Тягло по вооруженной защите государства
В этой последней группе я соединю все повинности, которые можно назвать тяглом по вооруженной защите государства. Число таких тягол доходит до восьми. Некоторые из них очень древнего происхождения, таковы: лицевое содержание ратных людей и городовое дело, о чем речь была выше. Большинство других не встречается в памятниках домосковского времени, о них мы будем говорить теперь. Это будут: а) ратная служба, б) засечное дело, в) ямчужное дело, г) пищальные деньги, д) полоняничные деньги и е) сборы ратным людям на жалованье и стрелецкие деньги.

а) Ратная служба. О повинности выставлять ратных людей на случай войны встречаем многочисленные указания, начиная с половины XV века. Но едва ли будет верно утверждать, что повинность эта только в Москве и возникла. Она существовала и в вечевой Руси и имела место во всех тех случаях, когда война предпринималась по определению веча. В 1148 г. новгородцы решили объявить войну ростовскому князю Юрию; обращаясь к призванному ими на помощь князю Изяславу, они сказали ему:
"Княже! мы все пойдем! Хоть бы дьяк был и гуменцо прострижено, да не поставлен, и тот пойдет!"
В 1151г. киевляне решили воевать с тем же князем Юрием и так возвестили об этом бывшим на их стороне князьям:
"У нас все пойдут, кто только может взять в руки хлуд! А кто не пойдет, укажите их нам, мы их побьем!"
Люди, которые так говорили, отправлялись, конечно, от мысли о всеобщей воинской повинности, которая и предполагается в обоих приведенных случаях в форме всенародного ополчения. По мере ослабления вечевой жизни и усиления княжеской власти право требовать отправления ратной повинности переходит в руки князя. Древнейшее известие, нам встретившееся, хотя и не очень ясное, относится к половине XV века1. С половины XVI века начинается ряд известий, совершенно выясняющих характер этого тягла.
Первоначально это натуральная повинность. Местные жители обязываются выставить известное число ратных людей, конных и пеших, во всеоружии и со всеми необходимыми кормовыми запасами на определенное число месяцев военного времени. Эти ратные люди нередко называются - даточными. Вооружение их определялось очень различно причем имелось в виду исчерпать все, что ратные люди могли вынести на войну. Уже в 1545 г. предписывалось иметь огнестрельное оружие, пищали; кроме того, упоминаются: самопалы, рушницы, бердыши, топоры, рогатины, кремли и всякий ратный бой. Вооруженные пищалями должны были приносить с собой ядра и зелье (порох). Если захваченного с собой пороху недоставало, он выдавался из государевых запасов, но цена его потом взыскивалась с тех, кто выставил ратных людей. Иногда предписывалось дать даточным людям подъемные деньги. Срок, на который созывались ратные люди, обусловливался обстоятельствами военного времени и не всегда определялся, а если определялся, то очень различно: и в 3 месяца, и в 8, а случалось, и в целый год2.
Обыкновенно ратных людей ставили с известного числа сох или дворов, но в Смутное время
эта повинность нередко принимала размеры всенародного ополчения.

В наказных памятях о сборе ратных людей обыкновенно определялись их качества. Это должны быть люди молодые, резвые и стрелять из самопалов гораздые; не воры, не бражники и не зернщики. Выбирать предписывалось из волостных лучших людей (АЭ. II. № 70; АЮ. № 341. 1607—1612).
Ратная служба, о которой идет речь, падала не на служилых людей, обязанных являться на службу поголовно, а на посадских людей и крестьян. Очень понятно, что между ними не всегда находились люди, "гораздые" стрелять из самопалов. Недостаток в таких людях вызвал наем населением ратных людей, знакомых с огненным боем. Нанимаемый ратный человек обязывался явиться на службу с самопалом и со всяким ратным оружием, со службы не сбежать, государю не изменить. Наем совершался на определенный срок и за определенное жалованье, с оговоркой, если срок службы будет продолжен, то и жалованье будет выдаваться за все время службы, и наоборот, выданное вперед жалованье подлежит возврату, если войска будут распущены ранее условленного срока найма. Так как плата определялась помесячно, то и носила наименование "месячины". В добросовестном исполнении принятых на себя обязанностей ратные люди представляли поручителей, которые и принимали на себя полную за них ответственность: "И наши порущиков головы в его голову место со всяким ратным оружием" (АЮ. ХоЗОО. 1618).

