§2. Предпринимательство в горно-металлургической промышленности
За период с 1800 по 1860 г. производство чугуна в России выросло с 10 до 18 млн пудов, т. е. на 80%. Если в XVIII в. российская металлургия занимала первое место в мире, то к началу XIX в. ее догнала Англия, а к 1860 г. Россия по выплавке чугуна занимала лишь 8-е место, выплавляя металла в 13 раз меньше, чем Англия.

Причина тому — прежде всего господство крепостного труда в отрасли, сохранившееся вплоть до 1861 г. Горные заводы было невозможно обеспечить наемным трудом. Если текстильная промышленность располагалась в густонаселенном промышленном центре, где крестьяне нанимались к промышленникам, чтобы заплатить оброк, то металлургия развивается там, где есть руда. 80% российской металлургии было сконцентрировано на Урале, где еще продолжалась колонизация, где земли было много, и государственных крестьян ничто не заставляло наниматься в рабочие. Да и не годились эти крестьяне для заводской работы. Работа в цехах металлургического завода требовала особой квалификации, выучки с детских лет, и сезонные рабочие (а крестьяне могли быть только сезонными) не могли выполнять эту работу. Поэтому в отрасли и сохранилось господство крепостного труда.

Вторая причина застоя — то, что отрасль находилась под особым контролем и покровительством государства. Здесь было много казенных заводов, а из частных преобладали посессионные, которые подчинялись государственному регулированию. От конкуренции с заграницей государство защищало высокими пошлинами, которые были вдвое выше цен на металл. Если предприятие оказывалось нерентабельным, терпело убытки, государство поддерживало его субсидиями (дотациями). Академик Безобразов, который занимался вопросами экономики горнозаводского хозяйства, считал это главным злом. "Систематическая правительственная поддержка несостоятельных заводов развратила этот промысел", — писал он.

Поэтому и состав уральских заводчиков был особым. Первых заводчиков, предприимчивых и деловых людей, сменили их потомки, для которых заводы были лишь источником доходов, т. е. типичным феодальным владением. Например, братьям Демидовым, Павлу и Анатолию, принадлежало на Урале 9 заводов и около 40 тыс. горнозаводских людей, прикрепленных к этим заводам. Анатолий родился в Италии, русского языка не знал, и секретарь переводил ему на французский донесения с заводов. Он считался покровителем искусств и гордился тем, что по его заказу Брюллов написал "Последний день Помпеи". Павел жил в Париже. Если приезжал в Россию, то доехать до Урала не мог — застревал в Петербурге, где имел придворный чин. Павел Строганов принимал участие во французской революции, в движении якобинцев, среди которых он был известен под именем Пол Очер (от принадлежавшего ему Очерского завода). Потом он остепенился, но жил все-таки за границей и в Петербурге, и хозяйством заводов не занимался.

Поэтому управление заводов оказывалось в руках приказчиков. На заводах процветали воровство, взяточничество, приписки. "Воровство составляло такой обыкновенный факт, — писал современник, — что с намерением назначались малые жалования и платы, с тем расчетом, что остальное все равно восполнится воровством".

Но все-таки даже в этой крепостной отрасли начался переход к капиталистическому предпринимательству, т. е. в организацию производства вовлекались элементы капитализма.

XIX век в металлургии начался со спада. К 1815 году производство сократилось приблизительно на 20% по сравнению с уровнем начала столетия, а потом, к 30-м гг., восстановилось до этого уровня. Причиной спада было сокращение экспорта металла (в два раза) в связи с завершением промышленной революции в Англии. Англия теперь покупала меньше российского металла, а внутренний рынок не мог поглотить его возросшую массу, и цены на него упали. Пуд полосового железа, который к началу спада стоил 1 руб. 20 коп., теперь продавался за 50 коп. Эти трудности потребовали перестройки хозяйства заводов, которая велась в двух направлениях:

1. На экспорт шло полосовое железо, т. е. просто железо, — переделывать его в сорта англичане предпочитали сами. Внутренний же рынок требовал сортовое железо, т. е. кровельное, шинное и др., — те сорта, из которых кузнецам было проще ковать готовые изделия. Поэтому на заводах стали строить передельные цеха.

2. С падением цен пришлось сокращать затраты, снижать себестоимость продукции. В основном при этом сокращались затраты на заготовку угля и руды. Вспомогательные работы выполняли заводские крестьяне или сельские работники, которые жили в основном за счет крестьянского хозяйства, и им можно было сократить плату. А зарплату мастеровым, работавшим в цехах завода, сократить было нельзя — у них не было иных источников существования. Некоторые заводчики вообще переставали платить за вспомогательные работы, превращая их в обычную барщину. Другие при сокращении производства освобождали часть крестьян от работ при заводе, заменяя эти работы оброком. А за счет этого оброка погашались затраты на заготовку руды и угля остальными крестьянами.

При этом было легче снижать затраты тем заводчикам, у которых при заводах было много заводских крестьян, т. е. большие сельские вотчины. Иными словами, выигрывали те, хозяйства которых оставались феодальными. А в наихудшем положении оказывались те, у которых не было этих феодальных резервов производства, у которых и вспомогательные работы выполняли мастеровые.

Итак, первая в XIX в. перестройка заводов происходила еще не на капиталистической основе: использовались последние феодально-крепостнические резервы.

Совсем иной характер имела следующая перестройка — в 40—50-х гг. В это время металлургическое производство росло, и практически весь прирост за 60 лет с начала века происходил за эти 20 лет.

В эти десятилетия резко увеличился спрос на металл: нарастали капиталистические явления в стране, строились пароходы и проводились железные дороги. Чтобы использовать благоприятную конъюнктуру, надо было расширять производство. Но увеличить численность рабочих было невозможно — не было рынка рабочей силы. Следовательно, надо было повысить производительность труда. А это можно было сделать двумя путями — совершенствуя технику и используя экономическое стимулирование.

В железоделательных цехах, т. е. в операции передела чугуна на железо, происходит переход к пудлингованию. Отечественные историки считают этот переход началом промышленного переворота в отрасли. Дело в том, что в Англии переход к пудлингованию действительно был частью промышленного переворота, потому что при этом древесный уголь, которого в Англии не хватало, заменялся каменным, что существенно понижало стоимость продукции. Но на Урале каменного угля не было, а леса пока было достаточно. Пудлингование велось на том же древесном угле, и стоимость железа не понижалась. Возрастала только производительность труда тех цеховых мастеров, которые были непосредственно заняты в этой операции.

А на вспомогательных работах в эти годы происходит переход к наемному труду. Этот переход к найму не означал смену состава работающих: нанимали тех же крепостных заводских крестьян, менялась лишь форма оплаты их труда. Их переводили на оброк, который можно было отработать, нанимаясь на прежние работы, а можно было и заплатить деньгами. Феодальная рента при этом отделялась от капиталистического найма. Но материальная заинтересованность работников повышалась, так как отработав сумму оброка, за остальную работу человек получал плату деньгами. Стали широко практиковаться и подряды, причем в качестве подрядчиков выступали наиболее предприимчивые из тех же заводских крестьян. Но так как при подрядах и найме приходилось платить больше, чем при "обязательных" работах, стоимость металла повышалась.

Таким образом, перестройка 40—50-х гг. в горнозаводской промышленности имела уже буржуазное содержание: горные заводы старались приспособиться к капитализму, вводя у себя элементы капитализма.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 838

X