжали через Архангельск по дороге в Москву. В дальнейшем дом и подворье находились под надзором различных домоуправителей-охранников42.

Де Вогелары и Кленк оставались владельцами московского дома в Китай-городе, который в начале века принадлежал Маркусу де Вогелару-старшему. В 1630 г. в нем также останавливались голландские посланники Бурх и Велтдрил43.

Начиная примерно с 1620 г. русские купцы требовали ужесточения правительственного курса в отношении иностранныхтор-говцев, казавшегося слишком мягким. В конце концов под их давлением царь в 1640 г. лишил де Вогеларов и Кленка права уплаты половины пошлины, которым они издавна пользовались. С этого времени компаньоны обязаны были платить полную пошлину. Гость Григорий Никитников, возглавлявший борьбу русских купцов против привилегий иностранцев, поставил, кроме того, вопрос о закономерности владения компанией домом в Китай-городе в Москве. Обеспокоенные компаньоны вновь поспешили заручиться поддержкой стадхаудера Фредерика Хендрика. Последний просил царя в письме от 1641 г. восстановить привилегии компаньонов, разрешить уплату половины пошлины и сохранить их право на упомянутое подворье. Однако царь подтвердил свое решение об уплате компаньонами пошлины в полном объеме. При этом он заметил, что Маркус де Вогелар и Георг Кленк редко сами приезжают в Россию и что по их жалованой грамоте в стране появляются различные голландцы, которые выдают себя за их представителей. В отношении дома царь оказался сговорчивее. Он запретил отнимать дом у компаньонов до того, как будет полностью закончено расследование по данному вопросу. Купчие бумаги на дом пропали в 1613 г., когда Кленк оказался в плену у «литовских людей» в Тотьме, однако жалованые грамоты 1613-1614 гг. подтверждали права компании на владение домами. В число этих владений входил также и дом в Москве, хотя в жалованых грамотах не сообщалось, что речь шла именно о китайгородском доме. В 1642 г. стадхаудер дал знать царю, что компаньоны стали слишком стары и слабы для поездок в Россию. В течение длительного времени, объяснял стадхаудер, они не могли найти подходящего компаньона, способного представлять их интересы в Москве, однако не так давно у них появился новый сотрудник, Питер де ла Дале, который отныне и будет вести дела их фирмы в России44.

Возможно, под влиянием стадхаудера, а возможно, и вследствие подкупа чиновников московской канцелярии за компаньонами не только было закреплено их право на владение домом, но в 1642 г. также восстановлена привилегия уплаты лишь половинной пошлины. Тем не менее успех оказался временным. В 1645 г. царь Михаил скончался. Ему наследовал шестнадцатилетний сын Алексей. Когда Алексей женился в 1648 г. на Марии Ильиничне Милославской, де Вогелары и Кленк преподнесли ему в дар два позолоченных серебряных кубка, два зеркала, сукно, объяри, бархат, камчатную ткань и ученую канарейку в клетке. Однако это не помогло: с 1650 г. компаньоны платили, так же как и все остальные иностранцы, полную пошлину. А в 1652 г. у них отобрали и дом в Китай-городе45.