Такое положение дела хорошо понимало само правительство, а потому, приказывая прислать ратных людей, оно иногда прямо предписывало: "Дать им наем по месяцом", т.е. отправлялось от той точки зрения, что ратные люди будут наняты (Доп. к АИ. I. № 638. 1592; АЭ. II. № 77. 1607).
Но у местных жителей могло не оказаться денег в данное время для найма иногда очень значительного числа ратных людей. Правительство оказывало им в этих случаях кредит и давало деньги взаймы. В 1609 г. усольцы заняли в государевой казне 160 р. для найма ратных людей (АИ. II. № 133).
Рядом с наймом ратных людей сельскими и посадскими общинами существовал и другой способ отправления ратной повинности. Правительство брало с общин наемные деньги и само нанимало ратных людей. Эта натуральная повинность, как и многие другие, переходила, таким образом, в денежную. В 1609 г. усольцы нанимают сами ратных людей и занимают для этого деньги в казне великого государя, а в 1608 г. они внесли в эту казну 60 р. для замены их натуральной повинности денежной; деньги были взяты "за ратные люди". Иногда правительство объясняет причины такой замены. В 1607 г. приказано было прислать из Перми 70 человек со всяким ратным оружием. А в конце грамоты написано:
"А будет пермичи, ратные люди, учнут наниматься дорого, учнут просить рубля по 3 и по 4, а в том Пермской земле будут убытки великие, ...пожаловали мы пермичей, велели за тех ратных людей взять денгами, по меншому найму, на 3 месяца по 2 рубля на месяц человеку; а в то место велим нанять ратных охочих людей на Москве и по городам"3.

Ратная повинность из натуральной переходит в денежную, но не вытесняется ею. Древнейшее указание на такую замену находим уже в половине XVI века. В 1552 г. велено было взять с Вяжской земли за 224 человека посошных людей, по старому наряду, деньгами за человека по 2 рубля (АЭ. I. № 233). Посошные люди — это те же даточные ратные люди, названные так потому, что даются с известного числа сох. Назначенная за них плата совершенно совпадает с той, какая была назначена и 55 лет позднее, в 1607 г.
С течением времени денежная повинность за ратных людей переходит в налог, который не стоит уже ни в какой связи со сроком службы. В 1631 г. приходилось взять с вотчин Кириллова монастыря даточных людей, конных и пеших, 59 человек. Вместо даточных людей приказано было взять деньгами 2072 р. 29 алт. с деньгою, это по 35 рублей с копейками на человека. В 1638 г. с вотчин патриарших, митрополичьих, архиепископских и больших монастырей взято по человеку с 10 дворов; а в следующем году взято деньгами за человека по 20 рублей. Оба способа отправления ратной повинности существуют рядом (АЭ. III. № 193; АИ. III. №201).
Ратная повинность в натуральном и денежном виде, конечно, была всеобщая, но временная; ратная служба ограничивалась временем войны. С прекращением войны ратные люди расходились по домам. Военной повинности в нашем смысле древность не знала. Древность и очень почтенная знает постоянные войска; но они составляются из набора вольных охочих людей, которые служат по найму и за поручительством третьих лиц . Даже в Московском государстве обязанность служить в стрельцах лежит только на детях стрельцов, и то, пока они живут с родителями и не зачислены в тягло. К детям стрельцов в этом отношении приравниваются их братья и племянники, подсуседники и захребетники. По аналогии с захребетниками, под братьями и племянниками надо разуметь таких братьев и племянников, которые живут в одном дворе с родственником стрельцом (АЭ. III. №№ 167, 199. 1626—1632). К позднее возникающим разрядам постоянных войск, к солдатам и драгунам, применяются те же правила. Они также набираются из охочих вольных людей. Стрелецкие дети, братья и племянники, могут поступать охотою в эти войска, если еще не состоят на службе и не записались в тягло, т.е. если живут со стрельцами (АЭ. III. №287. 1639).

