Собственный Его Императорского Величества конвой

На протяжении всего XIX в. костяк охраны русских монархов составляли казаки. Начало создания Собственного конвоя восходит ко временам Екатерины II, которая в 1775 г. приказала сформировать военную команду для ее личной охраны. В 1796 г. эту команду преобразовали в гусарско-казачий полк, состоявший из трех донских эскадронов. Но фактически история Собственного конвоя начинается 18 мая 1811 г.245, когда была образована лейб-гвардии Черноморская казачья сотня из кубанских казаков246. Это формирование247 составляло личную охрану императора Александра I во время заграничных походов русской армии в 1813–1814 гг.248 Принципиально важным является то, что Конвой был первым специальным воинским подразделением, предназначенным для охраны императора и членов его семьи.

При Николае I в 1828 г. в составе Конвоя был образован лейб-гвардии Кавказско-горский полуэскадрон. Командовал ими ротмистр Султан-Азамат-Гирей, потомок крымских ханов. Характерно, что горская кавалерия находилась в ведении Шефа жандармов и Командующего Главной Императорской квартирой А.Х. Бенкендорфа. Для ответственной службы в Конвое горцев предварительно обучали в Дворянском полку, поскольку все они происходили из знатных кавказских родов. В связи с тем что горцы были мусульманами, правила для их обучения составил лично А.Х. Бенкендорф. Эти правила учитывали особенности ментальности и вероисповедания горцев. Например, предписывалось «не давать свинины и ветчины. Строго запретить насмешки дворян и стараться подружить горцев с ними. Ружьем и маршировке не учить, стараясь, чтобы горцы охотой занимались этим в свободное время»; «Не запрещать умываться, по обычаю, несколько раз в день. Эффендию разрешить посещать горцев, когда он пожелает, даже в классах. Наблюдать, чтобы во время молитвы горцев дворяне им не мешали. Не препятствовать свиданию с единоплеменниками»; «Наблюдать, чтобы не только учителя, но и дворяне насчет веры горцев ничего худого не говорили и не советовали переменять ее».


Парадная форма чинов Собственного Его Императорского Величества конвоя. 1910 г.


Согласно штатам 1830 г., в полуэскадроне полагалось иметь 5 офицеров, 9 юнкеров и 40 оруженосцев. При этом горские всадники играли двоякую роль. С одной стороны, им доверялась почетная служба в личной охране императора. Во время визитов в Россию владетельных особ из европейских стран горцы с их средневековым вооружением воспринимались как элемент «русской экзотики». С другой стороны, они играли роль своеобразных заложников в условиях непрекращавшейся войны на Кавказе. Поэтому горцев старались держать на некотором расстоянии от царя. При наборе горцев в Конвой обращалось внимание на степень влиятельности и богатства рода. Предпочтение отдавалась кумыкам, кабардинцам, осетинам, ногайцам и лезгинам. Чеченцев старались в Конвой не брать.

В 1830-х гг. Конвой был развернут до трех сотен: линейных терских казаков (с 12 октября 1832 г.), лезгин (с 1836 г.) и азербайджанцев (с 1839 г.). В 1857 г. в Конвое появилась команда грузин. Именно на линейных терских казаков возлагалась ответственная задача постоянной личной охраны Николая I. По штату в сотне полагалось: два офицера, четыре урядника и 24 казака, форму и вооружение казакам установили такие же, как и лейб-гвардии Кавказско-Горскому полуэскадрону В марте 1833 г. состав команды увеличили вдвое и разделили его на две смены: одна находилась в течение 3 лет на службе в Петербурге, а вторая – «на льготах», т. е. в своих станицах.


Камнерезная фигурка камер-казака Алексея Алексеевича Кудинова. Фирма «К. Фаберже»


Казаки сопровождали царя в поездках, их использовали для караульной службы. Одной из любимых резиденций Николая I был Петергоф, в котором для императорской семьи построили Коттедж, а разбитый вокруг него парк назвали по имени жены царя «Александрия». В 1832 г. команда линейных казаков Конвоя патрулировала Петергофские парки, где располагалась императорская летняя резиденция. К 1833 г. сложился уже определенный порядок службы, появились четко фиксированные посты. Так, во время охраны Петергофского парка один пост располагался «у домика» на берегу Финского залива по пути в Александрию, другой – у Монплезира, третий – у павильона Марли, четвертый нес суточный наряд в Александрии, «на вести». Во время прогулок императора казаки заранее расставлялись по маршруту с целью его охраны.

В середине 1830-х гг. сформировалась новая традиция, сохранявшаяся вплоть до 1917 г. Из состава Терской казачьей сотни Конвоя начали набирать личных телохранителей царя.

В 1836 г. для службы при Дворе в качестве комнатного «камер-казака» был впервые взят урядник Подсвиров. Именно он положил начало традиции существования «личников» – телохранителей при особе царя.