Георг Эверхард Кленк не дожил до этого. Он скончался между 1643 и 1646 гг.46




1 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 47-49; 2 (1994) 35. Schade, Die Niederlande (1992) 111. Amburger, Die Familie (1957) 69. Raptschinsky,'Uit de geschiedenis' (1937) 66-69. Кордт, Отчет (1902) cii. Uhlenbeck, Verslag (1891) 16-18. См. также примеч. 33 к главе 3.
2 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 36-37,48, 58; 2 (1994) 34-35. Amburger, Die Familie (1957) 69.
3 Демкин, Западноевропейское купечество 2 (1994) 35,54. Кордт, Отчет (1902) civ.
4 Amburger, Die Familie (1957) 74,96. Kaartsysteem GAANA 665,3de pak, 28,9-9-1631, нотариус J. Warnaertsz.
5 Kaartsysteem GAANA 136/27-28o6, 30-4-1614; 139/104o6-105o6, 30-4-1615; 144/33o6, 9-4-1616; 147/49o6, 28-2-1617, нотариус J.F. Bruyningh. Ср. Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 48. Hart,'De handelsbetrekkingen (1969) 70-71.
6 Kaartsysteem GAANA 136/8v-9v, 3-4-1614; 141/6-7,22-4-1615; 140/78-79, 15-5-1615; 143/21 lv, 2-6-1616; 147/137v, 12-4-1617; 148/81v, 3-5-1617; 149/20,28-6-1617; 152/15v, 8-2-1618; 152/95, 5-5-1618; 157/84,18-2-1619; 162/146, 5-6-1620, нотариус J.F. Bruyningh; 736/72,26-3-1622, нотариус Η. Bruyningh.
7 Kaartsysteem GAANA 143/156v, 21-4-1616; 147/109v, 28-3-1617; 151/108v, 21-2-1618; 156/178v, 23-3-1619; 162/31,24-3-1620; 167/46 и 837A/121, 7-5-1621, нотариус J.F. Bruyningh.
8 Koenen,'De familie (1895) 169-171. Kaartsysteem GAANA, 169/168v, 29-3-1623, нотариус J.F. Bruyningh; protocol 23/12/1623-12/8/1624, 8-5-1624, нотариус S. Cornelisz.
9 Kaartsysteem GAANA 552/61,21-2-1631, нотариус J. Westfrisius; 666/138,2-3-1632, нотариус J. Warnaertsz.
10 Kaartsysteem GAANA 694B, omslag 60,13-2-1633, нотариус J. Warnaertsz.
11 Демкин у Западноевропейское купечество 1 (1994) 48-49. Bushkovitch, The merchants (1980) 56-58. Kaartsysteem GAANA 162/189,15-7-1620, нотариус J.F. Bruyningh; 1679/76,21-6-1640, нотариус P. de Bary; 766/101v, 2-6-1628, нотариус J. Verheij.
12 Wijnman, Historische gids (1971) 199. Van Dillen, Het oudste aandeelhoudersregister (1958) 110. Elias, De vroedschap (1903-1905) 276, 565, 644-645. Koenen,'De familie (1895) 169-171.
13 Wijnman, Roosegaarde Bisschop,'Beschrijving' (1976) 428. Van den Hoek Ostende, Amsterdams plattegrond' (1971) 26-27. Van Dillen, Het oudste aandeelhoudersregister (1958) 110. Elias, De vroedschap (1903-1905) 276, 565-566,645. Fokkens, Beschrijvinge (1662) 68-69. Kaartsysteem GAANA 139/132v-134v, 19-5-1615, нотариус J.F. Bruyningh.
14 Wijnroks,'Jan van de Walle' (1993) 55. Elias, De vroedschap (1903-1905) 645.
15 Демкин, Западноевропейское купечество 2 (1994) 18,46. Демкин, 'Нидерландские купеческие компании' (1987) 46. Bushkovitch, The merchants (1980) 154. Kaartsysteem GAANA 634/69v-70v, 30-4-1627, нотариус S. Cornelisz; 1568/453,10-12-1641, нотариус P. Capoen.
16 Kaartsysteem GAANA 1557A/7, 5-1-1649, нотариус J.V. Oli.
17 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 83, 88; 2 (1994) 37. Демкин,'Нидерландские купеческие компании' (1987) 46-47. Кордт, Отчет (1902) 180.
18 Kaartsysteem GAANA 737/2v, 7-4-1622; 737/254,13-6-1623; 741/141v, 12-6-1624, нотариус Η. Bruyningh; 168/158ν и 837Α/67,24-3-1622; 169/155,1-3-1623; 169/169,29-3-1623; 169/183, 8-5-1623,170/82ν, 6-3-1624; 170/99,6-4-1624, нотариус J.F. Bruyningh; 659B 3de pak, 28-4-1625; 660/178 2de pak, 19-3-1626; 664/51v 2de pak, 10-7-1630, нотариус J. Warnaertsz; 640/103v-104 en 206,28-6-1633, нотариус S. Cornelisz.
19 Kaartsysteem GAANA 637/219,26-6-1629; 640/206,28-6-1633, нотариус S. Cornelisz; 659B, 2de pak, 18-3-1625; 664/1 lv, 22-1-1630;664/51ν, 2de pak, 10-7-1630; 667/154, le pak, 24-6-1632; 667/191v, 3de pak, 21-3-1633, нотариус J. Warnaertsz; 828/94v, 15-4-1631, нотариус J. Bruyningh.
20 Kaartsysteem GAANA 638/187, 27-5-1630; 639/36, 7-6-1631; 640/178, 31-5-1633; 641/62,14-6-1634; 641/248,16-4-1635; 642/157,20-3-1636; 642/187, 26-6-1636; 642/368, 30-4-1637; 642/403,29-6-1637, нотариус S. Cornelisz; 1497/75, 20-4-1638, нотариус J.V. Oli; 670/X5, map 34,19-5-1635; 678/351,1-7-1638; 682/103, 27-7-1639; 683,1-5-1640, нотариус J. Warnaertsz; 2187A/133,22-2-1648, нотариус A. Lock; 900, 13-4-1650; 900 и 876/61v -62,13-4-1650, нотариус J.van Zwieten.
