Промежуточные партизанские командные структуры
Как было отмечено, главными руководящими органами партизанского движения по общему планированию операций, поддержанию связи с партией, армией и другими структурами советского режима, а также осуществлению общего надзора за действиями партизан являлись Центральный штаб партизанского движения и непосредственно подчиненные ему фронтовые и территориальные штабы — всего их насчитывалось около десяти. Непосредственное, повседневное руководство партизанами на низовом уровне осуществлялось штабами бригад или аналогичных им формирований. Совершенно ясно, однако, что небольшое количество партизанских штабов высшего уровня не могло эффективно руководить операциями 200—300 бригад без использования ряда промежуточных командных структур. Отчасти такое командование осуществлялось оперативными группами на уровне армий и дивизий. Но такие органы управления были созданы лишь при ограниченном количестве командных структур Красной армии, и осуществлявшееся ими руководство отрядами, действовавшими в непосредственной близости к линии фронта, ограничивалось лишь вопросами проведения военных операций. С тем чтобы эффективно координировать действия бригад, был необходим промежуточный командный уровень непосредственно на оккупированных немцами территориях.
По существу, такие центры командования партизанами на оккупированных территориях были сформированы еще до создания Центрального штаба и подчиненных ему штабов. Первые крупные центры были организованы Красной армией еще в конце зимы 1941/42 года. Одним из районов, где Красная армия взяла на себя командование партизанами, был район Ельни и Дорогобужа в Смоленской области. Этот район стал местом, где Красная армия предпринимала попытки окружить остановленные на подступах к Москве немецкие войска, направляя сюда крупные сухопутные и воздушно-десантные подразделения. Но этим войскам не удалось выполнить поставленной задачи, и в результате они сами оказались отрезанными от основных советских сил. Они не сразу были уничтожены немцами и в течение нескольких месяцев, находясь в котле, оказывали сопротивление. Командовал всеми оказавшимися в котле силами генерал Белов, являвшийся командиром 1-го кавалерийского корпуса. Белов способствовал быстрому превращению нескольких местных партизанских групп в крупные отряды. Возникшие партизанские силы, которые называли полками, в каждом из которых в среднем насчитывалось более тысячи человек, значительно превосходили своей мощью большинство партизанских отрядов, существовавших в тот период. Во внутренней организационной структуре полков наблюдались существенные различия, но в результате проведенной реорганизации партизанских групп различного происхождения они стали больше напоминать регулярные военные формирования, чем существенно отличались от большинства партизанских отрядов, существовавших даже в более поздние периоды. Каждый полк имел крупный штабной отряд и был разделен на несколько батальонов, численность каждого из которых составляла от 300 до 800 человек. Батальоны, в свою очередь, делились на роты, роты на взводы, а взводы на отделения. На полковом и батальонном уровнях главными офицерами являлись командир, комиссар и начальник штаба; в роты назначались политруки. В полках и батальонах имелись интендантские отделы, отделы разведки и особые отделы.
Всего к апрелю 1942 года в районе Ельни находилось около десяти партизанских полков. По всей видимости, к этому времени Белову и его штабу, командовавшим подразделениями регулярных сил Красной армии, стало трудно справляться с задачей управления действиями партизанских полков. В результате был создан промежуточный командный уровень, который, в соответствии со стремлением армейских командиров использовать в партизанском движении присущую регулярной армии организационную структуру и номенклатуру, получил название дивизия. Существовало две дивизии, одна руководила действиями пяти полков, другая — трех, а еще один или два полка оставались в непосредственном подчинении штаба корпуса Красной армии. Мало что известно о внутренней организации и деятельности этих дивизий. Одной из них командовал полковник регулярной армии из штаба Белова. По всей видимости, командные функции были аналогичны командным функциям штаба обычной армейской дивизии, хотя контроль за полками был не столь строгим.