б)Близко к ратной повинности примыкает засечное дело. Под засечным делом разумелось устройство препятствий для наступательного движения неприятеля. Они состояли в завалах лесом удобных для движения неприятеля мест и в перекапывании их рвами; а где нужно, устраивались земляные "засечныя крепости" и "опасные остроги". И эта повинность первоначально была натуральная и падала только на тех "сошных людей", которые жили поблизости мест движения неприятеля. Но в XVI веке она перелагается уже на деньги, не вытесняя, однако, натуральной. Еще в половине XVII века сошные люди привлекаются к рубке деревьев и к другим работам для засек (АЭ. I. № 343; №№ 303, 304. 1589—1642).

в)Изобретение пороха произвело коренную реформу в военном деле и вызвало новые повинности. Такой повинностью является ямчужное дело (ямчуга — селитра, одна из составных частей пороха, куда входят еще сера и уголь). Эта повинность является также то натуральной, то денежной. Натуральная повинность состояла в доставлении к ямчужным амбарам, где "ямчужный мастер ямчюги варит", дров, золы и людей для ямчужного дела, которые иногда называются целовальниками. О сборе вместо натуральной повинности "ямчужных денег" речь идет уже в памятниках половины XVI века4.

г)Рядом с ямчужными деньгами стоят пищальные деньги, налог на покупку огнестрельного оружия, пищалей самопалов и пр. Снаряжение ратных людей огнестрельным оружием должно было встречать большие затруднения. В ру_ ках правительства далеко не всегда был достаточный его запас. Ему приходилось иногда брать взаймы у монастырей даже "ратную сбрую". В 1637 г. государь царь и Великий князь Михаил Федорович указал у митрополитов, и у архиепископов, и епископов, и монастырей, для воинского времени, взять на время ратную сбрую: "латы, зерцала, пансыри, бахтерцы, шоломы, шапки, мисюрки, шишеки, наручи". Если в этих предметах старого вооружения был такой недостаток, то что же сказать о новом оружии? Очень понятно поэтому введение на этот предмет новой подати5.
Первые известия об употреблении у нас огнестрельного оружия восходят к концу XIV века, а сведения о ямчужном деле и пищальных деньгах не идут далее половины XVI века. Можно думать, что эти сведения запоздали, и ямчужная и пищальная повинности появились ранее.

д) К повинностям, возникшим из войны, я отношу и полоняничные деньги, т.е. налог для выкупа пленных. Первые указания на выкуп пленных относятся к XV веку. Юрий Шемяка в договорах с можайскими и рязанскими князьями обязывает их возвратить всех налицо находящихся пленников, а проданных выкупить и возвратить. Вот это древнейший выкуп пленных, совершаемый правительством. Но как он был сделан, на средства особого полоняничного налога или из общих доходов князей, этого мы не знаем. Первый выкуп пленных на средства особого налога, сделанного с этою целью, относится к 1535 г. В этом году Великий князь Иван Васильевич, еще младенец, и мать его, благочестивая княгиня Елена, послали новгородскому митрополиту Макарию грамоты, а в них пишут:
"Приходили в прежния лета татары на государеву Украйну и, грех ради наших, взяли в плен детей боярских, и мужей, и жен, и девиц. И Господь Бог умягчи сердце иноплеменников, а паки возвратили плен вспять, а за то просили государя Великого князя Ивана Васильевича серебра. И князь вел. велел своим боярам сребро дати, елико достоит, а христианския души искупити. И государь князь великий Иван Васильевич и мати его, благочестивая княгиня Елена, повелели своему богомольцу и пастырю Христова стада, владыке Макарию, в ту мзду самому вкупну быти, по обежному счету, а в своей архиепископии, со всех монастырей, собрать 700 рублев московских" (Соф. лет).

