Работа сыскного отдела при Нижегородском городском управлении полиции за 1903 г.

Криминальная хроника Нижегородской губернии за 1903 г., составленная на основе сообщений прессы.

ЯНВАРЬ



4 января 1903 года агенты сыскной полиции задержали Костромского мещанина Троицкого (бывшего потомственного дворянина). Оказалось, что он как лишённый прав, не имеет права проживания в Нижнем Новгороде.

5 января 1903 года в сыскное отделение был доставлен из Сормова агентами полиции известный вор – рецидивист, Алексей Токарев. Он обвиняется в краже у Сормовской купчихи Е. И. Князевой железной шкатулки с деньгами и ценными бумагами, на сумму свыше 10000 рублей. Токарев скрывался в Кунавине, в выставочном посёлке и других местах. Он ходил в гриме, надевал парик и менял бороду. Получив сведенья, что Токарев находится в Сормове, заведующий сыскным отделением Н. Д. Думаревский командировал туда 6 агентов полиции, которые прибыв на место, окружили дом, где находился преступник. В присутствии начальника сыскного отделения Н. Д. Думаревского производилось дознание по делу, в котором этот вор обвинялся. На предложение чистосердечно сознаться в краже, ввиду очевидных и веских улик, Токарев презрительно ухмыльнувшись, ответил, что считает это нелепым. У него есть 90 шансов на сто, что его оправдают. Оказалось, по его словам, что он обвинялся в 30 кражах и только по трём делам был обвинён и отбывал наказание.

- Большую неприятность устроили вы мне, ваше высокородие, что меня арестовали накануне Крещения, у нас было намечено очень хорошее дело. Эта ночь стоила бы нам 1000 рублей.
- Какое дело? - спросил Думаревский.
- Я не могу сказать, потому что это наша «общественная тайна». Жертвой нашей намечен был один рыбный торговец.

Токарев будет отправлен в Балахнинский тюремный замок этапным порядком.

7 января 1903 года сыскной полицией задержаны двое известные воров – рецидивистов: Ястребов и Кручинин, оба не имеющие права жительства в Нижнем Новгороде. Их этапируют по месту жительства.

8 января 1903 года задержан сыскной полицией участвовавший в нападении на крестьянина Андрея Быстрова в Канавине, мальчуган 13 лет, носящий кличку «Антошка». Оказалось, что «Антошка» - это Александр Антонов, он давно уже известен полиции, как мелкий вор – рецидивист. Полицейские неоднократно обращались к его отцу, но бесполезно. «Антошка» категорически заявил, что воровство ему нравится и другого занятия ему не нужно. Его предложено отдать в исправительную колонию для малолетних преступников.

9 января 1903 года недавно из казарм Клязминского резервного батальона, самовольно отлучились ефрейтор Гершь Зимеленович Шмуйлович и рядовой Хаим Лейбович Гасман, оба уроженцы Виленской губернии. Командир батальона сообщил в сыскное отделение, прося принять меры к розыску пропавших солдат.

10 января 1903 года заведующий сыскным отделением Н. Д. Думаревский просит напечатать, что в сыскном отделении хранятся две медали коронации в память Императора Александра III и за «усердие», а так же шпоры, найденные на Иордании 6 января.

10 января 1903 года, вечером на агента сыскной полиции Осипова, когда он проходил в 10 часов вечера по Александровской улице в Кунавино, напали неизвестные. Сначала ему нанесли удар камнем или гирькой по голове, отчего сыщик упал на землю, потеряв сознание. Нападавшие нанесли ему в спину ножом 11 ран. Раненый агент отправлен в больницу, его раны весьма серьёзные, его привезли в бессознательном состоянии.

12 января 1903 года агент сыскной полиции Осипов, до сих пор не пришёл в сознание и продолжает находиться в больнице. По подозрению в нападении на агента полиции задержано 5 человек, профессиональных воров.

12 января 1902 года в сыскное отделение поступило сообщение от Казанской полиции, что при розыске кражи у ветеринарного врача Воздвиженского в Казани, на Устье, в одной из квартир была отобрана масса вещей, часть которых, как предполагают, украдены в Нижнем Новгороде. В числе этих вещей находятся: шубы, золотые часы, кольца с изумрудом, бриллиантами и бирюзой, две нити жемчуга, броши, серьги и прочие. У кого украдены эти вещи, пока неизвестно.

13 января 1903 года сыскное отделение получило сообщение, что один из похищенных у господина Платонова, выигрышных билетов Дворянского банка, заложен в Казанской конторе Печёнкиной. Сама кража была совершена в мае 1902 года у крестьянина Даниловского уезда Ивана Даниловича Платонова, во время сна на Кузнечной улице были похищены процентные бумаги, деньги, долговые документы и вкладные билеты, всего на сумму около 5000 рублей.

13 января 1903 года в Нижегородском окружном суде слушалось дело по первому уголовному отделению с участием присяжных заседателей о подделке монет.

