1

Погашены два очага войны, агрессоры получили ужасающий урок, горести и беды пали на народ, а не на истинных поджигателей войны. В огненном смерче, пепле Хиросимы и Нагасаки зарождалась новая эра существования человечества рядом с оружием массового уничтожения, с оружием, как уже тогда начинали понимать, применение которого может привести к гибели всего живого на планете и самой планеты.

Для людей военной профессии спокойствия не наступило.

Николай Иванович Крылов последний раз объезжал соединения и части 5-й армии, его назначили на новую должность — заместителем командующего войсками Приморского военного округа.

Еще в середине октября Крылова неожиданно вызвал Мерецков. Едва поздоровавшись, он перешел к делу:

— Мы решили назначить вас заместителем командующего войсками округа. Как смотрите на это?

— Я солдат и готов служить всюду, куда бы ни послали, — ответил Николай Иванович, не задумываясь, и добавил: — Хотя, конечно, расставаться с армией, с которой прошел такой путь, очень нелегко.

Эти слова командарма вызвали у Мерецкова добрую улыбку, и он сказал:

— Расставаться, Николай Иванович, не придется. Ваши люди остаются в составе нашего округа. Будете, так сказать, шефствовать над ними.

В начале ноября назначение состоялось.

«С тяжелым сердцем уезжал я из маленького маньчжурского городка Дуньхуа, где располагался штаб армии, — вспоминал впоследствии Крылов. — Трудно было расставаться с армией, к которой не то что привык, а с которой сроднился, не мыслил себя вне ее и без нее. Но особую боль вызывала мысль, что могу уже не встретиться с людьми, которые мне были близки и дороги. Я уходил на новую должность, они разъезжались к новым местам службы. И подсознанием мы чувствовали, что для многих из нас — это последние встречи. Сначала не будет времени, чтобы встретиться, потом наши связи ослабнут, и, наконец, станет просто неудобно напоминать о себе после долгой разлуки. Кстати, так со многими и получилось. Пожалуй, крепче всего оказались наши связи с уехавшими еще до моего перехода на новую должность из армии Александром Игнатьевичем Казарцевым, Николаем Яковлевичем Прихидько, Басаном Бадьминовичем Городовиковым, Яном Яновичем Лейманом...»

Попрощавшись с теми, с кем прошел по трудным дорогам войны, Николай Иванович Крылов с женой, дочерью Лидой и младшим сыном Борисом переехал в Ворошилов-Уссурийский, так назывался тогда город Уссурийск.

На этот раз — семейный переезд. Незадолго до нового назначения в Дуньхуа приехали Анастасия Семеновна с детьми. На предостережение мужа о том, что здесь, на только что освобожденной маньчжурской земле, очень трудно наладить семейное хозяйство, она категорически ответила:

— Это я возьму на себя. Главное, что все мы опять вместе!

И как ни убеждал Николай Иванович жену вернуться в уют московской квартиры, пока его не переведут в любой из внутренних округов, Анастасия Семеновна стояла на своем: в мирное время все трудности пополам.

Семья Крыловых поселилась в небольшом домишке неподалеку от здания штаба округа.

По всему округу шло переформирование частей и соединений. Многие из них полностью расформировывались, другие переходили на штаты мирного времени. Естественно, все это требовало пристального внимания со стороны командования округа.

В Приморье не хватало необходимого жилого фонда для личного состава, боксов или хотя бы крытых стоянок для боевой техники, стрельбищ и полигонов для учебы, хранилищ для вещевого имущества и продовольствия... Решение всех этих вопросов в большей степени, чем от многих других, зависело от заместителя командующего округом. Крылов связывался с крайкомом партии, райкомами на местах, с местными Советами и просил, а иногда и требовал помочь. И благодаря его усилиям рядом с землянками, где жили многие солдаты и офицеры, поднимались казармы и парки для вооружения и техники. Постепенно налаживался быт войск.

Устройство быта — это одно, но нельзя было забывать и о боевой подготовке. Мерецков и Крылов подготовили приказ, в котором определялись задачи обучения. Основным требованием этого приказа было — все вопросы отрабатывать с учетом фронтового опыта. Позже, бывая в частях и подразделениях округа, Крылов обязательно проверял, как организована боевая учеба, насколько учтен опыт организации марша, встречного боя, наступления или обороны, накопленный нашей армией за годы войны.

В работе прошло чуть больше года. И вдруг — новое назначение. На этот раз командующим округом.

