1.14. Реформы 1679—1681 гг. и новая организация службы «городов»
Новый этап в порядке службы войск в целом и «городов» наступил с воцарением Федора Алексеевича. Была перестроена служба «городов», делившаяся отныне на службу в Новгородском полку, Рязанском разряде (полку), Казанском разряде, Белгородском и Севском полках. К данным разрядам (полкам) были приписаны близлежащие «города». Если в первой половине и середине века такие «города», как Муром, Арзамас, Нижний Новгород вызывались на службу на Тульскую и Белгородскую черты наряду с другими замосковными «городами», то теперь они были приписаны к Казанскому разряду, что облегчало их сбор на службу. Тверь и «города» Тверского края (за исключением Бежецкого Верха) еще в 1665 г. были приписаны к Новгородскому разряду1. Замосковные «города» должны были служить в Большом полку.

О том, какова была численность и состав «городов» в 1677 г., дают представление «книги нарядов» на службу, в частности в полк В. В. Голицына в Путивле. В этот полк были назначены следующие «города»: Владимир, Смоленск, Дорогобуж, Белая, Бежецкий Верх, Ярославль, Кострома, Вологда. Во Владимире по спискам числились 12 чел. выбора, 11 дворовых, 16 городовых и 69 чел. неверстанных; в Смоленске выбор насчитывал 33 чел., дворовых 37, городовых 60, вместо отцов служили 14 чел., неверстанных было 216 чел.; в Дорогобуже выбор 4 чел., дворовых не было, городовых 2 чел., неверстанных 7; в Белой выборных 14 чел., дворовых 9, городовых 30, неверстанных 69; в Бежецком Верхе выбор составлял 9 чел., дворовых 8, городовых 20, неверстанных 95 чел; в Ярославле выбор — 21 чел., дворовых 31, городовых 44, неверстанных 310, вместо отцов 27 чел, а также 7 даточных; в Костроме выбор составлял 24 чел., дворовых 33, городовых 61, неверстанных 635, кроме того, по разбору 184 (1675/76) г. написано «в службу» было 463 чел.; в Вологде выбор — 17 чел., городовых 143 чел.2 Общее количество дворян и детей боярских в полку (без учета даточных) составило 2549 чел. в 8 «городах». Если учесть, что «городов» было около 100, то можно предположить, что количество дворян и детей боярских полковой службы в 1677 г. превышало 20 тысяч и было никак не меньше, чем в середине века. Следует отметить большое количество неверстанных, что и обусловило их последующую запись в полки нового строя. Кроме того, в полку Голицына служили казанцы и другие «понизовые города». В Казани выборных по спискам было 10 чел., дворовых 23, городовых 101 чел., служили там и иноземцы, новокрещены, мурзы и татары. В Свияжске в выборе служили только 2 чел., дворовый 1, городовых 32. В самом Путивле выбор насчитывал 4 чел, дворовых 29, городовых 137 чел., неверстанных 97, в Чернигове 1 выборный, 3 дворовых, 51 городовой, 28 чел. неверстанных3. На смотре 24 июня 1677 количество служивших по Путивлю и Чернигову было, конечно, несколько меньше: по Путивлю 5 выборных, 18 дворовых и 158 городовых, кроме того, «из недорослей написаны вновь у розбору в прошлом в 184-м году» 40 чел.; по Чернигову 1 выборный, 3 дворовых, 49 городовых и 20 написанных из недорослей4.