В июне 1902 года, мещанка Федосья Васильевна Колесникова, разговаривая со своей знакомой Александрой Парисовой, высказала, что может доставить дело, которым можно нажить много денег. В 20 числах июля, Колесникова сообщила Парисовой, что её сожитель, Яков Фёдорович Борисов умеет делать фальшивые монеты и что они только нуждаются в сбытчике и покупателях. Говоря это, Колесникова прибавила: «или богатым быть или в Сибирь идти». Парисова в тот же день сообщила детали этого разговора в сыскную полицию, а сама заявила Колесниковой и Борисову, что она готова сбывать монеты и может найти покупателя тысячи на две или на три. Те отвечали, что они найдут квартиру и начнут изготовлять монеты. Затем Борисов вынул кинжал и револьвер и добавил, что убьёт Парисову, если она их выдаст. После этого, они условились, что Парисова за 100 рублёвых монет должна была платить 50 рублей настоящими деньгами, которые и должны были делиться между ними на три равные части. В начале августа, Колесникова впервые вручила Парисовой поддельный рубль, за который, та через день уплатила 50 копеек, а фальшивую монету передала в сыскное отделение. Спустя несколько дней, Парисова узнала от Борисова, что монеты сплавлены и выдала ему 2 рубля 50 копеек и получила от него 5 фальшивых, рублёвых монет, которые сразу передала в сыскное отделение.

А 8 августа 1902 года, в квартире Борисова в Плотничном переулке в доме Новикова, был произведён обыск, были найдены свинцовые кружки, проволока, стружки, пузырьки с нашатырным спиртом, ртутью и скипидаром, а так же четыре кирпича, приспособленных для плавления свинца. Первоначально Борисов и Колесникова отрицали свою виновность, но 14 августа Колесникова дала показания, что она находилась под сильным влиянием Борисова, с которым она состояла в связи около 11/2 месяца и отдав ему все свои деньги, она должна была уступать всем его требованиям, подыскивая сбытчиков и предложила заняться этим Парисовой и Анастасии Конюховой, а Борисов по её словам, отлил 25 или 26 монет, а форму спрятал под печь. Проверив показания Колесниковой, полицейские действительно нашли форму для отлива фальшивых денег под печкой. После признания Колесниковой, Борисов дал показания заведующему сыскного отделения Н. Д. Думаревскому и сознался, что сделал форму для отливки и в присутствии Колесниковой подделал 26 монет, из которых 6 пустил в обращение через Парисову, а остальные спрятал в дровах Кунавине, на берегу Оки, напротив Объездного переулка, где они по его показаниям были найдены околоточным надзирателем Лиловым. При осмотре формы, было установлено, что она состоит из трёх пластин, накладывающихся одна на другую, на крайних вырезан государственный герб с обозначением года и портретом Государя Императора, а в среднем круглое отверстие, через которое вливался расплавленный металл. А 27 августа 1902 года, монеты и форма были отправлены на монетный двор, откуда последовало извещение, что монеты фальшивые и отлиты из олова при помощи доставленной формы.

Привлечённый к следствию Борисов признал себя виновным и объяснил, что система для отливки и все монеты приготовил при непосредственном участии Колесниковой, с которой во время содержания на гауптвахте сносился записками, уведомляя её о положении своего дела. Колесникова отрицала свою виновность, доказывая, что она стремилась «отделаться» от Борисова и старалась по совету Парисовой, выведать все его тайны и узнать об умение его подделывать монеты, сообщила об этом Конюховой и Парисовой, сама же ни какого участия в его занятиях не принемала. Борисов и Колесникова, были преданы суду по обвинению, первый в изготовлении фальшивых монет Российского чекана, а последние в их сбыте.

На суде Борисов признался, что фальшивые монеты сделаны им, объяснил, что цели сбывать их, у него не было, а было лишь желание показать, что он «мастер» своего дела. Колесникова дала те же объяснения, как и на предварительном следствии. Из показаний допрошенных свидетелей выяснилось, что оба подсудимые участвовали в совершении преступления, что Борисов в это время находился в довольно тяжёлом материальном положении, и что жизнь Колесниковой с ним была «под револьвером и кинжалом», что это одно только удерживало её от того, что бы прекратить совместную жизнь с Борисовым. Из оглашённой справки о прежней судимости Борисова оказалось, что он в 1891 году был осуждён за подлог Оренбургской палатой уголовного и гражданского суда и отбыл наказание, соединенное с лишением всех особых прав и преимуществ.

Обоим подсудимым присяжные заседатели вынесли оправдательный вердикт.

14 января 1903 года агентами сыскной полиции в ссудной кассе отделения Столичного ломбарда, были изъяты карманные часы, украденные на Самокатной площади во время работы Нижегородской ярмарки у фельдшера Замотина.

15 января 1903 года сыскная полиция изъяла у одного подозрительного лица шесть серебряных ложек, но у кого они были украдены, пока не установлены.

16 января 1903 года агенты сыскной полиции изъяли у вора – рецидивиста шесть квитанций на заложенные в ссудных кассах вещи: кольца, серьги и другое.

17 января 1903 года агенты сыскной полиции задержали на нижнем базаре запасного рядового из крестьян Новорудского уезда, Минской губернии, коммивояжёра по продаже поздравительных карточек, Герца Абрамовича Ивенского, из евреев, не имеющего права жительства вне черты еврейской оседлости. Ивенский будет выслан из пределов Нижегородской губернии.

17 января 1903 года агентами сыскной полиции у нижегородского мещанина, Василия Антоновича Коновалова, по кличке «Счек», проживающего в собственном доме на выставочной территории, было изъяты вещи по подозрению в принадлежности: самовар никелированный, часы – будильник в виде трёхколёсного велосипеда, весы аптекарские с мерами веса, две пары сапог, 23 ситцевых платка в отдельном свёртке и прочие. Сапоги были опознаны Золотовым, а платки крестьянкой Кореживой, у которой они в числе других вещей в ночь на 2 декабря были похищены из её квартиры в доме Корбан на Почаинской улице. Производится розыск остальных хозяев изъятых вещей.