После победы над милитаристской Японией в состав СССР вошли исконно русские земли — южная часть Сахалина и Курильские острова. Они-то, объединенные с остальной сахалинской территорией, а также Камчаткой и Чукоткой, и составили новый Дальневосточный военный округ. Первым его командующим был генерал армии А. Н. Пуркаев. В январе 1947 года на его место был назначен Крылов.

Прежде чем выехать в Южно-Сахалинск, где располагался штаб Дальневосточного округа, семья Крыловых собралась на домашний совет. Николай Иванович был склонен ехать к новому месту службы один.

— Обоснуюсь там, обживусь, а потом и вы приедете, — говорил он жене.

Но Анастасия Семеновна возразила:

— Что ты, Коля, как же одному. Едва собрались вместе после стольких лет разлуки и снова расставаться? Нет, так нельзя.

— Трудно будет, там все только организовывается, налаживается, — пытался все же убедить жену Николай Иванович, однако она стояла на своем:

— Труднее того, что пережили, уже не будет. Надо перебираться всем вместе. И чем скорее, тем лучше. Лида устроится на работу, для Юры как автомобилисту и там служба найдется, а Борьке, где ходить в школу, все равно. Так что, Коля, поедем все вместе.

— Ну что ж, вместе, так вместе, — согласился наконец Николай Иванович.

Простившись с соратниками по службе в Приморском военном округе — с Мерецковым, членом Военного совета генералом Штыковым и начальником штаба генералом Захватаевым, Крылов выехал в Хабаровск, чтобы представиться главкому войск Дальнего Востока маршалу Р. Я. Малиновскому. Родион Яковлевич встретил нового командующего Дальневосточным военным округом доброжелательно.

— Партия и правительство оказали вам, Николай Иванович, большое доверие, — говорил он Крылову. — Дальневосточный округ не только новый л приграничный, но и единственный в своем роде. Это островной — военно-морской округ. Малиновский улыбнулся. — Но и вы, как известно, человек островной. В Одессе сражались, как на острове, в Севастополе — тоже. И Сталинград был почти островом. На Южном Сахалине, на Курильских островах десятки лет хозяйничали японцы. Во многом именно от вас будет зависеть, как быстро мы сможем наладить здесь полнокровную военную и хозяйственную жизнь войск. Придется, видимо, кое в чем помогать местным партийным и советским органам. Как видите, задачи сложные и ответственные. Но мы уверены, вы справитесь с ними.

После беседы с Малиновским Крылов сразу же направился в Южно-Сахалинск.

Семья быстро приспособилась к местным условиям. Под жилье Крыловым выделили двухэтажный особняк в центре города, который раньше занимал управляющий какой-то японской фирмой, но вскоре Анастасия Семеновна забила тревогу.

— Ты, Коля, избавь меня от этой обузы, — просила она Николая Ивановича. — У японца ведь прислуга была, а я одна. Топить и убирать такую махину просто не в силах. И ребят заставить не могу, они заняты — Лида да работе, Юра на службе, Борька в школе, уходят рано, приходят поздно. Тебя же по целым неделям не видим. Нам квартира нужна попроще.

На окраине города подыскали маленький домик. Туда и перебрались всей семьей. Анастасия Семеновна успокоилась, и жизнь потекла своим чередом.

Почти два месяца потребовалось новому командующему, чтобы объехать разобщенные морями и океаном свои соединения и части. Побывал во всех гарнизонах Сахалина, Курил, Камчатки, Чукотки. Войска всюду перешли к мирной жизни, но их размещение и быт оставались прежними — далеко не удовлетворительными.

В большинстве частей люди жили в землянках, боевая техника находилась под открытым небом. Нужно было срочно создавать новую материальную базу.

Самая неотложная цель, которую поставил перед собой новый командующий, — это благоустройство войск. Ближайшие соратники Крылова — член Военного совета генерал-лейтенант А. Пигурнов, начальник штаба генерал-лейтенант А. Казаковцев, командующий артиллерией генерал-майор И. Телегин — поддержали его.

За пять лет были построены в основном за счет местных ресурсов казармы, складские помещения, домики для офицеров...

Наряду с чисто служебными обязанностями командующего войсками округа у Николая Ивановича уходило много времени на общественно-политическую деятельность. В 1947 году он был избран членом бюро Сахалинского обкома партии и депутатом Верховного Совета СССР третьего созыва и непрерывно переизбирался в Верховный Совет всех последующих созывов.

