§4. Рождение трестов
Итак, среди российских монополий преобладали синдикаты, но рождались здесь и монополии высшего типа — тресты и концерны. Такие объединения возникли, например, на базе хлопчатобумажной промышленности — корпорации Рябушинского и Второва.

Почему в хлопчатобумажной промышленности сразу появились монополии высшего типа? Потому что образованию синдикатов здесь препятствовал разрозненный сбыт в металлургической или угольной промышленности, где было всего несколько оптовых покупателей заказчиков (казна, машиностроительные заводы и т. п.) и фирм производителей тоже были единицы, договориться и создать общую сбытовую организацию было нетрудно. Однако создать торговую сеть по всей стране с отделениями в каждом городе невозможно. Поэтому, объединяясь для сбыта продукции, текстильные фабриканты предпочитали стадию картеля: договаривались о ценах, но общей сбытовой организации не создавали.

Как известно, Рябушинский — крайний реакционер, который угрожал "костлявой рукой голода" задушить революцию. В действительности отношение Павла Павловича Рябушинского к революционной борьбе было несколько иным. Ведь хлопчатобумажные фабриканты, лидером которых он был, являлись наиболее оппозиционной царизму частью русской буржуазии. Хлопчатобумажная промышленность не была привилегированной отраслью, не работала на казну, а, следовательно, была в наименьшей степени зависима от власти. Она обслуживала широкий народный рынок, а, следовательно, была заинтересована, чтобы мужик имел деньги для покупки ситца. И преобладали в ее среде выходцы из тех же мужиков — Рябушинские, Морозовы, Гучковы. Именно поэтому Рябушинский возглавил буржуазную партию прогрессистов, именно поэтому он отчетливее других видел опасность со стороны крайне левых, — опасность хаоса.

Рябушинские были из крестьян Калужской губернии. Уже в середине XIX в. они владели несколькими хлопчатобумажными фабриками, а затем создали довольно крупное объединение под названием "Товарищество хлопчатобумажных мануфактур". В 1902 году они основали банкирский дом, который позже стал называться Московским банком. Этот банк возглавило объединение Рябушинских, поэтому в прессе его именовали "концерном Московского банка". Однако объединение промышленных фирм во главе с банком правильнее называть финансовой группой.

Что входило в ее состав? Дополнительно к собственно хлопчатобумажному производству Рябушинские организовали Хлопчатопромышленное товарищество, которое объединило заготовку среднеазиатского хлопка и снабжение им московских фабрик. Кстати, если в 1900 г. отечественный хлопок составлял треть потребляемого хлопчатобумажной промышленностью сырья, то в 1906 г. — половину, а в 1915 г. — 70%. На рынке среднеазиатский хлопок стоил дороже, чем американский, а, следовательно, был лучше: капиталист не будет лишь из чувства патриотизма платить дороже за отечественную продукцию.

Затем Рябушинские внедрились в льняную промышленность. Вместе с Трятьяковым (из семьи основателей Третьяковской галереи) они учредили PAJIO — Русское акционерное общество по заготовке, обработке и торговле льном.

Кроме того, до войны в состав группы Рябушинских входили целлюлозные и бумажные фабрики, стекольные заводы, типография, где печаталась газета Рябушинских "Утро России". Экспедиции, организованные Рябушинскими, искали радий, изучали богатства Камчатки.

Особенно развернулась экспансия Рябушинских в годы войны. Они организовали общество "Русский Север", которое объединило целый комплекс отраслей по эксплуатации богатств Севера. Братья организовали военную фирму "Военно-промышленное товарищество", начали строить автомобильный завод в Москве, вкладывать капиталы в нефтепромыслы Кавказа и металлургию Урала.

Объединение Второва началось с основания в 1913 г. "Товарищества для внутренней и вывозной торговли мануфактурными товарами". Товарищество объединяло фирмы, которые производили до 40% "московских" ситцев (т. е. ситцев определенного качества, центром производства которых была Москва).

В 1916 г. Второв учредил Московский промышленный банк, после чего экспансия группы выходит за пределы отрасли. В состав группы включаются "Донецко-Юрьевское общество" — одна из компаний металлургии Юга, завод "Электросталь", общества "Коксобензол" и "Русскокраска", Московский вагоностроительный завод, фабрика фотопринадлежностей, цементные и снарядные заводы.

Таким образом, накопив крупные капиталы в текстильном производстве, крупнейшие предприниматели отрасли учреждают банки, а через них направляют инвестиции в автомобильную, химическую, электротехническую и другие отрасли тяжелой промышленности. В сущности, в это время в России начинается второй этап индустриализации: капиталы, накопленные в легкой промышленности, начинают использоваться для развития тяжелой индустрии. И что особенно удивительно, мощность этого устремления была такова, что оно активизировалось в годы мировой войны, несмотря на войну.

Рождение многоотраслевых корпораций на базе хлопчатобумажной промышленности в России было закономерным. В первой половине XIX в. эта была единственная крупная отрасль промышленности, развивавшаяся по-капиталистически, без крепостных рабочих и крепостнических привилегий. Здесь накапливались не только капиталы, но и опыт буржуазного предпринимательства. После отмены крепостного права капиталисты других отраслей только учились хозяйствовать по-буржуазному. Капиталов не хватало, чем и был вызван приток иностранного капитала. Здесь же и того, и другого было в избытке. Исчерпав возможности своей отрасли, лидеры хлопчатобумажной промышленности становились инициаторами дальнейшей индустриализации России.