17 января 1903 года раскрыта кража, совершённая на днях в доме Доловой на Большой Покровской улице, где были украдены разные вещи, принадлежащие сосланной на каторгу крестьянке, Чуевой (по делу об отравлении приказчика в магазине Хохлова). Сыскной полицией было установлено, что эти вещи похитил сын квартирантки, Михаил Петрович Таланов – Мясников, который в настоящее время задержан и в краже сознался. Он объяснил, что вещи он отвёз в Москву и продал на Хитровском рынке. В Москву и обратно он проехал по железной дороге «зайцем» так, как полученные за вещи деньги все пропил.

18 января 1903 год, вечером в трактире Горбунова на Алексеевской улице, сыскной полицией были задержаны двое воров – рецидивистов, Левцов и Гобунов. Их задержание было связано с полученными сведеньями, что эти двое собираются совершить кражу в этот день. Левцов в прошлом году попал под «суд» золоторотцев на Миллионке. У его товарища при обыске найдено долото и большой нож. Третий, бывший с ними в гостинице, сумел скрыться.

19 января 1903 года, в доме нижегородского мещанина В. А. Коновалова по кличке «Сачок» был произведён повторный обыск. Агентами сыскной полиции в сундуках, чуланах, погребах, сараях и на чердаке было найдено много разных вещей.

20 января 1903 года в сыскной отдел явилось несколько потерпевших от краж, для осмотра вещей изъятых сыскной полицией у В. А. Коновалова в выставочном посёлке. Среди отобранных вещей были: золотые кольца, серьги, броши, цепочки, швейная машинка, носильное платье, не распакованные платки Даниловской мануфактуры, кресты, самовары и прочие. Многие вещи уже опознаны своими владельцами.

23 января 1903 года агенты сыскной полиции задержали мнимого «монтёра», который совершал кражи, под видом исправления электрических звонков у обывателей города. Задержанный назвался Калязимским мещанином, Алексеем Малявиным 17 лет. Он пояснил, что подобный способ для совершения кражи ему подсказал его приятель, с которым они вместе отбывали срок в тюрьме, где оба они находились по приговору мирового судьи несколько месяцев, за совершение кражи.
- Я никакого понятия не имею об электрических звонках. Мне бы только проникнуть в квартиру, а там уже дело в шляпе.

24 января 1904 года, в Окружном суде слушалось дело об убийстве с целью ограбления Егорова.

В ночь на 15 марта 1902 года, в деревне Ивановской, Макарьевского уезда, был убит в своём доме старик, крестьянин Егор Васильевич Егоров. Убитый жил один, занимался торговлей и при себе имел деньги. Ежедневно его навещала замужняя и проживающая отдельно дочь, Анна Антонычева. В последний раз , она видела отца вечером 14 марта, а утром 15 марта дом его оказался запертым на замок. Предполагая, что отец куда- нибудь уехал, Антонычева спокойно отправилась к себе домой. Но на другой день, дом опять стоял запертый и тогда почувствовав недоброе, она позвала ночного сторожа Никитина и соседей. Когда они сбили замки и вошли в дом, то обнаружили старика лежавшим на полу с перерезанным горлом и с воткнутым в рану большим хлебным ножом, принадлежавшим Егорову. При осмотре помещения дома убитого, Антонычева обнаружила, что были похищены серые валяные сапоги, вечером 14 марта бывшие на ногах у её отца, пальто и до 300 рублей денег, которые покойный носил при себе, в кожаном кошельке, подвязанном под левое колено. Этот кошелёк был найден брошенным в шкаф, а у дверей комнаты, где лежал убитый, был найден небольшой ломик, оставленный убийцами. При осмотре трупа убитого, оказалось, что бывшие на нём штаны спущены с бёдер и разорваны, а карман в них почти оторван и пуст.

По заключению врача, господина Бедрина, производившего вскрытие трупа, смерть Егорова произошла от смертельной раны в области шеи, сопровождавшейся разрезом гортани, пищевода и кровеносных сосудов. По внешнему виду и положению трупа врач заключил, что убийство было совершено не одним лицом, а двумя, из которых один сидел на ногах Егорова, а другой откинул ему голову и нанёс ножом удар в шею.

Вскоре после совершения этого преступления, до сведенья заведующего нижегородского сыскного отдела Л. П. Альбицкого дошло, что убийство Егорова было совершено отставным бомбардиром, Александром Васильевичем Васильевым, крестянином деревни Поляны, Семёновского уезда, Феодосием Леонтьевичем Сироткиным и крестьянином деревни Богомолова, Макарьевского уезда, Иваном Михайловичем Шальновым. Все эти лица проживали в Нижнем Новгороде на Живоносной улице, в ночлежной квартире крестьянина Кожина. А 14 марта они куда – то отлучались из Нижнего и возвратились лишь вечером 15 марта. Придя на квартиру, они уселись пить водку и из разговоров их, Кожин узнал, что Васильев зарезал ножом старика Егоров, и что там же присутствовал Сироткин, который упрекал Васильев 113 рублями. Шальнов же говорил, что он не знал, что старика зарезали, Васильев возвратился в новых серых валяных сапогах и пальто, о котором он говорил, что снял их с убитого. С собой Васильев, Сироткин и Шальнов принесли в свою квартиру чай, сахар, табак и спички.

При полицейском дознании, к следователю в качестве обвиняемых в предумышленном убийстве с целью ограбления, задержанные дали показания.