Еще при Алексее Михайловиче, в начале 1670-х гг. была введена практика массового повышения в чинах за определенную службу: в 1671 г. это было участие в подавлении восстания С. Разина. В феврале 1678 г. состоялся указ о повышениях в чинах за Чигиринский поход, в котором также принимали участие «города». Жильцов и выборных дворян писали по московскому списку, дворовых по выбору, городовых по дворовому, недорослей по жилецкому списку. Для покрытия военных расходов правительство, проведя в 1678 г. подворную перепись, взимало деньги, по полтине с каждого двора. Эта практика продолжилась до первого Крымского похода, когда сумма выплат с каждого двора «на жалованье ратным людям» была увеличена. Кроме того, для выявления уклонявшихся от службы в начале 1679 г. был проведен новый общий разбор «городов», а также служивших в полках иноземного строя. В образцовой грамоте, посланной по этому поводу к воеводе во Владимир, ему указывалось «володимерцов и иных городов дворян и детей боярских полковые службы и начальных людей и рейтар, и отставных, и которым для ран и для полонного терпения и пожарного разорения в полковой службе дана была льгота, и детей их, и братью и племянников, которые из недорослей в службу поспели, а полковые службы по се время не служат, пересмотреть и розобрать, кому мочно с поместий их и вотчин без денежного жалованья, и кому служить с денежного жалованья»5. При разборе необходимо было быть прежним окладчикам, а вместо умерших окладчики выбирались вновь. Все дворяне и дети боярские разделялись на три статьи, кроме того, в отдельные рубрики выделялись начальные люди, служившие в рейтарах и в солдатах. В сказках служившие по данному «городу» должны были указать имевшиеся за ними поместья, число крестьянских и бобыльских дворов, также наличие задворных и деловых людей, различные угодья и промыслы. Правительство продолжало свою прежнюю практику выделения тех, кто не мог служить «за скудостью» и определения их в рейтарскую службу с жалованьем по 24 руб. в год, их необходимо было написать в «розборном списке» особо. В рейтары указывалось писать тех, кто имел 23 двора и меньше, тех же, кто имел 24 двора, писали в сотенную службу без жалованья. Кто сам хотел записаться в рейтары, чтобы служить с родственниками, следовало принимать, с собственноручными подписями, и «похвалять», но при этом разъяснять им, что они будут в рейтарах без жалованья. Так же и тех, кто хотел служить в полковой службе, но имел меньше 24 дворов, позволялось допускать в эту службу с собственноручными подписями и обещанием служить дисциплинированно, приезжая на службу в указные сроки. Таким образом, запись в полки нового строя проходила исключительно добровольно. В рейтары писали и нетчиков, лишенных земельных владений «худых». У отставных следовало проверять документы об отставке. Всех, кто мог хоть как-то нести службу, следовало записывать в службу городовую. Начальных же людей полков нового строя писать в полковую службу с «городом» запрещалось. Разборщикам предписывалось верстать новиков, смотря по службе и отечеству, но не верстать холопов, крестьян и никаких детей неслужилых отцов, в том числе стрелецких и казачьих6. При разборе служилых людей Новгородского полка следовало всех, кто «собою добры и леты не стары», записывать в гусары, копейщики и рейтары, в рейтары предписывалось зачислять и новиков. Вместо даточных конных людей с отставных и других категорий, освобожденных от службы, на жалованье ратным людям предлагалось брать деньги. Все полученные сведения по статьям записывались в разборные десятый, к которым «прикладывали руки» окладчики.

Эти новшества разбора 1679 г. многие исследователи понимали как начало серьезных военных реформ, и в частности, отказ от прежних форм полковой или сотенной службы «городов». Полагали также, что «массовые разборы второй половины 70-х годов XVII в. по существу положили конец существованию старого служилого «города» как основы поместного и приборного войска. Городовые дворяне и дети боярские в ходе этих разборов зачислялись в рейтарскую и копейную службу, приборные люди — в солдатскую»7. Однако, как видно из источников, процесс эволюции «города» был гораздо сложнее, «город» продолжал сохраняться еще несколько десятилетий, а возможность перевода дворян и детей боярских в полки нового строя была ограничена состоянием их земельных владений и количеством дворов.