В аттестации главкома Дальнего Востока Р. Я. Малиновского на командующего войсками Дальневосточного военного округа генерал-полковника Н. И. Крылова сказано: «Благодаря систематической работе над собой и участию в оперативных командно-штабных учениях Крылов намного расширил свой оперативный кругозор. Окончательно отпала необходимость в посылке его на учебу в Военную академию Генерального штаба».

За это время произошли большие перемены и в семейной жизни Николая Ивановича. Окрепли и разъехались из «родительского гнезда» дети. Дочь Лидия вышла замуж и переехала в Москву. Сын Юрий в течение года учился на Высших автомобильных курсах в Ленинграде, получил капитанское звание. Возвратившись на Сахалин, он женился и жил отдельно от родителей. Младший сын, Борис, окончив в Южно-Сахалинске десятый класс, поступил в академию связи имени С. М. Буденного, которая находилась в Ленинграде.

Однако напряженная работа, непривычный морской климат и вновь воспалившиеся старые раны подточили и без того надорванное здоровье Николая Ивановича — он стал все чаще и чаще прибаливать. Тем не менее на уговоры жены (да и Родиона Яковлевича Малиновского, который, узнав о болезнях командующего Дальневосточным округом, тут же позвонил ему), чтобы он поберег себя или, во всяком случае, не перенапрягался, Николай Иванович отвечал одно: «Работать вполсилы я не умею». И несмотря на все ухудшающееся самочувствие, ездил по многочисленным гарнизонам своего островного округа, где проводил сборы офицерского состава, учения. Немало дел было у него и в Южно-Сахалинске, и в Хабаровске — здесь Крылов участвовал в различного рода оперативно-тактических и командных штабных учениях, которыми руководил главком войск Дальнего Востока, разрабатывал и утверждал множество приказов, выступал на совещаниях и заседаниях, да разве перечислишь все, чем приходилось заниматься командующему войсками округа!

Не намного сузились обязанности Крылова и после того, как он вновь стал командующим армией, а затем первым заместителем командующего войсками Дальневосточного военного округа. Первая перемена, как это ни покажется странным, произошла, как говорится, даже без осложнений. Дело в том, что в начале 1953 года в руководстве войсками Дальнего Востока была проведена реорганизация. Должность главкома была упразднена, а его управление в Хабаровске преобразовано в штаб Дальневосточного военного округа.

«Понижение» в должности Николай Иванович воспринял как должное. Он, как человек, имеющий огромный военный опыт, хорошо понимал, что такая реорганизация лишь упростит управление войсками, сделает его наиболее мобильным. А это самое важное. Больше того, Николай Иванович радовался, что его оставили на самостоятельной должности, которая открывала перед ним широкий простор деятельности. Поэтому, когда встал вопрос о его назначении первым заместителем командующего войсками округа, Крылов вначале наотрез отказался.

— Поймите меня правильно, — говорил он Малиновскому, — я больше пользы принесу на самостоятельном посту.

— Но ведь теперь у вас в подчинении будет округ, и какой. Его ведь не сравнишь с прежним Дальневосточным, — убеждал Родион Яковлевич.

— И все же я прошу оставить меня на армии! — настаивал Крылов. И лишь после второй беседы Николай Иванович дал согласие на назначение первым заместителем командующего войсками округа.

18 сентября 1953 года постановлением Совета Министров СССР Крылову было присвоено воинское звание генерала армии, и вскоре он переехал в Хабаровск, где приступил к исполнению новых обязанностей.

«Новая должность в моей биографии особого следа не оставила, — вспоминал впоследствии Николай Иванович, — дел было по-прежнему много, все вопросы приходилось решать практически самому. Наверное, здесь сыграло свою роль то, что я привык за годы командования армией, а затем Дальневосточным округом к большей самостоятельности и соответственно к большей ответственности. А здесь и самостоятельность, и особенно ответственность с меня в значительной море снимались. Это сковывало, как бы даже придавливало инициативу. Я просто был хорошим исполнителем. Может быть, кому-то это покажется не лучшей чертой в моем характере, но ничего не поделаешь, именно таким я был. Потому и обрадовался, когда в январе пятьдесят шестого года меня назначили на округ. Пусть он был менее важен, чем пограничный Дальневосточный, не столь крупный, но передо мной опять появилась перспектива что-то самостоятельно решать, на что-то более эффективно, чем прежде, влиять».

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 2140

X