Васильев показал, что заранее, обдуманного намерения убить Егорова у них не было, о существовании Егорова и о том, что у него есть деньги, и что его можно обобрать, они узнали от Кожина, у которого он, Васильев, взял ломик, а нож взял у своей любовницы Скороходовой. Войдя в дом Егорова, они повалили его на пол и потребовали денег, а когда Егоров сказал, что денег у него нет, они стали везде их искать, но нашли только несколько рублей. Васильев нашёл потом в подполье 100 -рублёвую бумажку, но деньги эти он утаил от своих подельников и спрятал себе. Взяв деньги, чаю, сахару и табаку, они собрались уходить, но в это время по улице стал проезжать обоз и Егоров принялся кричать о помощи. Васильев нанёс удар ножом Егорову, причём Сироткин сидел на ногах покойного. После этого, они сняли с убитого сапоги, взяли пальто и ушли. Деньги, 100 рублей, Васильев отдал на хранение Скороходовой, а та их присвоила.

Сироткин заявил, что Егорова зарезал Васильев, без его участия. А Шальнов заявил, что он пошёл с Васильевым и Сироткиным только на кражу, в дом Егорова он не заходил, оставался на улице. Что Егорова убили, он не знал, и что Васильев и Сироткин не говорили ему об этом. Ножа у Васильева, Шальнов не видел, а похищенные деньги, Васильев и Сироткин поделили с ним и Кожиным.

Показания Васильева, что он взял нож у Скороходовой и что ей же отдал на хранение 100 рублей, не подтвердилось, было установлено, что Скороходова состояла в связи с Васильевым только несколько месяцев, в 1900 году, а с 1901 года она с ним не встречалась и его избегала.

На основании изложенного, Васильев, Сироткин и Шальнов, были переданы суду по обвинению в убийстве Егорова с заранее обдуманными намерениями с целью ограбления.

Судебное заседание по этому делу происходило под председательством товарища председателя А. А. Рукавишникова, при участии в качестве обвинителя товарища прокурора, господина Винер. Со стороны защиты: присяжные поверенные Жемчугов и Яворовский. В качестве эксперта был вызван и явился врач, господин Бедрин.

Васильев признал себя виновным в убийстве Егорова, но без заранее обдуманного намерения. Сироткин объяснил, что Егорова зарезал Васильев без его участия и помимо его воли. Шальнов признал себя виновным лишь в краже.

Вердиктом присяжных заседателей Василев и Сироткин были признаны виновными в предумышленном убийстве Егорова с целью ограбления, Шальнов же, в грабеже с насилием, по заранее обдуманному намерению и по уговору с другими лицами. Окружной суд приговорил Васильева и Сироткина к лишению всех прав состояния и ссылке в каторжные работы на 15 лет каждого Шальнова, 19 лет от роду, к заключению в тюрьму на 2 года 6 месяцев.

25 января 1903 года бывшему помощнику Нижегородского полицмейстера, заведующему сыскным отделом городского полицейского управления, коллежскому советнику Л. П. Альбицкому назначена пенсия в размере 500 рублей в год.

26 января 1903 года, на Балчуге, чинами сыскной полиции был задержан вор – рецидивист Кокурин, недавно выбывший из Нижнего Новгорода под надзор полиции в Нижегородский уезд. Кокурин уже неоднократно отсылался в уезд к месту своего постоянного жительства, но каждый раз попадался снова на кражах, совершённых в нижнем Новгороде.

26 января 1903 года агенты сыскной полиции, ночью, на квартире Девочкина, задержали вора – рецидивиста Кручинина, высланного совсем недавно из Нижнего Новгорода на жительство в город Балахну. Во время ареста, у агентов полиции, Кручинина пыталась отбить его любовница. Он в настоящее время обвиняется в проживании по чужому виду.

27 января 1903 года, в доме Новожиловой в селе Гордеевка задержан татарин, крестьянин Курмышского уезда, Диан Галямович Сайдашев и крестьянка Волоколамского уезда, Акулина ПетровнаТимофеева, только что прибывшие из Москвы. У Тимофеевой в одном из платьев был обнаружен «воровской карман» для сокрытия похищенных вещей. При обыске было найдено более 60 фунтов чаю московской фирмы Филиппова, штиблеты, юбки, галстуки, прошивки и прочие. Также изъято 5 квитанций на заложенные в ссудных кассах вещи.

29 января 1903 года агентами сыскной полиции был задержан второй подозреваемый разыскиваемый по делу о покушении на кражу из дома Ивана Михайловича Рукавишникова на Большой Покровской улице. Когда воры выдавили стекло в окне, то один из них поранил руку, благодаря чему и удалось его найти. Он оказался крестьянином Павлом Камановым, полотёром, ранее работавшим в доме Руковишниковых и поэтому знавшим расположение комнат. В покушении на кражу он сознался.

ФЕВРАЛЬ



1 февраля 1903 года агенты полиции у проституток на Миллионке задержали вора – рецидивиста, Павла Ивановича Худошина, за попытку сбыта краденых вещей. А сам Худошин разыскивался полицией по подозрению в разгроме каменной палатки мещанской вдовы Анны Васильевны Фроловой в селе Покровском Майдане, Васильского уезда, в ночь на 23 декабря 1902 года. Похищено было разных ценностей, домашних вещей, одежды на сумму 1062 рубля.