Владыка исполнил желание царя и 700 руб. собрал и прислал. Но это была частная мера, коснувшаяся только нов-городского владыки и монастырей. Из вопросов, предложенных царем Стоглавому собору, видно, что в распоряжении правительства в половине XVI века не было никаких сумм на выкуп пленных; что привозимых из Орды пленников никто не выкупал и их отвозили "назад в бусурманство" (вопр. X), к великому посрамлению христиан. На вопрос царя духовный собор отвечал, что выкупать пленных надо из царевой казны и
"Сколько годом того пленнаго окупа разойдется, и то раскинуть на сохи по всей земли, чей кто ни буди, всем равно, зане такое искупление общая милостыня нарицается, и благочестивому царю и всем православным христианам великая мзда будет" (гл. LXXII).
Можно сомневаться, что правительство желало получить именно такой ответ. В 1535 г. оно обратилось за полоняничными деньгами к одному духовенству новгородскому, а не ко всем новгородцам "чей кто ни буди". Общего указа о введении полоняничного налога до нас не дошло. Но из специальных грамот следует, что этот налог одинаково падал как на светские владения, так и на духовные. Но мысль о преимущественном привлечении к нему духовных учреждений не исчезла и в XVII веке. От 1641 г. до нас дошла память подьячему, Михаилу Семенову, посланному в Обонежскую пятину собирать деньги на выкуп людей из крымского плена. Содержание этой памяти напоминает грамоту к владыке Макарию. Подьячему велено было обратиться только к духовенству!" к архимандритам, игуменам, келарям и строителям с братьею, также к девичьим монастырям, протопопам протодиаконам, попам и дьяконам и собрать, "кому сколько мочно дать по силе". Подьячему предписано сказать государев указ, чтобы духовные особы "дали на окуп своих денег побольше". Это не обложение, а просьба; это дополнение к обложению; оно свидетельствует о том, что правительство XVI века сохраняет точку зрения бояр первой половины XVI века: выкуп пленных составляет обязанность духовных учреждений6.

е) Наконец, последний вид сборов на военное дело составляют сборы на жалованье ратным людям вообще и стрельцам в особенности. Возникновение этого сбора нельзя связывать с возникновением первого постоянного войска. Возникновение постоянного войска надо относить к очень глубокой древности. Наши первые князья должны были иметь в своем распоряжении хотя бы небольшие отряды постоянных войск. Это их дворовое войско, состоявшее из рабов и свободных людей. Начальный летописец рассказывает, что сын Владимира Святого, Ярослав, при жизни отца сидевший в Новгороде, ежедневно раздавал гридям 1000 гривен. Эти гриди были воины, служившие князю по найму за жалованье. Если не все, то часть их постоянно находилась при князе, откуда и получила название одна из комнат, где они помещались, гридницей. Из той же начальной летописи узнаем, что киевский князь Святополк-Михаил, собираясь выступить против половцев, говорил: "Имею своих отроков 800 человек; они могут стать против них!" Эти отроки — домашние слуги князя, они прислуживают ему у стола, сопровождают его в поездках; они же исполняют и некоторые обязанности при отправлении правосудия; они же и воины. Большинство их, по всей вероятности, были люди свободные и служили, как и гриди, из жалованья. Но из каких источников выдавалось это жалованье, из общих доходов княжеской казны, среди которых очень видную роль играли доходы с суда и с торговли, или из специального налога, — это неясно. Но можно сомневаться, чтобы в древнее время, когда народные войны велись по определению веча и всем народом, а княжеские — составили личное дело князя и велись его двором и охотниками, — был возможен особый налог на содержание ратных людей. Это предположение подтверждается до некоторой степени и начальной летописью, сохранившей переговоры Великого князя Владимира Святого с епископами и старцами градскими о восстановлении отмененной им виры за убийство. Князь решил возвратиться к вирам на том основании, что по замене денежных штрафов смертною казнью оказался недостаток в деньгах на покупку оружия и на коней. Итак, потребности войны покрывались тогда из доходов князя с суда, а не из особых сборов на снаряжение войска и на плату ему жалованья.