В 1679 г. порядок выезда на службу весной по грамотам оставался прежним. В Севске, Путивле и Рыльске собирались полки: Большой полк во главе с боярином кн. М. А. Черкасским, Новгородский полк во главе с И. А. Хованским, также полки Севский и Белгородский, Казанский и Рязанский во главе с боярами М. Ю. Долгоруким и П. В. Шереметевым. Воеводами в полки бояр назначались также их «товарищи» — окольничие и стольники. Полки должны были собираться в указанных местах к 19 мая и затем идти к Киеву. «Города», как правило, определялись на службу в свой разряд или полк. В полку П. В. Шереметева, собиравшемся в Рыльске, служили рязанцы дворяне и дети боярские всех станов, а также рейтары тех же станов. С Шереметевым служили и «города» Севского полка — белевцы, болховичи, карачевцы, Новгород Северский, черниговцы, рыляне, орляне, кромчане, стародубцы, рословльцы. В полку товарища Шереметева окольничего А. С. Хитрово служили калужане, медынцы, воротынцы, мещане, козличи, лихвинцы, серпьяне, мещеряне и ряшане, кроме того, и рейтары тех же «городов». В Большом полку М. А. Черкасского служили замосковные «города» — владимирцы, суздальцы, смольняне, дорогобужане, вязмичи, ростовцы, переславцы, дмитровцы, кашинцы, юрьевчане, лушане; украинные — туляне, каширяне, алексинцы, соловляне, одоевцы; рязанские — Коломна. Кроме того, в составе Большого полка находились два полка нового строя: рейтарский и копейный полк Ф. Г. Зыкова и рейтарский полк В. Р. Рейтара, в состав которых входили рейтары тех же «городов». В полку Зыкова служили рейтары владимирцы, суздальцы, коломничи, каширяне, вязмичи, ростовцы, переславцы, дмитровцы, кашинцы, юрьевчане, лушане, можаичи, волочане, звенигородцы, ружане, вереичи, боровичи, Ярославца Малого, клиняне, борисовцы, а также копейщики из всех привлекавшихся к службе «городов». В полку Рейтара были туляне, соловляне, алексинцы, серпуховичи, тарушане, одоевцы и московские иноземцы. По такому же принципу был сформирован и полк товарища Черкасского, воеводы П. И. Хованского. Здесь служили ярославцы, романовцы, в том числе мурзы и татары, бежечане, угличане, галичане, вологжане, пошехонцы, можаичи, волочане, звенигородцы, ружане, вереичи, боровичи, Ярославец Малый, клиняне, белозерцы. Кроме того, с П. И. Хованским находились два рейтарских полка: в полку И. А. Гулица служили рейтары смольняне, беляне, дорогобужане, ярославцы, романовцы, бежечане, угличане, вологжане, пошехонцы, белозерцы. В полку Я. Б. Тура служили исключительно рейтары галичане, этот «город» составлял весь полк (668 чел.). С третьим воеводой большого полка, стольником Ф. Барятинским, служили костромичи, дворяне и дети боярские, а также рейтарский полк П. Г. Менезиуса (Менезия), куда также входили только костромичи (1299 чел.)8. Основным ядром организации службы провинциального дворянства продолжал и в это время оставаться «город», шла ли речь о сотенной службе или о полках нового строя. Иногда такой «город» (Галич, Кострома) являлся целой войсковой единицей (полком). Количество дворян и детей боярских полковой службы в полку М. А. Черкасского «по наряду» было невелико: 88 владимирцев, 48 суздальцев, 215 смольнян, 17 белян, 17 дорогобужцев, 67 вязмичей, 78 ростовцев, 42 переславца, 13 дмировцев, 49 кашинцев, 11 юрьевичан, 13 лушан; также из украинных «городов» 121 тулянин, 22 каширянина, 32 соловлянина, 6 алексинцев, 10 одоевцев, 36 коломнич; всего 823 чел. В полку его «товарища» П. И. Хованского это число было еще меньше: 199 ярославцев, 38 романовцев, 32 бежечанина, 65 угличан, 47 галичан и вологжан, 36 пошехонцев, 23 можаича, 1 волочанин, 7 звенигородцев, 4 ружанина, 2 вереича, 9 боровичей, 7 клинян, 2 белозерца; всего 465, а также 50 чел. мурз и татар. С Ф. Барятинским должны были служить костромичи полковой службы, количество их в разрядной книге не указано, однако оно было достаточно большим, если они могли составить полковую единицу9. Таким образом, некоторые крупные «города» в конце 1670-х гг. еще сохраняли достаточный состав дворян и детей боярских полковой службы, несмотря на переход большей части в рейтарскую службу. В целом в замосковных «городах» дворян и детей боярских, служивших полковую службу в Большом полку, числилось по спискам около 4000 (3993) чел.10 В