2 февраля 1903 года сыскной полицией был обнаружен склад ценных вещей, украденных недавно у господина Таланова. Вещи найдены в молочном заведении на Большой Покровской улице в доме Розонова. Приёмкой краденых вещей занимался содержатель заведения, Андрей Иванович Рогачик, который недавно купил у вора – рецидивиста Талашова золотые вещи: браслет, брошь, две серьги, два кольца и золотые часы. Все эти вещи Рогачик заложил в ломбард 30 января, за 28 рублей. Эти драгоценности принадлежали Чуевой, бывшей приказчицы магазина Хохлова, сосланной на каторгу. Перед отъездом из Нижнего Новгорода, перечисленные вещи были переданы на хранение Талановой. Кроме того у Рогачика были обнаружены разные золотые вещи: браслеты, четыре кольца, серьги, дамские золотые часы, золотые крестики и прочие.

5 февраля 1903 года, в виду обилия конфискованных сыскной полицией у разных подозрительных лиц, украденных вещей, городские обыватели из числа пострадавших целыми днями толкутся в сыскном отделении, рассматривая вещи. Так 3 и 4 февраля было опознано девять разных вещей: золотые кольца, часы, шуба и прочие. Все опознанные вещи заведующим сыскной частью препровождены судебному следователю 4 участка.

8 февраля 1903 года сыскной полицией раскрыта кража, совершённая в квартире Колотыгина в доме Виноградовой на Малой Печёрке. Как оказалось, кражу совершил, крестьянин Иван Иванович Зайцев, уже обвиняемый в другой краже. Вещи найдены в квартире Зайцева, кроме того обнаружены орудия воровского промысла. Кроме того, задержан и его подельник.

9 февраля 1903 года сыскной полицией задержаны двое воров – рецидивистов, Гречин и Каулин. Оба они заявили, что в последнее время были без дела и что главная их специальность кражи во время навигации.

9 февраля 1903 года сыскной полицией задержано четверо людей, подозреваемых в кражах. Все задержанные будут высланы на родину по представленным ими паспортам.

10 февраля 1903 года агентами сыскной полиции был задержан на Балчуге Сорвунин, продававший очень дёшево шубу. Как оказалось, шуба эта не принадлежала продавцу и привезена им из Владимирской губернии.

15 февраля 1903 года, стали известны новые подробности о воре – рецидивисте, Иване Ивановиче Зайцеве, совершившем кражу у Колотыгиной. В день задержания Зайцева, так же было установлено, что он совершил кражу со взломом у Степана Павловича Павлова в доме Дрожникова на Ошарской улице. Он так же похитил в трактире Романова у Янкеля Беркова каракулевую шапку, которая была продана за бесценок бакалейному торговцу в Рыбном переулке, Королёву. Последний привлечён к ответственности по 180 статье уложения о наказаниях.

17 февраля 1903 года сыскной полицией было заявлено о систематической краже в книжном магазине «Полиграф» господина ,Кривоносова на Большой Покровской. Когда и на какую сумму совершена кража в точности неизвестно. Владелец магазина заявил пока о краже канцелярских принадлежностей на сумму до 50 рублей, а может быть, и больше.

18 февраля 1903 года заведующий сыскной частью, помощник полицмейстера Н. Д. Думаревский арестовал только что прибывшего в Нижний Новгород приказчика купца Бугрова, С. Е. Мурашева, совершившего растрату 10000 рублей хозяйских денег.

26 февраля 1903 года вольнонаёмный агент сыскной полиции Осипов, находящийся на
излечении в больнице, вследствие полученных им 11ножевых ран, поправился и в настоящее время возбуждается ходатайства о выдаче ему казённого пособия, так как едва ли он в скором времени будет способен к труду.

В этот же день во время обхода ночлежных квартир сыскной полицией в районе Миллионке было задержано шесть человек беспаспортных и известных воров. Они будут высланы по этапу на родину.

28 февраля 1903 года, сыскной полицией был задержан мальчик Александр Родзиевский, который недавно покушался совершить кражу у одного крестьянина. Родзиевский уже уличён в краже пяти серебряных мужских часов и бронзовых медальонов. Он признал себя виновным в покушение на кражу. Сбывал он краденое имущество Ярославской мещанке, Анне Ивановне Соловьёвой, которая принимала краденые вещи на Старо – Самокатной площади в своём пышечном балагане. Воришка, неоднократно попадавшийся на кражах, состоял коноводом целой шайки малолетних карманников. Дело Родзиевского передано мировому судье 6 участка.

МАРТ



5 марта 1903 года, в 10 часов утра, на Ново-Базарной площади, когда там была масса народу по случаю базарного дня, исправляющий должность околоточного надзирателя, состоявший при сыскном отделе городской полиции Леонид Романович Орлов, придя в павильон Русского общества электрических дорог, предназначенного для публики, ожидающей вагонов, произвёл выстрел себе в ухо из револьвера. Пуля пробила голову и вышла в виске, смерть была моментальной. Причиной самоубийства Орлова, вероятно, была бедность. Когда в его квартиру пришли его сослуживцы, чтобы сообщить жене о несчастье, то увидели на полу какие-то тряпки, это оказалась детская постель, обстановки в комнате почти не было. Он получал 15 рублей в месяц и страшно нуждался. На оплату квартиры у него уходило 7 рублей, на отопление 3 рубля, и на освещение 1 рубль, то есть на пропитание и одежду оставалось всего 4 рубля в месяц. На похороны состоялась подписка. Он оставил жене письмо: «Милая Панюша! Прости меня за всё, всё. Я давно страдаю и более не могу так жить. Перед тобою виноват, но за это ты получишь спасение. Прошу тебя, не оставь детей, да поможет тебе Бог. Прощай. Любящий тебя Леонид».