Присущий Ельне тип военной командной структуры исчез вместе с большинством партизан этого района, уничтоженных к концу весны 1942 года. Но в партизанском движении этот тип командования не являлся единственным в своем роде. В расположенных южнее районах Красная армия (командование Западного фронта) играла столь же активную роль в организации и укреплении партизанских групп, которые в течение некоторого времени могли поддерживать контакт с регулярными советскими силами через так называемый Кировский коридор. Здесь также создавались полки, которыми часто командовали офицеры регулярной армии, их численность (от 1000 до 1500 человек) и организационная структура (батальоны) была аналогична полкам, созданным в районе Ельни. Нельзя с полным основанием утверждать, что создавались промежуточные командные структуры, аналогичные ельнинским дивизиям, но в ряде немецких донесений начала 1943 года говорится, что партизанские бригады в этом районе были объединены в дивизии. Однако в середине 1942 года, когда непосредственное руководство осуществлялось армией, являвшиеся основной партизанской единицей полки, по всей видимости, действовали под командованием ближайшей к ним дивизии Красной армии.
Более типичной являлась промежуточная командная структура, возникшая в южной части Брянских лесов. Такой центр оставался одной из наиболее важных промежуточных командных структур, и в целом он был аналогичен действовавшим дальше к северу. В конце зимы 1941/42 года группа партизанских командиров, возглавляемая Д.В. Емлютиным, офицером НКВД из Орловской области, и А. Д. Бондаренко, секретарем райкома одного из оккупированных районов Орловской области, создала штаб в Смелиже на границе Орловской области. По всей видимости, эти руководители получили одобрение высшего советского руководства, хотя до конца весны контакты с советской стороной были крайне нерегулярными. В течение нескольких месяцев Емлютин (ставший командиром нового центра управления, а Бондаренко его комиссаром) руководил действиями 10 ООО партизан, разделенных на тридцать отрядов, десять из которых имели размер бригад. В августе Емлютин, Бондаренко и командиры крупных отрядов вылетели в Москву. На совещании с участием руководящих партийных работников и руководителей партизанского движения Емлютин был официально назначен начальником партизанского центра в лесах на юго-западе Орловской области. Его штаб получил название «Объединенные партизанские отряды западных районов Орловской области», но был больше известен как «оперативная группа»1.

Оперативная группа в тылу противника
Оперативная группа в тылу противника

Мало что известно о внутренней организационной структуре и деятельности оперативной группы Емлютина. (Типовая организационная структура оперативной группы, согласно немецкой версии, представлена на рис. 3.) В 1943 году в ней существовал штаб, куда входили различные специалисты, в частности большая группа для обслуживания аэродрома, радисты, поддерживающие регулярную связь с советской стороной, а также значительные силы (численностью до бригады) для непосредственной защиты штаба. Как указывалось выше, оперативная группа в течение долгого времени находилась под командованием Орловского штаба партизанского движения и не подчинялась фронтовому штабу (Штаб партизанского движения Брянского фронта), как это обычно происходило до начала 1943 года с партизанскими силами, действовавшими поблизости от линии фронта. В обычной обстановке основными обязанностями Емлютина и его штаба являлись следующие:

1. Доведение оперативных приказов до подчиненных партизанских отрядов. В частности, к их числу относились приказы по проведению скоординированных атак на используемые немцами железные дороги, имевшие огромное значение в Брянской области.
2. Принятие и распределение по отрядам людей, снаряжения и оружия, а также сведений и информации, получаемых с помощью имевшейся в штабе мощной радиостанции.
3. Осуществление общего контроля за действиями партизанских отрядов и обеспечение их активности в борьбе с противником, а также подавление любых стремлений действовать вразрез с указаниями режима. Не ясно, имела ли оперативная группа право назначать и смещать командиров партизанских отрядов.