полку Новгородского разряда И. А. Хованского дворян и детей боярских полковой службы также было немного: 325 новгородцев 5 пятин, 188 псковичей, пусторжевцев, лучан и невлян, 180 ржевичей, 57 зубчан, 82 торопчанина, 16 тверичей, 12 новоторжцев, 2 старичанина; всего 862 чел. Однако с ними было 149 «людей с боем», итого 1011 чел. Рейтар в тех же «городах» было по спискам 3043 чел., то есть в три раза больше. В Казанском разряде в полку М. Ю. Долгорукого было 725 чел. дворян и детей боярских полковой службы, в том числе мурз и татар; в Рязанском разряде и Севском полку их же было 1632 чел.; в Белгородском полку 824 чел., в то время как рейтар в том же полку было 7682 чел. Таким образом, по спискам во всех боярских полках числилось 3749 чел. дворян и детей боярских полковой службы из «городов». Однако наличие такого числа в списках не означало, что именно столько людей окажется в полках. После трудного Чигиринского похода 1678 г. войска летом 1679 г. собирались медленно. В Севск, одно из мест сбора, к 10 июня приехали только 53 чел. городовых дворян и 16 мурз и татар. М. А. Черкасский 16 июня докладывал: «И ныне, государь, у меня, холопа твоего, в полку добре малолюдно»11. Городовых дворян и детей боярских в это время в полку Черкасского собралось всего 96 чел., копейщиков и рейтар 1980. Так же мало людей приехало в полк М. Ю. Долгорукого, к 26 июня всего 56 чел. городовых дворян и детей боярских полковой службы, рейтар и копейщиков 4-х полков 1427 чел. Массовый приезд начался только в середине июля. К 17 июля в полку М. Ю. Долгорукого было уже 649 чел. дворян и детей боярских из «городов» и 6025 копейщиков и рейтар12. Копейщики и рейтары собирались так же медленно, как и дворяне и дети боярские полковой службы, хотя им и не нужно было везти с собой столько запасов. О том, каково было соотношение в «городах» рейтар и людей «полковой службы», можно судить по росписям «городов» полков нового строя в Большом полку Черкасского. Так, в полку Ф. Т. Зыкова было ростовцев 76, переславцев 76, кашинцев 134, коломнич 217, каширян 364, владимирцев 138, суздальцев 106, лушан 13, юрьевчан 61, ружан 39, вереич 17, борович 113, Ярославца Малого 9, дмитровцев 15, клинян 25, волочан 20, звенигородцев 12, можаич 100, вязмич 213, борисовцев 69, серпуховичей 3, тверичей 5, алексинцев 5, тулян 24, одоевцев 27, угличан 11, бежечан 6, ярославцев 60, романовцев 70, костромичей 34, галичан 15, вологжан 41, пошехонцев 5, белян 12, белозерцев 19, смольнян 11; всего 2511 чел. В полку И. А. Гулица: угличан 168, бежечан 115, смольнян 94, белян 88, белян же галицких помещиков 55, дрогобужан 6, вологжан 168, белозерцев 96, пошехонцев 99, ярославцев 460, романовцев 131; всего 1482 чел. В полку Я. Тура и П. Менезиуса было, как уже говорилось, 688 рейтар галичан и 1299 рейтар костромичей. В полку В. Рейтара было 359 рейтар тулян, 220 соловлян, 46 серпуховичей, 70 торушан, 48 алексинцев, 471 одоевец; всего 1194 чел. В Казанский разряд с М. Ю. Долгоруким также было назначено 3 рейтарских полка, в которых служили рейтары разных «городов»: в полку М. Беклемишева 32 муромца, 211 нижегородцев, 523 арзамасца, 880 алаторцев, 5 гороховлян, 129 курмышан; всего 1782 чел.; в полку И. Фанговена служили рейтары «понизовых городов» — 194 чебоксарянина, 76 цивилян, 66 кузьмодемьянцев, 1817 симбирян, 40 уржумцев, 138 казанцев, 598 свияжан, 2 лаишевца; всего 2931 чел.; в полку М. Лицкина — 262 атемарца, 12 инсарцев, 89 пензенцев, 45 ядринцев, 29 яранчан, 46 ломовцев, 28 керечан, 1103 касимовца; всего 1610 чел. В полку Д. Пульста служили темниковцы (982 чел.) и кадомцы (688 чел.). Кроме того, рейтары из «городов» служили также в Севском полку П. В. Шереметева, в частности, в рейтарском полку И. Чернышева и А. Гулица служили рязанцы, копейщики и рейтары 2284 чел.; в полку Ф. Коха рейтары калужане 132 чел., оболенцы 21, перемышльцы 75, козличи 8, мосальцы 4, серпьяне 16, мещане 116, лихвинцы 3, медынцы 5, воротынцы 7, ряшане 459, шатчане и мещеряне 491, всего 1337 чел.13 На основании этих данных можно вычислить приблизательную пропорцию дворян и детей боярских полковой (сотенной) службы и рейтарского (копейного)строя внутри упомянутых «городов», сравнив также их численность с известными нам данными 1649 г.

