§4. Предпринимательство помещиков
На примере горно-металлургической и текстильной промышленности мы рассмотрели два "крайних" направления развития капитализма в промышленности или, иными словами, перехода к европейскому промышленному предпринимательству. Но этими двумя путями не исчерпываются особенности развития предпринимательства в это сложное переходное время.

Еще один путь — развитие предпринимательства помещиков, которые таким образом стремились более рационально использовать ресурсы своих имений. Эти предприятия помещиков принципиально отличались от горных заводов: для горнозаводчиков главным были заводы, а сельские владения — придатком к ним, тогда как у помещиков мануфактуры были придатком к сельским имениям. Втягивание помещиков в рыночные отношения и их предпринимательство стали обычным явлением именно в XIX в., и при этом в руках помещиков оказывались целые отрасли промышленности.

Одной из таких помещичьих отраслей была стекольная промышленность. В условиях кризиса феодально-крепостнической системы помещики стали остро нуждаться в деньгах и стремились превратить в деньги имевшийся в имении лес. Где можно, они его продавали, а там, где продать было трудно, потому что не было рядом сплавной реки, развивали топливо- емкое производство. К таким производствам относилась металлургия, но для постройки горного завода была нужна еще железная руда. Сырье же для стекольного завода — речной песок — можно было найти практически везде.

И еще одно обстоятельство способствовало использованию крепостного труда, а, следовательно, предпринимательству помещиков. Стекольное производство, в отличие от ткацкого, не имело аналогий в крестьянском хозяйстве, поэтому необученные сезонные рабочие из оброчных крестьян не годились для работы на этом производстве. В стекольном производстве высокая квалификация требовалась от большинства работников. Обучать сезонного, "чужого" работника не имело смысла — это значило обучать для других. Имело смысл учить лишь своих крепостных. Как известно, в металлургии те же причины тормозили переход к наемному труду.

Поскольку отрасль была помещичьей, она находилась в привилегированном положении. В течение всей первой половины XIX в. ввоз стекла в Россию был запрещен, а в дальнейшем оно облагалось очень высокой пошлиной. Не удивительно, что норма прибыли в стекольном производстве доходила до 50— 60%, т. е. была намного выше, чем в большинстве купеческих отраслей. Эта высокая прибыль обеспечивалась не только запретом импорта, но и монополией помещиков на рабочую силу и топливо.

Кроме помещичьих, в отрасли действовали и купеческие заведения, причем в этом производстве происходило сближение купцов и помещиков. Крупнейшие стекольные заводчики Мальцевы были из купцов, но для организации стекольного производства скупали имения с лесами, а затем получили дворянское звание.

За полвека число стекольных заведений в России выросло в 1,5 раза, численность занятых — в 2,5 раза, а объем продукции в 6,2 раза. Как видим, и в этой помещичьей отрасли шли процессы концентрации производства и роста производительности труда.

Преимущественной помещичьей отраслью была и бумажная промышленность. Государственный бюрократический аппарат нуждался в большом количестве бумаги, поэтому, как уже сказано, бумажные заведения были одними из первых, а к концу XVIII в. Россия обеспечивала себя бумагой уже в основном за счет собственного производства.

В первые 30 лет XIX в. наемные составляли только 20% всех рабочих этой отрасли, т. е. это была "помещичья" промышленность, однако накануне ликвидации крепостного права из крупнейших бумажных предприятий только четверть принадлежала помещикам, причем самые крупные были купеческими.

Бумажное производство в отличие от стекольного не требовало много дров, но наладить его можно было только на реке, которую можно было запрудить: бумажные заведения назывались "бумажными мельницами", потому что механизмы, размельчавшие тряпье и готовившие бумажную массу, приводились в движение от водяного колеса. К тому же для этого производства требовалась чистая вода, и не на каждой речке можно было основать заведение. Подходящие места в центральных губерниях, как правило, находились в собственности помещиков. Но, с другой стороны, сырьем здесь служило тряпье, организовать закупку которого для помещика было трудно. Скупать тряпье у населения гораздо проще было купцу, у которого действовали лавки в разных городах. Поэтому купец и помещик здесь чаще всего выступали в союзе: купец или арендовал землю для мануфактуры у помещика, или чаще арендовал уже готовое предприятие с крепостными рабочими.

С 30-х годов темпы роста бумажного производства резко повысились. Если за первые 30 лет XIX в. производство бумаги выросло на 60%, то за следующие 30 лет — в 3,3 раза. Причиной такого ускорения было резкое увеличение спроса на бумагу. Если прежде потребителями были казенные канцелярии и дворянство, то теперь к ним добавились разночинцы и значительная часть горожан. Росло число типографий, появилось много журналов, газет, издательств. Такова закономерность: перед крупными социальными сдвигами наблюдается расцвет литературы, люди начинают больше читать и писать, и резко возрастает потребление бумаги. Так было, например, во Франции перед буржуазной революцией, во времена Вольтера и Руссо.