21 De Vries, van der Woude, Nederland (1995) 447,464-465. Wijnroks, 'Jan van de Walle (1993) 55. Israel, Dutch primacy (1989) 151. De Laet, Iaerlyck verhael (1931). 33 Kaartsysteem GAANA 694/50,6-3-1632, нотариус J. Warnaertsz; 1373/c-54,16-1-1648, нотариус Η. Schaef.
22 Демкин,'Нидерландские купеческие компании' (1987) 46.
23 Демкин у Западноевропейское купечество 1 (1994) 106; 2 (1994) 28-29.
24 Kaartsysteem GAANA 552/61,21-2-1631, нотариус J. Westfrisius.
25 Kaartsysteem GAANA 634/69 ν-70 ν, 30-4-1627, нотариус S. Cornelisz; GAANA 397/497,2-10-1628, нотариус J. Jacobs; 552/61, 21-2-1631, нотариус J. Westfrisius; 659B, 3de pak, 17-4-1625; 666/138,2-3-1632; 666/146, 5-3-1632, нотариус J. Warnaertsz; 959/le pak, 27-4-1643, нотариус В. Baddel.
26 См. например: Kaartsysteem GAANA 660/178,2de pak, 19-3-1626, нотариус J. Warnaertsz.
27 Kaartsysteem GAANA 660/178,2de pak, 19-3-1626, нотариус J. Warnaertsz; 608,1-5-1629, нотариус L. Lambertie.
28 Wijnroks, 'Nationale' en religieuze tegenstellingen (Amsterdam 1999) 295. Israel, The Dutch Republic (1995) 485-486,1201. Демкин, Западноевропейское купечество 2 (1994) 18-19,46. Bushkovitch, The merchants (1980) 154. Amburger, Die Familie (1957) 141. Kulischer, Russische Wirtschaftsgeschichte (1925) 348-349. Elias, De vroedschap (1903-1905) 645. Кордт, Отчет (1902) 180. Kaartsysteem GAANA 766/101ν, 2-6-1628, нотариус J. Verheij.
29 Цит. по: Wijnroks, "Nationale' en religieuze tegenstellingen (1999) 295-296.
30 Голландский ласт, равный 2000 кг, содержит около десяти четвертей; таким образом, одна четверть равна, примерно, 200 кг.
31 Демкин у Западноевропейское купечество 1 (1994) 107. Bushkovitch, The merchants (1980) 56-58. Kellenbenz,'The economic significance' (1973) 548, 552. Amburger, Die Familie (1957) 73.
32 Kaartsysteem GAANA 663/16,2de pak, 22-6-1629; 663/223,1 e pak, 22-6-1629; 663/18,2de pak, 25-6-1629; 663/32v, 2de pak, 5-7-1629; 664 (17) f.163,15-5-1630; 664 (17) f.l75v, 22-5-1630; 664/188v, 27-5-1630; 664/201, le pak, 4-6-1630; 664/203v, le pak, 6-6-1630; 664/11,2de pak, 21-6-1630; 664/12,2de pak, 21-6-1630; 664/34v, 2de pak, 2-7-1630; 664/50,2de pak, 10-7-1630; 664/76,2de pak, 17-7-1630; 669, le pak, 1-6-1634, нотариус J. Warnaertsz.
33 Kaartsysteem GAANA 664/51 об, 2de pak, 10-7-1630, нотариус J. Warnaertsz; 640/103o6-104 и 206,28-6-1633, нотариус S. Cornelisz.
34 Kaartsysteem GAANA 416/414,12-12-1637, нотариус J. Jacobs.
35 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 110. Amburger, Die Familie (1957) 20, 77-78,208. Uhlenbeck, Verslag (1891) 25-26.
36 Демкин у Западноевропейское купечество 1 (1994) 103; 2 (1994) 13-14. Demkin,'Нидерландские купеческие компании' (1987) 47. Amburger, Die Familie (1957) 100-131.
37 Демкин у Западноевропейское купечество 1 (1994) 31; 2 (1994) 14. Kulischer, Russische Wirtschafisgeschichte (1925) 349.
38 Amburger, Die Familie (1957) 107,131.
39 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 59,83. Демкин, 'Нидерландские купеческие компании' (1987) 43-46.
40 Демкин у Западноевропейское купечество 1 (1994) 48. Демкин, 'Нидерландские купеческие компании' (1987) 43-44. Kaartsysteem GAANA 640/92-93, 21-4-1633; 640, 22-6-1634; 640/184,22-6-1639, нотариус S. Cornelisz.
41 Демкин у Западноевропейское купечество 1 (1994) 48-50. Демкин, 'Нидерландские купеческие компании' (1987) 44. Cordt, 'Beitrage' (1891) 259. GAANA 696А/89,19-11-1639, нотариус J. Warnaertsz.
42 Овсянников, Ясински,Голландцы (1997) 112-113,117. Popova, 'Archangel' (1995) 9. Демкину Западноевропейское купечество 1 (1994) 48-49,109-110. Hart,'Amsterdamse scheepvaart' (1976) 309. Hart,'De handelsbetrekkingen (1969) 76. Raptschinsky,'Uit de geschiedenis' (1937) 69. De Stoppelaar, Balthasar (1901) 69. Uhlenbeck, Verslag (1891) 24. Kaartsysteem GAANA 201/357v, 27-2-1621, нотариус J.F. Bruyningh; 630/67v-70, 2-12-1624; 638/3-5v, 15-8-1629, нотариус S. Cornelisz.
43 Демкин у Западноевропейское купечество 1 (1994) 49,110. Raptschinsky, 'Uit de geschiedenis' (1937) 66. Uhlenbeck, Verslag (1891) 16.
44 Демкин у Западноевропейское купечество 1 (1994) 38-39,48-50. Uhlenbeck, Verslag (1891) 27.
45 Демкин, Западноевропейское купечество 1 (1994) 39, 50; 2 (1994) 36. Bezemer, Een geschiedenis (1988) 60.
46 Elias, De vroedschap (1903-1905) 565.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 4188

X