Приведем данные, касающиеся состава в 1679 г, некоторых «городов»:



В составе «городов» по сравнению с первой половиной века произошли существенные изменения, количество членов городовых корпораций, служивших в полках нового строя, превосходило количество дворян и детей боярских в два-три раза. В отдельных «городах» это соотношение было не в пользу полков нового строя, но это было скорее исключением (Муром). В небольших «городах» пропорция была почти равной. Одновременно данные списков 1679 г. демонстрируют увеличение численности «городов», прежде всего крупных, таких как Галич, Кострома, Рязань. Вместе с тем численный состав Арзамаса по сравнению с 1649 г. остался практически на том же уровне.

В конце 1680 г. состоялось разделение всех «городов» на новые разряды (полки). Помимо Белгородского, и Новгородского разрядов, были организованы разряды Московский, Северский (Севский), Владимирский, Казанский, Смоленский, Рязанский и Тамбовский разряды14. В результате служба «городов» стала более упорядоченной, был облегчен и приезд на нее. В 1681 г. для всех разрядов (полков) была составлена полковая роспись с указанием числа городовых дворян и детей боярских полковой службы, полков нового строя, конных и пеших служилых людей в каждом полку и разряде. Эта роспись дат представление о численности «городов» того времени, и в том числе о численности внутри этих «городов» дворян и детей боярских полковой службы (то есть прежней поместной конницы) и дворян и детей боярских из тех же «городов» в полках нового строя (копейщиков, рейтар и солдат)15. Результаты этого обобщения цифровых данных перечневой росписи разрядов представлены в следующей таблице («города» указаны по разрядам в той последовательности, в которой они показаны в росписи).





Таблица 9. Владимирский разряд
Таблица 9. Владимирский разряд

Таблица 10. Новгородский разряд
Таблица 10. Новгородский разряд

Таблица 11. Казанский разряд
Таблица 11. Казанский разряд

Таблица 12. Смоленский разряд
Таблица 12. Смоленский разряд

Таблица 13. Рязанский разряд

Таблица 13. Рязанский разряд

Таблица 14. Белгородский разряд
Таблица 14. Белгородский разряд

Таблица 15. Тамбовский разряд
Таблица 15. Тамбовский разряд


Всего в 9 разрядах дворян и детей боярских полковой службы числилось 9712 чел., копейщиков и рейтар (кроме гусар) 29 844 чел.16 Солдат полковой службы из детей боярских по подсчетам автора было 14 603 чел. Служилых людей из «городов» в полковой росписи 1681 г. насчитывалось 54 158 чел. Во всех 9 разрядах, включая Московский, по росписи служило 164 232 чел., таким образом «города» составляли чуть менее трети всей армии. Роспись 1681 г. явилась результатом определенного реформирования принципов комплектования и расположения армии. Она показывает и итоги разбора 1679 г., когда значительное количество дворян и детей боярских были записаны в копейную и рейтарскую, а также в солдатскую службы. Вместе с тем служба в полках нового строя продолжала соотноситься со службой «города», определенные «города» служили вместе, как правило, в одном полку, некоторые из них, как и ранее, составляли собой целые полки нового строя (Кострома, Новгород, Каменский стан Рязани и др.). Дворяне и дети боярские полковой службы численно преобладали только в Казанском разряде, который значительно увеличился. Это можно объяснить большим количеством в «городах» этого разряда мурз и татар, которые предпочитали старое полковое вооружение (лук и стрелы).




1 Записная книга Московского стола 1664—1665 г. // РИБ. Т. 11. С. 244.
2 РГАДА. Ф. 210. Разрядный приказ. Оп. 6. Книги Московского стола. № 80. Л. 71—155.
3 Там же. Л. 158—163, 180—181об., 190—194, 209—213об.
4 Там же. Л. 237—243об.
5 Книги разрядные. Т. 2. С. 1057.
6 ПСЗ. Т. 2. № 744. С. 186—192.
7 Демидова И. Ф., Морозова Л. Е., Преображенский А. А. Первые Романовы на российском престоле. М., 1996. С. 180.
8 Книги Разрядные. Т. 2. С. 1156—1159. Здесь опускаются сведения о двух
выборных полках и стрелецких приказах, входивших в состав Большого полка.
9 Там же. С. 1193—1194. См. выше количество костромичей в «книгах наряда» 1677 г.
10 Там же. С. 1301.
11 Там же. С. 1243.
12 Там же. С. 1328.
13 Там же. С. 1301—1303.
14 ПСЗ. Т. 2. №841, 844. С. 283—285.
15 РГАДА. Ф. 210. Оп. 6. Книги Московского стола. № 124. Л. 1—76.
16 Там же. Л. 75об.—76.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 1438

X