А правительство по традиции, еще с тех времен, когда главным потребителем бумаги была казна, продолжало оказывать покровительство этой отрасли: импорт бумаги облагался высокими пошлинами. Поэтому и прибыль в этой отрасли была одной из самых высоких.

Но помещики не могли в полной мере воспользоваться этой благоприятной конъюнктурой. Крепостной труд не позволял увеличивать масштабы производства: численность крепостных рабочих была ограниченной. Тот же крепостной труд тормозил технический прогресс, потому что внедрение новой дорогой техники при даровом труде означало лишь дополнительные затраты.

Поэтому благоприятной конъюнктурой воспользовались не дворяне, а купцы. Расширяя производство, они вводили новую технику — в отрасли начался промышленный переворот. В середине века уже было принято различать "черпальные" и "механические" предприятия. В "черпальных" бумажная масса черпалась вручную, а в "механических" действовали аппараты бесконечной бумажной ленты. Кроме того, на новых предприятиях мельничное колесо заменил паровой двигатель. Тем самым "механические" фабрики были уже действительно предприятиями фабрично-заводского типа. В 1850 году из 158 предприятий "механическими" были только 29, но они производили уже половину всей бумаги.

Если помещики строили мануфактуры в своих имениях, которые были разбросаны по территории страны, то купец основывал предприятие там, где была рабочая сила, где рядом находились источник сырья и рынок сбыта, т. е. при крупных промышленных городах. Поэтому если в 20-х гг. три губернии, занимавшие первые места по производству бумаги — Калужская, Петербургская и Ярославская, давали только 21% общего объема продукции, то в 1850 г. три ведущих губернии давали уже 60% бумаги.

Помещичьи предприятия продолжали действовать, но увеличение производства в последние десятилетия перед ликвидацией крепостного право происходило за счет новых купеческих предприятий.

В начале века в среднем в заведении производилось бумаги на 11 тыс. руб. В 50-х годах этот средний объем производства на предприятии составлял 31—34 тыс. руб., но 17 крупнейших предприятий с объемом продукции свыше 100 тыс. руб. выпускали 60% всей российской бумаги.

Еще до ликвидации крепостного права, в 50-х гг., в бумажной промышленности начался процесс акционирования. К 1861 году в стране действовало 7 акционерных компаний бумажной промышленности с общим капиталом свыше 2 млн руб. Акционирование в отрасли ускорили два обстоятельства: промышленный переворот, который требовал резкого увеличения инвестиций, и возрастание спроса, которое позволяло соответственно увеличить масштабы производства. Но в самой отрасли для столь резкого увеличения инвестиций капиталов не хватало. Надо было собирать их со стороны. Это и позволяло произвести акционирование.

Бумажная промышленность России отставала от ведущих капиталистических стран не столь значительно, как большинство отраслей промышленности. Если в начале века в России производилось бумаги в 15 раз меньше, чем в Англии, и в 6 раз меньше, чем во Франции, то в 50-х гг. российское производство лишь в 2—3 раза отставало от английского и всего только на 30% от французского. Россия была очень читающей и пишущей страной!

Сахарная промышленность первоначально не была помещичьей отраслью. В начале века только до 6% всех занятых в этом производстве составляли крепостные. Дело в том, что она не была еще свеклосахарной: сахарные заведения готовили из импортного песка рафинад. Поэтому и располагались они в Петербургской и Архангельской губерниях, куда из-за границы поступал сахарный песок. В Архангельской губернии производство стало развиваться в годы континентальной блокады, когда торговля с Англией, из которой поступал сахарный песок, была запрещена. Но если Балтийское море было под контролем Наполеона, то через Архангельск в нарушение блокады Россия по-прежнему торговала с Англией.

Но и рафинадное производство в начале столетия еще не обеспечивало потребностей страны. Россия ввозила в основном не песок, а готовый сахар. Его импортировалось в восемь раз больше, чем выпускали российские рафинадные заводы. К 30-м годам производство рафинада в России выросло в 20 раз. Если в начале столетия действовало только 6 заводов, то в 30-х — 35. Импорт рафинада сократился в десять раз. И теперь его ввозилось в четыре раза меньше, чем вырабатывалось на рафинадных заводах. Иными словами, к 30-м гг. Россия ввозила в основном песок и сама перерабатывала его на сахар.

Песок, который ввозился из Англии, готовился в английских колониях из сахарного тростника. Одним из результатов континентальной блокады было то, что в странах континентальной Европы научились делать песок из сахарной свеклы. Так было во Франции и Германии. Включилась в этот процесс и Россия. Первые свеклосахарные заводы начали здесь действовать в первом десятилетии XIX в., но до 30-х гг. это производство топталось на одном уровне — 1—2 тыс. пудов песка в год.