12 марта 1903 года в Нижегородское сыскное отделение пришло извещение от полиции города Валка, о задержании шайки воров – городушников, персидских и великобританских подданных в количестве 12 человек. Они подозреваются в краже шёлковых платков из мануфактурного магазина купца Форсунова в городе Юрьеве, Лифляндской губернии, а так же разной материи в некоторых магазинах города Валка. Эту шайку возглавляли: Ибрагим Фархат Оглы, Фатман Фархат, Юсуф Ибин Хассан и Муламеть Оглы. Члены шайки были похожи на цыган, причём женщины из этой шайки выдавали себя за гадалок. В 1902 году преступники выехали из Персии и отправились через Ташкент, Асхабад, Петровск и Баку на Волгу. Здесь они посетили города: Астрахань, Казань и Нижний Новгород, затем проехали в Москву, Петербург и в Ревель. У задержанных изъята масса ценных вещей, носильное платье, три кинжала, 9 револьверов и прочие. Среди изъятых вещей, возможно, есть и похищенные в Нижнем Новгороде. Валкая полиция так же прислала фотографические карточки членов шайки.

21 марта 1903 года сыскной полицией задержана организованная артель малолетних воришек в возрасте от 14 до 17 лет, специальность которых была отвинчивать медных скоб у парадных дверей. Никаких других краж, артель почти не совершала. Задержано пока трое, один из них Самарянов 17 лет назвался главнокомандующим, в его обязанности входило сбывать дверные ручки, скобы и прочие. По словам задержанных, их заставляла воровать нужда. Нечего было есть. Голодают день, а на другой идут отвёртывать медные скобы, зарабатывали 10 – 20 копеек в день, а иногда и больше. Интересно, что скобы они отвёртывали преимущественно днем.

24 марта 1903 года чины сыскной полиции обнаружили в отделении столичного ломбарда бриллиантовое кольцо, украденное недавно у штабс-капитана Гриневского, оценённое им в 67 рублей.

30 марта 1903 года заведующий сыскным отделением Н. Д. Думаревский сделал распоряжение, в виду предупреждения краж во время богослужения, о посещении агентами сыскной полиции церквей. Так, например 28 марта, во время всенощной в кафедральном соборе, сыскной полицией был задержан вор – карманник Зайцев, пытавшийся скрыться с украденным кошельком. Зайцев, как выяснилось, накануне был выпущен из тюрьмы, где он сидел за кражу, а поруки и принялся «за работу», на которой и был «накрыт». Зайцев снова заключён в тюрьму.

30 марта 1903 года, по подозрению в участии в грабеже на Борском перевозе старика Филиппова, кроме уже задержанного Лебедева, ещё задержали его соучастника. Поскольку грабители отказались указать место, куда они спрятали отобранные у Шонина деньги, агенты полиции произвели тщательный осмотр и в результате обнаружили тайник с крадеными деньгами под брёвнами, недалеко от места совершения грабежа.

АПРЕЛЬ



1 апреля 1903 года сыскной полицией были задержаны по подозрению в совершении кражи разного домашнего имущества в столярной мастерской Раевского, на Петропавловской улиц, в доме Венского, Дмитрий Петров, по кличке «Валяев». Он сознался и будет привлечён к ответственности. Причиной побудившей его к преступлению, послужила, якобы головная боль от попойки и желание опохмелиться. Похищенные вещи были им проданы на Балчуге, а деньги пропиты на Миллионке.

1 апреля 1903 года агентами сыскной полиции задержаны участники кражи со взломом, совершённой на днях в квартире Кульневой на Полевой улице, в доме Иноземцева. Разных домашних вещей было похищено на сумму около 100 рублей. Сыщикам стало известно, что хищение было совершено тремя татарами, во главе с Сафой Мустафеевым. После совершения кражи, татарами была устроена попойка с участием проститутки Скворцовой, которой воры заплатили украденными вещами. Часть вещей у неё изъята, а татары – воры задержаны.

2 апреля 1903 года сыскной полицией была задержана шайка воров – городушников, только что прибывших на пароходе в Нижний Новгород. Основным воровским промыслом городушников являются кражи в магазинах, но так как в первые дни магазины были заперты, то прибывшие воришки ходили по домам и совершали кражи и даже заходили на телефонную станцию.

3 апреля 1903 года, в ночь, чинами сыскной полиции был произведён повальный обход ночлежных квартир на Миллионке и других частях города. Было задержано 38 человек, у которых не оказалось письменных видов.

4 апреля 1903 года чинам сыскной полиции удалось раскрыть несколько краж, совершённых в последнее время. Раскрыта кража у Шибаевой, совершённая в доме Абушкина, у неё похищено разного домашнего имущества на сумму 75 рублей. Выяснилось, что кражу совершил татарин Каримов, старьёвщик.

5 апреля 1903 года сыскной полицией раскрыта кража, совершённая в доме Фуникова на Немецкой площади, где у Саниковой похитили вещей на 167 рублей. Швейную машинку сумели изъять во Всесвятском переулке у Бенковского.

6 апреля 1903 года была задержана крестьянка, пытавшаяся похитить бельё у телеграфной станции. На допросе в сыскном отделении выяснилось, что она прибыла в Нижний Новгород с двумя другими товарками из Кинешмы, что бы заняться воровским промыслом. Они остановились в селе Гордеевка.

6 апреля 1903 года в сыскной отдел явился ученик Нижегородского речного училища П. Ф. Очеретько, служащий на путейском пароходе «Кинешма». Он заявил о краже, совершённой, когда он проживал на квартире Фомина в Сергиевском переулке, в доме Беляева. Там у него была похищена форменная тужурка и карманные часы. Обе эти вещи агенты полиции разыскали, как и их похитителя. Задержанный за эту кражу назвался потомственным почётным дворянином, Владимиром Осиповичем Павловским, сыном дезертира. Украденные вещи он сбыл на Балчуге.

