§2. Торговое предпринимательство
Мы начинаем не с промышленного, а с торгового предпринимательства, потому что сословие предпринимателей, которое складывается в это время, — это купечество, а купец —- торговый человек. Хоть занимались купцы и промышленностью, торговое предпринимательство для купечества считалось главным. И это было закономерно: торговый капитал появляется раньше, чем промышленный. Первоначальное накопление капитала в России происходит именно в сфере торговли.

Как уже говорилось в XVI—XVII вв. торговали все — торговля не была делом какого-то одного сословия. В XVIII веке купечество становится монополистом в торговле. И дело не в том, что в подражание Западной Европе в России учреждаются купеческие гильдии.

Теперь в городах установлены определенные места для торговли: гостиные дворы и торговые ряды. Торговля вне гостиных дворов, в частных домах и ларьках запрещалась. В указе, обнародованном еще в конце XVII в., было сказано: "...а которые всяких чинов торговые люди ныне торгуют... на перекрестках и в иных неуказанных местах, поставя шалаши и скамьи, и рундуки... с тех мест указал великий государь сломать, и впредь на тех местах никому никакими товарами не торговать".

А торговые помещения гостиных рядов были скуплены купечеством. Да этот указ и запрещал пускать в гостиные ряды мелочных торговцев: теперь крестьяне и ремесленники могли продавать свои товары только оптом купцу.

Запрещалась розничная торговля и мануфактуристам-промышленникам. Как было сказано в сенатском указе, торговлю фабрикантам следует запретить, "дабы они лавок бы собственных не имели, а велеть те свои фабрикаты, которые будут сделаны, привозить на гостиный двор и продавать в ряды" купцам.

Естественно, места в гостиных дворах скупали главным образом богатейшие купцы, купцы 1-й гильдии.

В середине XVIII в. купцы составляли 2,5% податного населения России. Податного, т. е. за исключением дворян, духовенства, чиновников, военных, а также нерусского населения окраин, которое не платило податей.

Два-три купца на сто душ населения — это не так уж мало. Но половина купцов самостоятельной торговлей не занималась. Купцы 3-й гильдии, которые и составляли половину всего купечества, были наемными, работниками, служащими, ремесленниками. Как сказано в соответствующем документе, у них "никаких торгов нет, а пропитание имеют от работ и находятся в услугах и наймах".

В 60-х годах XVIII в. в Москве числилось 400 цеховых ремесленников (Петр I ввел в России ремесленные цеха), а гильдейских купцов, которые занимались ремеслом, было 950, т. е. в два с лишним раза больше. Кстати, это показывает, что искусственно введенные Петром цеха не выполняли функций западноевропейских цехов, не ограждали ремесленников от конкуренции.

И только часть купцов 3-й гильдии имела отношение к торговле: именно из них в основном состояли приказчики более богатых купцов.

Следовательно, купцы были не классом, а сословием: так же, как обедневший дворянин оставался дворянином, разорившийся купец оставался купцом, и принадлежность к сословию купцов совсем не означала, что человек занимался торгово-промышленным предпринимательством.

Крупнейшими были купцы 1-й гильдии. Из их торговых операций очевидно, что в основном они торгуют с заграницей. Иван Евреинов с сыновьями торгует через Петербург и Архангельск с Голландией, Англией и Германией, а через Астрахань — с Персией. Турчанинов (в будущем — уральский заводчик) торговал через Петербург и Ригу с Голландией и Италией. Ситников торговал со странами Западной Европы через Архангельск и Петербург. Журавлевы торговали через китайскую границу и Константинополь. Конечно, эти купцы совершали торговые операции и внутри страны, но внешняя торговля в документах фиксировалась подробнее, да и считалась престижней. Между тем капиталы даже этих крупнейших купцов редко переваливали за сто тысяч рублей.

Начиналось накопление капиталов, конечно, во внутренней торговле, за счет разницы цен, которая оставалась с XVII в.

