3-й Белорусский фронт
В начале мая 1944 года меня вызвали в Москву. Отправились в путь, как всегда, вместе с Иваном Петровичем Стрельцовым. Через несколько дней меня назначили начальником отдела контрразведки войск охраны тыла 3-го Белорусского фронта. В пределах доступного меня ознакомили с перспективой 3-го Белорусского фронта. В тот период штаб войск охраны тыла дислоцировался в непосредственной близости от штаба фронта в районе деревни Алексеевки, неподалеку от Смоленска. Поезда в Западном направлении ходили медленно, так как нередко подвергались бомбежке авиацией противника, так, до Смоленска мы добирались больше суток. Вместе с нами в купе ехал дважды Герой Советского Союза летчик майор В.Д. Лавриненков, с которым мы как-то сразу познакомились и разговорились. Он оказался интересным собеседником.
Прибыли мы в Смоленск рано утром, но, несмотря на это, на станции чувствовалось большое оживление, маневрировали паровозы, хлопотали интенданты, разгружая вагоны с продовольствием. Мы с Иваном Петровичем отправились к военному коменданту, чтобы узнать, не пришла ли машина из штаба войск охраны тыла фронта, так как о моем приезде туда позвонили по телефону «ВЧ». На мой вопрос военный комендант показал площадку, замаскированную среди деревьев, метрах в 300-х от станции, где находились все прибывавшие туда машины из частей и соединений фронта.
Чтобы не тащить с собой чемоданчики с несложным фронтовым имуществом, мы решили оставить их у коменданта, а сами отправились разыскивать машину. Только мы подошли к стоянке, как раздалась команда «воздушная тревога». Завыли гудки паровозов, вдали послышались разрывы зенитных снарядов, а через одну-две минуты появились немецкие бомбардировщики. Сколько их было, теперь трудно сказать, но казалось, что бомбы падают с неба, как град. Правда, теперь уже, не как в 1941 году, зенитная артиллерия вела яростное сражение с самолетами и один за другим, объятые пламенем, падали фашистские стервятники на землю. Мы в это время находились вместе с водителями и разными посыльными в специально отрытой около стоянки траншее. Немецкие бомбардировщики, попав под сильный огонь зенитных батарей, потеряли управление, нарушили строй и бомбы сбрасывали беспорядочно. Вскоре появилась большая группа наших истребителей, зенитный огонь прекратился, и начался воздушный бой. Еще несколько немецких самолетов было сбито в районе ст. Смоленск. Затем, затихая, бой откатился на запад. Среди водителей мы нашли того, кто прибыл встречать нас, ефрейтора Савина, который сказал, что вместе с ним прибыл и заместитель начальника отдела контрразведки «Смерш» войск охраны тыла 3-го Белорусского фронта майор Суховилин Владимир Алексеевич, который пошел куда-то наводить справки о прибытии поездов из Москвы и пока не вернулся. Несмотря на то, что немецким стервятникам не дали нанести прицельный бомбовый удар по ст. Смоленск, тем не менее, этим налетом вреда было причинено немало. Там и тут были видны пожары, горели вагоны, несколько бомб разорвалось на железнодорожном полотне, вблизи здания станции, причинив ему серьезное повреждение. Вскоре на стоянку прибежал майор Суховилин, познакомившись с которым, мы отправились вместе к коменданту станции, так как подъехать туда было нельзя.
Но коменданта на месте не оказалось. Как выяснилось, он был контужен во время бомбежки и отправлен в госпиталь. В здании комендатуры все было перевернуто до такой степени, что своих чемоданов мы там не нашли. Так и пришлось ехать к новому месту службы буквально с «голыми руками».
Да, неприветливо встретил нас 3-й Белорусский. Но я лично на него не в обиде, ибо ровно год спустя довелось отпраздновать вместе с воинами этого фронта самый великий праздник - День Победы.
Отдел контрразведки войск охраны тыла 3-го Белорусского фронта занимал несколько землянок в сосновом лесу, как всегда на некотором удалении от штаба. Там все было организовано по особому микропорядку, который укоренился в особых отделах за время войны - своя столовая, свой «штаб», своя охрана, система связи, транспорт и т.д.
Как всегда, первые дни были до предела заняты знакомством с командованием, с личным составом отдела контрразведки, а затем уже с оперативным хозяйством. Командующим войсками охраны 3-го Белорусского фронта был генерал-лейтенант Любый Иван Семенович, начальником политотдела полковник Николаев Владимир Васильевич и начальником штаба полковник Греков Кирилл Александрович.
Чтобы понять сложность моих взаимоотношений с командованием в первый период времени, надо заметить, что мой предшественник полковник Борисов был освобожден от занимаемой должности за нездоровые отношения с командующим войсками. Дело дошло до того, что Борисов писал в Москву всевозможные доносы на командующего, касающиеся его личного поведения. Доведенный до предела терпения И.С.Любый, в свою очередь, обратился к министру внутренних дел с просьбой освободить его от должности или убрать Борисова. Приняли второй вариант - убрали Борисова. Поэтому первый вопрос, который задал мне Иван Семенович, как будем работать, как с Борисовым или по иному? Я ответил, что по шаблону не действую, придерживаюсь партийной принципиальности в оценке деятельности и поведения каждого человека. Мой ответ был явно не по вкусу Ивану Семеновичу, поэтому первое время у нас были весьма прохладные отношения.
Эту же линию строго выдерживал и Кирилл Александрович Греков, начальник штаба, который во всем подражал командующему.
Несколько другую позицию занял Николаев Владимир Васильевич, которому я дал прозвище «товарищ Волк». Он с самого начала знакомства проявил ко мне доброжелательное отношение, а затем постепенно между нами установились дружеские отношения.
Несколько слов хочется сказать о Любом И.С. Это был всесторонне образованный человек с живым, ясным умом, смелый, с быстрой реакцией. Он хорошо владел разговорной речью, тонко и остро высмеивал грубые недостатки окружающих его людей. По натуре властолюбив, самонадеян и возражений со стороны подчиненных не терпел. Окружал себя «верными» людьми в надежде «не выносить сор из избы», а в «избе» было кое-что недозволенное. В вопросах оперативной службы войск разбирался хорошо, но иногда допускал ненужную поспешность при расследовании сложных дел.
Николаев Владимир Васильевич в противоположность Любому И.С. был человеком спокойным, уравновешенным, политически подготовленным, но менее эрудированным, недостаточно решительным. Как человек добрый, общительный, умел налаживать и поддерживать дружбу.
Независимо от сложившихся взаимоотношений все вопросы текущего порядка разрешались нормально, и некоторая настороженность И.С. Любого не мешала делу.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 6432

X