Николай I в вицмундире команды гвардейских линейных казаков Собственного Е.И.В. конвоя


Кроме казаков резиденции Николая I охранялись караулами гвардейских постов. Для охраны императорской резиденции в Петергофе были постоянно расквартированы два гвардейских полка. Когда царь отдыхал вне Петергофа, то охрана парка Александрия обеспечивалась семью постоянными постами, по два рядовых на каждый пост249. Во время отдыха царя в Коттедже армейская охрана парка усиливалась чинами жандармерии. По воспоминаниям современника «ни один смертный не был пропускаем через ворота парка «Александрия», если этот смертный не сидел в придворном экипаже»250.

К середине 1840-х гг. первый этап формирования императорской охраны закончился. До 1845 г. порядок несения службы Конвоя определялся краткими должностными инструкциями. В мае 1845 г. царю представили дополнения к кратким правилам строевой службы для иррегулярного войска в части, касающейся Собственного его величества Конвоя. Николай I лично вносил правки в эти документы. Правилами определялись состав Конвоя, штат каждого его подразделения, порядок организации и несения службы при проведении мероприятий с участием царя. В 1845 г. для Конвоя построили казармы в Царском Селе.

В последние годы жизни Николая I «высочайшим повелением» была учреждена медаль «За службу в Собственном конвое». Приказ об ее учреждении был издан в декабре 1850 г. Однако только 19 января 1855 г., за месяц до смерти Николая I, военный министр

В.А. Долгорукий сообщил об ее учреждении министру Императорского двора В.Ф. Адлербергу. Этой медалью предполагалось награждать горцев, лезгин и мусульман, служивших в Конвое, при производстве их за выслугу лет в первый офицерский чин – в корнеты. Образцы медалей утвердил Александр II через несколько дней после смерти Николая I (18.02.1855 г.) – 24 февраля 1855 г. На Санкт-Петербургском Монетном дворе изготовили 100 экземпляров золотых и 100 серебряных медалей. Эти медали носили на шее на ленте ордена Св. Анны. Однако выдали таких медалей очень мало – 3 золотых и 45 серебряных251.


Медаль за службу в Конвое. 1850-е гг.


Совершенно иным образом несли службу казаки Конвоя в период правления Александра II (19 февраля 1855 – 1 марта 1881 гг.). 19 февраля 1861 г. Александр II подписал судьбоносный для России Манифест об освобождении крепостных крестьян. Вместе с тем, он хорошо помнил судьбу Павла I, поэтому именно в феврале 1861 г. предпринимаются первые шаги по усилению непосредственной охраны Александра II.

В начале февраля 1861 г. лейб-гвардии Черноморский казачий дивизион объединили с лейб-гвардии линейным казачьим эскадроном Собственного конвоя. В результате численность Собственного Конвоя достигла 500 человек. В их число входили кубанские (2/3) и терские (1/3) казаки. Наряду с другими воинскими формированиями казаки несли караульную службу в Зимнем дворце. В это тревожное время караул казаков Конвоя в составе одного взвода находился в Фельдмаршальской зале, кроме этого выставлялся пост у кабинета царя (офицер, унтер-офицер и два казака) и два казака занимали пост на ночь у спальни царя. Во время придворных балов в подъезд царя «для снятия пальто» назначались семь казаков.

Немаловажной особенностью сложившейся ситуации было то, что Александр II лично и весьма обеспокоенно начал заниматься вопросами собственной безопасности. Так, по его указанию

с 20 декабря 1861 г. «в зале с портретом кн. Волконского» размещались 23 казака Конвоя на период с 12 часов ночи и до 9 часов утра. Всего в Зимнем дворце в 1860-х гг. казаки, чередуясь с гвардейскими частями, занимали пять постов. Казаки начали периодически сопровождать царя во время его выездов в Петербурге и постоянно сопровождали царя во время его прогулок в загородных резиденциях и в Крыму.


Александр II в форме лейб-гвардии казачьих эскадронов Конвоя. Начало 1860-х гг.


В мае 1863 г. после упразднения Крымско-Татарского эскадрона в состав Конвоя вошла команда лейб-гвардии крымских татар252. Именно в этой команде на офицерских должностях проходил службу князь Николай Георгиевич Туманов. В конце царствования Александра III он входил в число лиц, определявших порядок охраны императора.