13 апреля 1903 года агенты сыскной полиции изъяли у вора – рецидивиста стальную пилу, приспособленную для срезания замков. С этой пилой произвели опыт, в несколько мгновений толстая душка замка оказалась перерезанной почти без всякого шума. Владелец пилы, был задержан по подозрению в совершении кражи со взломом.

15 апреля 1903 года до сведенья сыскной полиции дошло, что в одной из квартир в Суетинском переулке, в доме Мерехановой, скрываются известные воры. Ночью 15 апреля агенты сыскной полиции провели задержание по данному адресу. Был задержан подольский мещанин Ефим Казаков и крестьянин Романо-Борисоглебского уезда, Александра Ясаков. Оба они судились несколько раз за кражи. У находившейся в той же квартире торговки, крестьянки Горбатовского уезда, села Давыдова, Марьи Босорукиной, известной кличкой «воробьиха», были найдены разные вещи, в том числе и финский нож. О приобретении обнаруженных вещей Босорукина ничего определённого сказать не смогла. Воры – карманники будут высланы из города этапным порядком.

16 апреля 1903 года, у пароходных пристаней на набережной Волги, сыскной полицией был задержан Шуйский мещанин, Константин Соколов, не имеющий права на жительства в Нижнем Новгороде. Задержанный будет этапирован на родину.

17 апреля 1903 года газета «Нижегородский Листок» сообщала, что А. А. Хохловым было заявлено в сыскное отделение об исчезновении в последнее время из его магазина разных вещей, причём было высказано подозрение на нескольких мальчишек, служащих при магазине. Путём негласного надзора выяснилось, что систематическую кражу, начиная с Масляной недели, производили мальчики: Константин Казарин, Михаил Красильников и Михаил Серапионов. Всего похищено преимущественно галантерейного товара более чем на 10 рублей. Кража производилась в галантерейном отделе магазина, они похищали какую-либо вещь и прятали её в подвальном коридоре, служащим для склада пустых ящиков, укупорочного материала и прочего. Вечером, когда магазин закрывался, эти вещи, положенные в условном месте, извлекались другим воришкой, занимавшимся в ювелирной мастерской, Казариным и уже всеми тремя подавались за бесценок. Главными покупателями краденого товара явились портные Козлов и Лаптев и сапожник Шая Вайнберг. Деньги, вырученные от продажи, маленькие воришки тратили на покупку разных сластей, папирос, билетов в театр и на катание на лодке. Виновные привлечены к ответственности: мальчики по 169 статье устава о наказаниях и скупщики краденного по 180 статье устава о наказаниях.

19 апреля 1903 года, в Нижегородском окружном суде слушалось дело о нашумевшем убийстве супругов Андреевых.

В ночь на 22 мая 1902 года были убиты в своей квартире в доме Кривицкого на Нижней набережной, нижегородский мещанин, Моисей Андреев и его жена Авдотья Ивановна Андреева. Квартира Андреевых помещалась на втором этаже дома Кривицкого, в нижнем этаже помещалась чайная, а в верхнем номера для приезжающих. Квартира состояла из передней, стеклянная дверь которой выходила в коридор большой комнаты или зала с двумя окнами и балконом, выходившим на набережную и смежной небольшой комнаты, отдельной от зала деревянной, не доходившей до потолка перегородкой.

В зале на диване, стоявшем у передней стенки комнаты, лежал труп Авдотьи Андреевой с вытянутыми ногами, прикрытый ватным одеялом. На голове у трупа зияло шесть глубоких ран, причём височная и теменная кости были раздроблены на девять кусков. Труп Моисея Андреева лежал в той же комнате на железной кровати, стоявшей у стены смежной комнаты. Левая нога его была спущена между кроватью и стеной, а правая нога и всё туловище лежало на кровати. На голове его, прикрытой подушкой, оказались четыре глубокие раны, височная и теменная кости головы были раздроблены на 10 кусков. Судя по спокойному положению тел убитых, врач пришёл к заключению, что Андреевы были убиты во время сна. Раны, безусловно, смертельные, им были нанесены каким – то орудием в виде топора. Сундук, стоящий в комнате, где лежали убитые, оказался взломанным и из него, как выяснилось, были похищены разные серебряные и золотые вещи и две шкатулки, одна со старинными монетами, а другая с процентными бумагами на сумму до 5000 рублей. В смежной комнате спали кухарка Андреевых, Екатерина Быкова и 14 летняя племянница, но они решительно ни чего не слышали.

Убийцы Андреевых были обнаружены при следующих обстоятельствах: в городе Кирсанове был обокраден магазин, причём было похищено значительное количество серий. Об этой краже было сообщено в город Пензу и здесь 6 июля 1902 года, был задержан неизвестный, менявший в магазинах серии. Эти серии не совпали с похищениями в Кирсанове, тогда Пензенская полиция запросила Нижегородское полицейское управление на предмет кражи серий в Нижнем Новгороде. Нижегородская полиция сообщила об убийстве супруг Андреевых с целью ограбления. Тогда Пензенские полицейские решили предъявить обвинение скрывающему свою личность задержанному в убийстве Андреевых. Задержанный затрясся и заявил, что он крестьянин Леонтий Осипович Конкин, служивший кубовщиком в чайной Андреевых, он сознался в убийстве супругов и выдал своего сообщника, крестьянина Ивана Медкова, так же служившего у Андреевых дворником.