Дело в том, что первые свеклосахарные заводы вместе с посевами сахарной свеклы основывались помещиками центральных губерний, в том числе даже Московской. Сахарная свекла здесь росли, но ее урожайность была низкой и особенно низким — содержание в ней сахара. К тому же и технология пока оставалась примитивной, и поэтому выход песка по отношению к массе сырья был невысоким: из свеклы удавалось извлечь лишь часть содержащегося в ней сахара.

Бурный рост свеклосахарного производства начинается с 30-х гг., и в 50-х гг. 400 свеклосахарных заводов производили 1,5 млн пудов песка, а импортировалось его теперь только 1,2 млн пудов Таким образом, к концу крепостного периода сахарная промышленность России стала базироваться в основном на своем сырье.

Чем был вызван перелом в 30-х годах? Во-первых, перемещением сахарной промышленности на Украину. В 1860 году Украина дала 80% свекловичного сахара. Природные условия для производства сахарной свеклы здесь были гораздо лучше, чем в более северных районах. А возможностей другими способами увеличить доходность имений здесь было меньше. Если помещики промышленного центра отпускали крестьян на оброк и брали дань с их промышленного заработка, то на Украине промышленных предприятий было мало, да и промыслы были развиты слабо. Здесь можно было выращивать пшеницу на продажу, но, как посчитали помещики, площадь, засеянная свеклой, давала вдвое больший доход, чем площадь, засеянная пшеницей.

Правда, чтобы получить этот доход, надо было еще построить завод. Но при примитивной "огневой" технологии капитал для этого требовался небольшой — 8 тыс. руб. на пресс, т. е. на предприятие минимальной мощности.

Во-вторых, ускоренному росту свеклосахарного производства способствовал технический прогресс. Первые заводы, как уже сказано, были "огневыми": свекловичный сок вываривался на прямом огне в открытых котлах, а выжимался он из свеклы прессами с ручным или конным приводом. В 40-х годах возникли "паровые" сахароварни — здесь сок выпаривался в закрытых аппаратах и действовали паровые гидравлические прессы.

На таких заводах из той же свеклы получалось песка вдвое больше.

Но такой завод и обходился дороже. Если основной капитал "огневого" завода составлял 8 тыс. руб. на пресс, то "парового" — 26 тыс. руб. Мощность "парового" завода превышала возможности среднего помещичьего имения: он перерабатывал больше свеклы, чем производилось в таком имении. Ее приходилось закупать у других помещиков. Зато и прибыль от реализации продукции превышала доходность имения. Теперь имение становилось придатком к заводу, а помещик — промышленником. Паровые заводы, как писал современник, "строились с чисто коммерческой целью". Накануне ликвидации крепостного права паровые заводы давали 85% общего количества сахарного песка.

Поскольку эта отрасль была в руках помещиков, она также находилась под покровительством государства. В 40-х годах пошлины на ввоз сахарного песка удваивали его цену. Поэтому и прибыль сахарозаводчиков была очень высокой — 50—60% на капитал.

Накануне ликвидации крепостного права в России производилось сахара в пять раз больше, чем в Австро-Венгрии, в три раза больше, чем в Таможенном союзе (т. е. Германии), правда, почти вдвое меньше, чем во Франции.

Итак, подведем некоторые итоги. Для помещичьего предпринимательства была характерна относительно высокая норма прибыли, которая обеспечивалась, с одной стороны, покровительственной политикой государства и высокими пошлинами, а с другой — использованием крепостного труда и ресурсов имения. Нет сомнения, что здесь многие работы, особенно вспомогательные, выполнялись в качестве неоплачиваемой барщины. Сырье, которое заготавливалось крепостным трудом, например, сахарная свекла, конечно, обходилось помещикам гораздо дешевле, чем если бы они заготовляли его обычным, "коммерческим" путем. А это значит, что в состав прибыли помещиков- предпринимателей входила частично и феодальная рента.

Значительные успехи этих отраслей были связаны и с тем, что при этом вовлекался в промышленный оборот капитал господствующего сословия России. Когда речь идет о первоначальном накоплении в России, обычно имеется в виду накопление капитала у купечества. Накопление богатств у дворянства исключается из этого процесса, потому что доходы феодалов традиционно использовались для их потребления, а не для инвестиций. Но дворянство как господствующее сословие, конечно, в целом было богаче купечества. Поэтому, когда помещики заводили мануфактуры, это было дополнительным источником инвестиций, дополняло процесс первоначального накопления.

Но конечным результатом и помещичьего предпринимательства была победа капитализма: или сами помещики перестраивали свои предприятия на "коммерческую" основу, или все же в отрасли побеждали купеческие предприятия.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 809

X