В Московском государстве военная организация получает большое развитие, вольная служба бояр и детей боярских переходит в обязательную, постоянное войско из дворового развивается в особые учреждения, которым усвояется обычное тогда наименование приказов; сперва появляется Стрелецкий приказ, затем Рейтарский и другие; а вместе с этим расширением военного дела возникают и сборы на жалованье ратным людям; но это жалованье выдается не постоянным только войскам, а и княжатам, боярам и детям боярским. Возникновение новых сборов на жалованье ратным людям мы не имеем возможности приурочить к какому-либо определенному времени. Относительно жалованья боярам и детям боярским можно только утверждать, что оно едва ли восходит далее половины XVI века; только с этого времени возникает обязательная служба этих разрядов лиц, с этого времени и никак не раньше могло появиться и их жалованье, а следовательно, и новое обложение. Иначе стоит вопрос о появлении особого сбора под именем стрелецких денег. Появление их может быть приурочено к определенному времени, но очень позднему, к концу XVII века: но этим еще не решается вопрос о возникновении первого жалованья стрельцам и особого сбора на это жалованье. Сбор на жалованье ратным людям встречается гораздо ранее возникновения стрелецких денег; еще ранее этого сбора стрелецкий хлеб, как мы знаем, заменялся сбором денег; из этих источников с присоединением торговых сборов и иных,не имевших прямого назначения, стрельцы и могли получать свое жалованье еще до возникновения стрелецких денег.

Скажем прежде о сборе денег на жалованье ратным людям вообще.
Наиболее древнее известие о жалованье ратным людям, нам встретившееся, относится к 1555 г. В этом году приказано было дать жалованье торопецким казакам по полтине человеку. Но это жалованье выдавалось не из особого сбора, а из государевых "приходных денег" (Доп. к АИ. I. № 80). Можно думать, что в это время еще не было особого сбора на жалованье ратным людям. Стрельцы в это время уже существовали. В 1556 г. приказано было "прибрать в Иванегороде из старых, из отставных пушкарей и пищальников гораздых стрельцов" (Там же. № 92). Пушкари и пищальники обращаются тут в стрельцов; а существовали эти пушкари и пищальники еще в XV веке: о пищальниках речь идет в новгородских писцовых книгах.
Древнейшие известия о сборе с населения особых денег на жалованье ратным людям не идут далее Смутного времени. Первое, нам встретившееся, относится к 1610 г. и содержит в себе предписание о сборе с монастырских вотчин Покровского девичьего монастыря 40 рублей на жалованье ратным людям, атаманам, казакам и черкасам. С этого года мы имеем целый ряд указов, выпадающих на царствование Михаила Федоровича и предписывающих сбор денег на жалованье ратным людям. Кроме упомянутых уже казаков и черкасов, жалованье это предназначается и служилым людям вообще, т.е. дворянам и детям боярским; даточные посошные люди получают свою наемную плату, а не это жалованье. Предписание 1610 г. и все указы Михаила Федоровича делаются на основании постановлений Земских соборов о сборе денег на военные нужды. Так возник этот новый налог на жалованье ратным людям. Это обший налог, падавший на все население, но временный, вызываемый нуждами войны и собираемый всякий раз по особому определению Земского собора7.