Практика заложничества отчасти сохранилась и в 1860-х гг. Так, в составе горского подразделения Конвоя служил сын плененного Шамиля, который на протяжении десятилетий боролся с русскими войсками на Кавказе. 21 августа 1860 г. Шамиль писал министру Императорского двора из Калуги: «Когда до нас дошла весть, что Великий Государь Император велел принять сына нашего Мухаммеда-Шефи в военную службу в Собственный Его Величества конвой и даже оказал ему милость пожалованием офицерского чина, мы несказанно обрадовались этому… Приношу вам за это искреннюю и великую благодарность, ибо вы были причиною этого и помогли окончанию этого дела, и это мы знаем наверное, потому что вы в почете и уважении у Государя, он принимает слова ваши и утверждает действия ваши. Да возвратит вам Бог здоровье, это всегдашняя молитва наша о вас. Смертный раб Божий Шамиль».

С октября 1867 г. казачьи эскадроны Конвоя начали комплектоваться самостоятельно. Постепенно сложилась традиция отбора пополнения Собственного конвоя, которая сохранялась вплоть до 1914 г.


Великие князья Сергей и Павел Александровичи (младшие сыновья Александра II) в форме портупей-юнкера и рядового эскадронов Собственного Е.И.В. конвоя. Конец 1860-х гг. Фото С.Л. Левицкого


Попасть в Конвой было непросто. Для выбора кандидатов в Собственный конвой командированные офицеры объезжали казачьи терские и кубанские станицы. Предварительно офицеры опрашивали казаков Конвоя, знают ли они достойных кандидатов из своей станицы. Казаки-конвойцы в письмах спрашивали об этом стариков-гвардейцев и отцов. Атаман и старики представляли молодых казаков, готовых к действительной службе. Станица выносила приговор. Так, 19 февраля 1899 г. выборные Щедринского станичного сбора Кизлярского отдела Терской области из числа 54, имевших право голоса на общественном сборе, 39 голосами утвердили, что изъявивший желание поступить на службу в Конвой приказный Андрей Таран присяги 1889 г. «поведения, нравственных качеств хороших и к вредным сектам не принадлежит». Затем списки выбранных из всех станиц отправлялись в Войсковой штаб. Для «гвардейского роста» требовалось 2 аршина 8 вершков (180 см). Этот рост не требовался для отличных джигитов, танцоров и песенников. Казаки проходили строевую и медицинскую комиссии. Ветеринарный врач осматривал лошадей. Для службы в Конвое лошади должны были быть рослые, исправные и гнедой масти. В Конвое на светло-серых лошадях сидели командиры и трубачи. Трубачи следовали непосредственно за государем на прекрасных арабских кровей конях, которых покупали у коннозаводчика Коцева в Кабарде. При смене Конвоя через 4 года царь давал знаки «За службу в моем Конвое».

Поскольку среди казаков Конвоя было много старообрядцев, то на присяге Александру II присутствовали два священника – старообрядческий и православный.


Чины Собственного Е.И.В. конвоя и императорская семья. 1915 г.


После совершения священной молитвы адъютант Конвоя объявлял казакам о тех подвигах, за которые жаловался Георгиевский крест, но он также сообщал и о наказаниях, налагавшихся на воинские чины за проступки. Затем священники громко и медленно читали текст воинской присяги, установленной еще Петром I. Вслед за священником молодые казаки поднимали правую руку для крестного знамения, повторяя текст.


Черкеска парадная Собственного Е.И.В. конвоя цесаревича Алексея Николаевича. 1914 г.


При отборе в Конвой принимались во внимание не только внешние данные, но и такие качества, как сообразительность, грамотность, умение ладить с окружающими. За малейшую провинность следовало неотвратимое наказание. Самое страшное из них – отчисление из Конвоя. Помимо позора (сразу же отправлялась телеграмма в штаб войска, и о случившемся знала не только родная станица, но и вся округа) казак лишался ощутимых льгот, предоставляемых после окончания службы. Поэтому очень редки были случаи увольнения без производства в урядники и с лишением гвардейского мундира. Провинившийся не мог с таким позором появиться в станице, из которой потом в течение нескольких лет не принимали казаков в состав Конвоя.

Во второй половине 1870-х гг. казаки Собственного Конвоя стали постоянно сопровождать императора Александра II. Сначала в загородных резиденциях во время прогулок. С 1879 г. и во время поездок по Петербургу. Великие князья в этот период еще вели привычный образ жизни, и уплотнившееся кольцо охраны вокруг царя воспринималось ими как разрушение в глазах народа привычного образа царя. Вот одна из характерных дневниковых записей лета 1877 г., сделанная молодым великим князем Константином Константиновичем: «После завтрака поехал в Царское. Встретил Государя и Императрицу в коляске; на козлах казак, спереди, с боков и сзади казаки верхом, в некотором расстоянии… в дрожках. Признаюсь больно смотреть, как Царь пленником должен ездить, – и где же? В самой России»253.

В заключение отметим, что вплоть до марта 1881 г. именно Собственный Конвой нес основную нагрузку не только по охране царя в императорских резиденциях, но и вне их.



<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 15097

X