Особое положение сложилось в нефтяной промышленности. Тогда она была новой отраслью, появилась пока еще в немногих странах, и нефтяные монополии рождались сразу в форме международных трестов, которые делили между собой нефтяные рынки. Три таких монополии действовали в нефтяной промышленности России: англо-голландский трест "Ройял Датч Шелл", "Товарищество Нобель" и "Русская генеральная нефтяная корпорация".

Нефть добывали кустарным способом в районе Баку издавна, и нефтепродукты использовались только для освещения. Появление двигателей внутреннего сгорания послужило толчком к развитию добычи и переработки нефти. В 70 — годах XIX в. начинают бурить скважины местные капиталисты, среди которых выделялся Манташев, а в конце этого десятилетия родилась первая монополия "Товарищество братьев Нобель".

В 1837 году разорившийся шведский промышленник Нобель бежал в Россию, спасаясь от кредиторов. Здесь он поправил свои дела, наладив производство мин и взрывчатых веществ. Позже с одним из сыновей он вернулся домой, в Швецию. Именно этот сын, Альфред Нобель, учредил Нобелевские премии. Два его брата остались в России, продолжив дело отца.
Они-то, оценив значение и перспективы нового вида топлива, основали в 1879 г. "Товарищество Нобель".

Добывать нефть тогда в этом районе было нетрудно, потребители нефти находились далеко, а перевозить ее традиционным способом, в бочках, было сложно и дорого. Нобели первые в России стали перевозить нефтепродукты в наливных судах, железнодорожных цистернах, прокладывать трубопроводы, что и обеспечило им преимущества перед конкурентами.

В 80-х годах в нефтяную промышленность России вторгается парижский банкирский дом Ротшильдов, которые учредили здесь мощную фирму, ориентированную на экспорт нефти в другие страны. Огромный капитал и международные связи Ротшильдов делали их серьезными конкурентами Нобелей. Третьим конкурентом стало объединение капиталистов во главе с Манташевым.

Положение резко меняется в 1912 г.: трест "Ройял Датч Шелл" купил у Ротшильдов все их нефтепромыслы. Точнее, фирма Ротшильдов влилась в состав треста, причем Ротшильды получили 20% акций "Ройял Датч Шелл". Теперь трест стал англо-голландско-французским. Очевидно, Ротшильды почувствовали, что не смогут одержать победу над трестом в конкурентной борьбе на мировых рынках.

В этом же 1912 г. Русско-Азиатский и Международный коммерческий банки учредили в Лондоне общество "Русская генеральная нефтяная корпорация". Уже то обстоятельство, что российские банки основали корпорацию не в Петербурге или Москве, а в Лондоне, свидетельствовало о международном значении этого объединения. Это был холдинг, которому были переданы скупленные банками контрольные пакеты местных нефтяных компаний, главной из которых была компания Манташева.

"Русская генеральная нефтяная корпорация" — не единственный пример учреждения банками российской монополии в Лондоне. В 1913 году слились в трест три крупнейших в стране табачных компании — "Дукат", "Шапошников" и "Асмолов". Их слияние произошло по инициативе и под руководством Русско-Азиатского банка. Этот банк основал в Лондоне "Русскую табачную компанию" из нескольких русских и иностранных банков для скупки паев русских табачных предприятий, которая фактически стала табачным трестом. 70% акций того объединения принадлежало русским банкам, а председателем правления "Русской табачной компании" стал бывший министр торговли и промышленности В. И. Тимирязев.

Табачный трест объявил ультиматум оптовым торговцам табаком: если они не прекратят операции с неприсоединившимися табачными предприятиями, расположенными преимущественно на юге страны, трест откажется от их услуг. После этого аутсайдеры были вынуждены постепенно присоединяться к тресту. В 1917 году трест производил в России 70% табачной продукции.

В результате действий топливных монополий в России в последние годы перед мировой войной начался топливный голод: стало не хватать угля и нефти, и цены на них резко повысились.

"Продуголь", чтобы повысить цены, ограничивал добычу угля. Цены на уголь выросли на 60%. Нефтяные монополии действовали еще успешнее. Доля России в мировой добыче нефти упала с 51% в 1901 г. до 16% в 1913 г., и теперь Россия уже не лидировала по добыче нефти. Цены на нефтепродукты на внутреннем рынке выросли в три-четыре раза. Естественно, топливный голод отражался на всех отраслях хозяйства страны.

Принято говорить о "металлическом голоде" в России этого времени как результате действий синдиката "Продамет". Однако факты этого не подтверждают. Самыми высокими темпами металлургия Юга увеличивала производство в 1911— 1913 гг., т. е. именно в период "металлического голода". В это время цены на металл повысились, а понизились в среднем на 20%. Следовательно, сокращение производства и рост цен на металлы не имели места.

Синдикаты создавались не только для повышения цен. Они позволяли улучшить организацию производства и сбыта, сократить затраты и понизить себестоимость. "Продамет" действительно закрыл ряд предприятий, но он закрывал технически отсталые заводы, концентрируя производство на передовых. Хозяевам закрытых заводов обеспечивалась нормальная прибыль, т. е. прибыль от продажи металлов делилась между всеми членами синдиката, включая и тех, чья продукция не продавалась. Кроме того, с созданием единого аппарата по реализации продукции тоже сокращались расходы, потому что прежде каждая фирма была вынуждена содержать свой аппарат.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 526

X