К Смутному же времени относятся и первые известия о сборе денег на жалованье стрельцам. Мы встретили два указа, оба от 1614 г., в которых предписывалось собрать стрельцам хлебное жалованье да, кроме того, деньги — на жалованье; здесь деньги не вместо хлеба, а самостоятельно. Дело шло о жалованьи не московским стрельцам, а местным, белозерским и вологодским, и собиралось это жалованье только с местного населения. Это была специальная мера, вызванная потребностями военного времени, а не установление общей денежной повинности на содержание стрельцов8.
Переходим к установлению постоянного сбора, известного под именем стрелецких денег. Мы уже знаем, что на прокормление стрельцов взыскивались альтернативно хлеб и деньги. Предписание для некоторых местностей заменить хлебную дачу стрельцам деньгами и является первой попыткой установить на содержание стрельцов денежный сбор. Но это только замена хлеба деньгами, хотя и существенно отличающаяся от замены, прежде практиковавшейся. Прежде обложение состояло в поставке хлеба, но желающие могли внести деньги; иногда предписывалось внести не хлеб, а деньги, но это были временные предписания. Теперь предписано постоянное внесение денег, но только для некоторых плательщиков. Это сделано в 1672 г. В этом году со всех посадов (городов) велено брать не хлеб, а деньги. Мера эта распространена на все будущее время. Причина заключается в том, что посадские люди и прежде затруднялись давать хлеб, потому что "они люди торговые, а не пашенные, и никогда воеводы в городах хлеба с посадских людей не сбирают, а собирают деньгами дорогою ценою". Чтобы избавить посадских людей от лишних убытков, они обложены с 1672 г. уплатой денег на хлеб по определенной таксе9.



1Великий князь Василий Васильевич подрядил крестьян Троице-Сергиева монастыря в Углицком уезде "на свою службу великаго князя к берегу", ачши, не хотя государевой службы служить, разбрелись из монастырских сел по разным местам (АЭ. I. № 64. Около 1460).
2АЭ. I. № 205; II. №№ 69, 70, 98, 102; III. №№ 222. 225, 274, 275; IV. № 250; АИ. II. № 98; III. № 198; Доп. к АИ. I. № 138; АЮ. № 339. VIII. 1545—1681.
3АИ. II. № 70; АЮ. № 215.1 и VI. 1607.
4Доп. к АИ. I. № 94; АЮ. № 209. III; АЭ. I. №№ 292, 317, 343; III. № 170. 1555—1626.
5АЭ. I. № 234; III. №№ 37, 234; Доп. к АИ. I. №№ 89 и 161. 1552—1637. По писцовой книге Бежецкой пятины 1582 г. пищальных денег сходило со двора по 20 алт. по 11 денег (Неволин. О пятинах. Прил. 321).
6Рум. собр. I. №№ 43, 47, 48, 54, 65; АЭ. I. № 234; III. № 299; АЮ. №209. V, VI; 211.1. 1552—1641.
7АЮ. № 215, VII; АЭ. III. №№ 32, 68, 79, 211, 275; Рум. собр. III. № 41; АИ. III. 1610—1639.
8АЭ. III. № 15; Доп. к АИ. II. № 17
9АЭ. IV. № 189. Документ этот отличается в некоторых местах излишней краткостью языка, чем может вызывать недоразумения. Вот при¬мер: "А с которых посадов и с уездов стрелецкия денги и хлеб сложены из писцоваго оклада, и те денги и хлеб велено им платить по прежнему, с полных окладов". Посады, конечно, платят только деньги, а хлеб и день¬ги— уезды. Иначе будет противоречие с общим правилом. И в другом месте: "А с поморских городов, с которых собираются стрелецкия денги, указал вел. государь писать за стрелецкий хлеб денгами против посадов"... Что это за стрелецкие деньги, которые собираются с поморских городов? Это те деньги, которые собирались со всех плательщиков, т.е. деньги за хлеб, а не особая стрелецкая подать.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 8130

X