2.4. Законодательные акты о поместьях и вотчинах в первой половине XVII в.
Подобная компактность землевладения «города» поддерживалась и ограждалась от проникновения посторонних правительством, издавшим в 1620—1630-х гг. ряд указов по этому поводу. Если сначала запрещалось передавать поместья смольнян, белян, иноземцев, белозерцев и других более или менее искусственно образовавшихся корпораций представителям других «городов» и сословий, из рода и «города», то около 1627 г. появился указ, запрещавший дворянам и детям боярским, служившим по «городу», иметь поместья в других уездах1. Был проведен «сыск» поместных и денежных окладов, проверено соответствие этих окладов дачам. Правительство следило за тем, чтобы помещики не владели многими землями «за малые дачи». Утаенные земли, превышающие оклад, отбирались2. Порожние земли, лежавшие «впусте», указывалось продавать желающим по указанной цене, по рублю за 3 четверти в поле, для того, чтобы «из пустого выходило в живущее»3. Кроме того, по особым именным указам разрешалась продажа из поместья в вотчину, по рублю за четверть4. Своими указами правительство поддерживало не только поместную систему «городов», но и «родовую», наследственную систему передачи земельных владений внутри «городов». Регулировался порядок передачи части поместных земель вдовам и дочерям убитых и умерших помещиков, а также прожиточных поместий женихам и родственникам5. Особо регламентировался и процесс передачи по наследству вотчин, в том числе выслуженных, «за московское осадное сиденье», которые рассматривались как особый фонд земель, обеспечивающий постоянство службы данного рода. Разрешался и поощрялся также выкуп родовых и заложенных земель6. В 1637 г. был установлен 9-летний срок сыска беглых крестьян, в 1641 г. этот срок был увеличен до 10 лет, а срок отдачи вывозных крестьян до 15 лет. Правительство прилагало усилия к тому, чтобы земля не «выходила из службы», для чего появился указ 29 июня 1639 г. о запрещении отдавать поместья городовых служилых людей московским чинам7, а в 1642 г. состоялся указ об ограничении отдачи поместий вдов «из роду»8. «Порозжие» земли по указу 19 ноября 1641 г. отдавались «на льготу» на 15 лет, в том числе городовым дворянам и детям боярским , при этом запрещалось отдавать эти земли в вотчину9. Регулировался порядок мены поместий, дачи земель на прожиток вдовам и дочерям умерших и убитых на службе помещиков. В 1646 г. было объявлено о составлении новых писцовых книг и укреплении по ним крестьян за владельцами10. Вместе с тем в 1647 г. указ 1639 г. о запрещении московским чинам иметь поместья в городах был отменен, так как «с тех мест у многих людей между собою ссоры и вражды были многие, и вдовам и девкам зговаривать в городех было не за ково, что у вдов и девок в своих городех свойство со многими ближнее... также и городовым за московских вдов для поместной справки зговаривать было немощно ж... потому что многие московские люди з городовыми одних родов... чтоб за тем вдовы и девки без замужества не засиживались»11. Однако и этот указ был продиктован стремлением решить демографические проблемы «городов»и увеличить число служилых людей в них. Правительство таким образом издавало указ за указом с целью укрепления поместной системы «городов» и ограждения ее от разрушения товарно-денежными отношениями. Все эти меры уже к концу 1630-х гг. начали давать свои плоды, поместная система возрождалась и укреплялась, пустые земли заселялись. В рамках этого общего возрождения определенный подъем переживало и землевладение служилых «городов».

Ю. В. Готье считал, что «до середины 30-х годов, до Поляновского мира, замосковный дворянин очень редко и мало жил в своих поместьях и вотчинах; существовавшая до 30-х годов для половины служилого контингента уезда необходимость ежегодно выходить на службу в Тулу и Рязань, а затем тяжелая трехлетняя война за Смоленск, в которой приняли участие служилые люди почти всех замосковных уездов были причиною того, что в эти годы служилый человек был дома скорее гостем, чем постоянным обитателем»12. Это положение Готье подкрепляет ссылками на многочисленные прошения служилых людей об отпуске. Однако сам тезис, выдвинутый Готье, содержит в себе противоречие: на службу каждый год отправлялась только половина служилых людей «города», другая половина могла спокойно оставаться в поместьях и вести хозяйство; отъезды же в Москву были непродолжительными, так как жизнь в столице обошлась бы дорого. Исследователь продолжает: «После Поляновского мира и прекращения высылки на юг ополчений, сделавшихся ненужными, когда в 1637 г. началось проведение Белгородской черты, наступил почти двадцатилетний мирный промежуток. Замосковное дворянство впервые отдохнуло в деревне от непрерывной службы»13. Это тезис также вызывает недоумение: высылка на службу на Белгородскую черту и на Тулу и Рязань продолжалась вплоть до 1660-х гг., причем служба эта, хотя и не ежегодная, была осложнена необходимостью участвовать в строительстве черты.




1 Законодательные акты Русского государства... № 156. С. 129.
2 Там же. № 117. С. 111—112; № 120. С. 113№ 121. С. 114.
3 Там же. № 173. С. 142.
4 Там же. № 191. С. 151—152.
5 Там же. №. 85. С. 84; №91. С. 97.
6 Там же. № 145. С. 125.
7 Там же. № 271. С. 190.
8 Там же. № 292. С. 202.
9 Там же. № 288. С. 200.
10 Там же. № 297. С. 204—205.
11 Там же. №311.С. 214—215.
12 Там же. №320. С. 218.
13 Готье Ю. В. Замосковный край в XVII в. М., 1937. С. 198.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 1359

X