Помимо этих обычных обязанностей оперативная группа брала на себя многие оперативные командные функции в случае возникновения кризисных ситуаций, когда немецкие войска проводили против партизан крупные наступательные опера- ции. Южная часть Брянских лесов, по существу, была превращена в огромный неприступный военный лагерь, откуда партизанские отряды отправлялись в рейды и куда они обычно могли вернуться в полной безопасности. Но когда противник начинал крупные военные действия против этой лесной базы, большинство отрядов отступало на подготовленные оборонительные позиции в ограниченном радиусе вокруг лагеря. В таких условиях возникала необходимость и становилось целесообразным, чтобы руководство всеми партизанскими силами осуществляла оперативная группа Емлютина.
Во многих отношениях оперативная группа Емлютина напоминала другие промежуточные командные центры, которые, в отличие от существовавших в Ельне и Кирове, не были сформированы военным командованием. Подобные «невоенизированные» центры руководства партизанами активно действовали главным образом в Белоруссии, Калининской и Ленинградской областях. В Белоруссии существовала промежуточная командная структура, известная как «оперативный центр», на уровне областей (следует помнить, что области в Белоруссии были по размерам значительно меньше, чем в РСФСР и на Украине). Эти командные центры действовали приблизительно так же, как и группа Емлютина, но имели два существенных отличия. Большинство из них — в особенности в Минской и Могилевской областях — работали в тесном сотрудничестве с подпольными комитетами партии, и часто происходило смешение кадров оперативных центров и партийных комитетов2. Роль партии в руководстве этими оперативными центрами, несомненно, возрастала потому, что они находились в прямом подчинении Белорусского штаба партизанского движения, то есть территориальной командной структуры, тогда как Орловский штаб, отчасти также являвшийся территориальной структурой, все же в большей степени сотрудничал с фронтовым командованием. Помимо этого, организация промежуточной командной структуры в Белоруссии была двухступенчатой. Между отрядом и оперативным центром были оперативные группы, контролировавшие сравнительно небольшие территории, а именно один или несколько районов. Эти группы также тесно сотрудничали с партийными комитетами, в данном случае с районными ко- митетами. По всей видимости, высокая концентрация партизан в Белоруссии (в 1943 году они составляли примерно половину всех советских партизан в оккупированных частях СССР и более половины в 1944 году) и огромное влияние партии были основными факторами, обусловившими создание двухступенчатой системы.
Промежуточные партизанские командные структуры в Калининской и Смоленской областях мало чем отличались от существовавших в Белоруссии. Вместе с тем в Ленинградской области отличительной чертой было использование вносящего путаницу термина «бригада» для обозначения оперативной группы, при этом имевшие размер бригад отдельные отряды назывались полками. Существовало около десяти таких «бригад», а других промежуточных командных структур не было. Поскольку каждый из трех фронтов Ленинградской области по размерам был равен армии, партизанское командование этих фронтов было аналогично оперативным группам при любых других штабах армии. В результате оперативная группа при каждом из трех фронтов контролировала сравнительно небольшое число партизанских отрядов. Поэтому неудивительно, что одноступенчатая командная структура являлась вполне подходящей.
Можно перечислить большое количество вариантов и особенностей промежуточной командной структуры. Для бригад и других организационных форм партизанского движения было характерно не единообразие, а скорее многообразие. Тем не менее в основных районах активных партизанских действий промежуточный уровень командования появился сразу вскоре после того, как партизанское движение набирало силу. Поэтому вполне очевидно, что такой центр был просто необходим в организационной структуре партизанского движения. Он координировал действия бригад, которые были столь многочисленны, что командование ими не могло успешно осуществляться напрямую фронтовыми или территориальными штабами. В частности, имея в своем распоряжении радиостанции и аэродромы, они направляли деятельность и оказывали поддержку бригадам так, как это не могли делать штабы, расположенные за пределами оккупированной территории. Поскольку развитие таких центров со всеми присущими им преимуществами шло быстрыми темпами, представляется вполне вероятным, что высшее командование партизанского движения отдавало приказы об их создании в тех районах, где они не возникли спонтанно, хотя прямых указаний на это нет.



1 Андреев В. Указ. соч. С. 316.
2 Хотя Емлютин и Бондаренко являлись руководящими работника- . ми в Орловской области, тот факт, что они оказались руководителями партизан в Брянских лесах, был отчасти случайностью. В центральных областях Белоруссии участие партийных организаций в управлении партизанским движением, видимо, предусматривалось общим планом.

<< Назад   Вперёд>>  

Просмотров: 5343

X