Цены на сельскохозяйственные продукты в портовых городах и Москве были в два—три раза выше, чем в городах черноземной полосы. Правда, из этого не следует, что вся разница цен составляла торговую прибыль купца. Довольно дорого обходилась перевозка. Например, рожь в Москве стоила в 2,5 раза дороже, чем в Орле (250% по отношению к цене в Орле), а перевозка обходилась в среднем в 70% по отношению к закупочной цене. Следовательно, с доставкой в Москву рожь обходилась купцу уже в 180% по отношению к первоначальной закупочной цене, а прибыль не превышала 47%.

Пуд ситца, в нижнем Новгороде стоил 36 руб. Его доставка в Бухару обходилась в 4 руб. (36 + 4 = 40 руб.). В Бухаре этот пуд ситца продавался за 64 руб. Прибыль составляла 60%.

На прибыль влияла не только стоимость, но и длительность перевозки. На доставку барки с кладью с низовьев Волги до Петербурга требовалось две навигации, два лета, т. е. один оборот капитала происходил за два года. Но это крайний случай. Обычно полный оборот капитала происходил за год.

Вот как, например, перевозились товары из Москвы до Архангельска и обратно. Товары, купленные в Москве, сначала доставлялись по санному пути до Вологды. Здесь они дожидались весны, и на судах по Сухоне и Северной Двине доставлялись в Архангельск. Здесь их продавали, закупали иностранные товары и речным путем доставляли в Вологду, где ждали санного пути. В Москву товары прибывали в январе.

Чтобы сократить время оборота капитала, крупные купцы действовали через своих приказчиков и комиссионеров. При этом торговые операции в Москве и Архангельске совершались одновременно: пока в Архангельске русские товары продавались и закупались иностранные, в Москве закупалась следующая партия товаров. Но так могли действовать только крупные купцы, а средние и мелкие должны были производить эти операции последовательно, одну за другой. Это замедляло оборот их капитала, а, следовательно, понижало прибыль.

Но когда мы говорим о перевозке купеческих грузов, мы должны выделить еще одну группу предпринимателей — подрядчиков из крестьян. Все гужевые перевозки (зимой, по санному пути) выполнялись крестьянами. Но ни сам купец, ни его приказчики не нанимали крестьян: если груз будет утрачен, что возьмешь с крестьянина? Они имели дело с подрядчиками из тех же крестьян, с "капиталистыми" крестьянами, которые гарантировали выполнения подряда денежным залогом. А подрядчики нанимали крестьян, составляли обоз. Естественно, подрядчик должен был получить свою прибыль, которая достигала 20% от стоимости подряда.

Чем крупнее был капитал, чем шире у его обладателя были торговые связи, чем больше на него работало приказчиков и комиссионеров на местах, тем выше были его прибыли.
Только купец 1-й гильдии мог одновременно везти русские товары за границу, иностранные — в Россию и в то же время проводить торговые операции в разных городах страны.

Функции комиссионеров чаще всего выполняли сами купцы по отношению друг к другу. Если купцу надо было совершить торговую сделку, т. е. купить или продать какой-то товар в другом городе, ему совсем не надо было ехать в этот другой город самому. Эти операции мог по его просьбе выполнить его знакомый купец в том городе. Иногородний купец знал, что аналогичную услугу для него выполнит и обратившийся к нему с просьбой первый купец, поэтому он не отказывал выполнить необходимые сделки.

Крупнейшим торговым предпринимателем и в XVIII в. оставалось государство. Сфера казенных монополий и откупов оставалась большой. Новым явлением стали вторичные откупа. Государство сдавало откупа знатным представителям дворянства, а те, в свою очередь, продавали эти откупа купцам. Например, в середине века продажа за границу хлеба и льняного семени через Архангельск была сдана монопольно графу Воронцову и генералу Глебову. Монополию по льняному семени у них на 6 лет купил купец Евреинов с уплатой по 50 коп. с каждой вывезенной четверти. За три года он заплатил Воронцову и Глебову 63 тыс. руб. Эти деньги Воронцов и Глебов получили, пальцем о палец не ударив.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 1135

X