Предварительное следствие выяснило, что Конкин и Медков, задумав убить и ограбить Андреевых, 18 мая одновременно рассчитались и для отвода глаз уехали в, Казань, но 21 мая возвратились в Нижний Новгород. В ночь на 22 мая, они через необитаемый курень, помещавшийся в подвале дома Кривицкого, пробрались в коридор второго этажа, вырезали стекло в двери квартиры Андреевых, отперли её и войдя в квартиру убили Андреевых. Взяв деньги и вещи, они в губернаторском саду поделили их и затем уехали из Нижнего Новгорода.
Вскоре после задержания Конкина, был задержан и Медков, но он ночью 11 ноября сумел бежать из первой Нижегородской тюрьмы, и пока не разыскан.
Преданный суду по обвинению в предумышленном убийстве Андреевых с целью грабежа Конкин на заседании окружного суда признал себя виновным. Обвинял на суде товарищ прокурора, господин Пронин, защитника Конкин не имел. Судебное следствие было ограничено допросом лишь четырёх свидетелей.

Согласно обвинительному вердикту присяжных заседателей, Конкин судом приговорён к лишению всех прав состояния и ссылке на каторжные работы на 17 лет и 6 месяцев.

21 апреля 1903 года заведующий сыскным отделением Н. Д. Думаревский сделал распоряжение о командировании на пароходные пристани агентов сыскной полиции для наблюдения за подозрительными личностями, которых немало стало появляться в последнее время.

22 апреля 1903 года агенты сыскной полиции задержали на Миллионке крестьянина Ковровского уезда, деревни Прудищи, Василия Федотовича Жигалова, известного вора, только что отбывшего наказания в тюрьме. Жиганов будет этапирован по месту жительства.

22 апреля 1903 года нижегородская купчиха, Фрада Боруховна Полещук, владелиц ювелирного магазина на Большой Покровской улице, заявила 21 апреля 1903 года в сыскном отделе о систематической, как из магазина, так и из квартиры, разных вещей на сумму около 70 рублей. Сначала пропадали носовые платки, ленты, кухонные принадлежности и прочие. Затем, после Пасхи, были похищены: золотые браслет и кольцо, серебряный портсигар с чернью, отданный в магазин для починки и другие ценности. Заявительница высказала подозрение на свою прислугу, крестьянку деревни Сартакова, нижегородского уезда, Анну Трофимовну Воронину. Последняя на допросе, после долгого запирательства созналась в этих кражах, объяснив, что её «лукавый попутал».

23 апреля 1903 года, на Канавинской пристани пароходства «Кашина» , была обнаружена пропажа кипы мануфактуры стоимостью в 300 рублей. Агенты сыскной полиции сумели задержать двоих продававших на Балчуге товар из похищенной кипы. Предъявленный заведующему пристани отобранный у воров товар был им опознан, воры арестованы.

23 апреля 1903 года, 19 и 23 апреля агенты сыскной полиции на речных пристанях и на Балчуге, задержали несколько воров – карманников, прибывших в Нижний Новгород с верхнего плёса Оки и Волги, для «работы». Все они 23 апреля будут отправлены по этапу на родину.

24 апреля 1903 года газета «Нижегородский Листок», сообщала, что 22 апреля, домовладелица на Новой улице, Семёновской мещанке, Зоя Ивановна Чистякова, отлучилась вместе с мужем и прислугой на полтора часа из дома. В этот недолгий промежуток времени неизвестными злоумышленниками, посредством взлома замков у двери и сундуков в квартире, была совершена кража крупная кража наличными деньгами 500 рублей и разного имущества на 169 рублей. По возвращению домой, Чистяковой в квартире был найден полный разгром, сундуки, шкафы и письменный стол оказались открытыми, и в них всё было перевёрнуто вверх дном. Немедленно о происшедшем было сообщено в сыскную полицию, которая по горячим следам принялась разыскивать похитителей. К вечеру розыск увенчался успехом, при обыске квартиры татарина Алюкова, известного скупщик краденых вещей и уже отбывавшего тюремное заключение за это, было найдено платье, опознанное потерпевшей. Дальнейшее расследование показало, что разгром квартиры Чистяковой произвели татары Сафар Мустафа и Алескер Орлов. Мустафа сознался в совершении кражи, а вот Орлов упорно отрицает свою вину.

26 апреля 1903 года у чиновника, господина Баранова, при выходе из винной лавки на Ошарской улице, были похищены из кармана 10 рублей. Сыскной полицией были задержаны двое мальчиков, один из которых сознался в этой краже.

30 апреля 1903 года чины сыскной полиции, во время обхода Миллионки, Балчуга и других мест, задержали 20 воров – рецидивистов, которые будут отправлены этапным порядком на родину.

МАЙ



2 мая 1903 года нижегородский мещанин В. Г. Г. заявил о краже у него золотых часов с цепочкой. Сыскной полиции удалось раскрыть эту кражу, оказалось, что её совершила крестьянка Яранского уезда, Дарья Мотовилова, торговавшая ранее в одном из павильонов фруктовых вод. Кража была совершена её в номере Горинова на Осыпной улице, где господин Г. и Мотовилова были вместе вечером 1 мая. Часы она заложила в городской ломбард за 15 рублей, а цепочку продала на Балчуге за 5 рублей. Настоящая стоимость часов и цепочки 92 рубля. Дарья Мотовилова бедная девушка, она не имеет даже сносной квартиры и живёт на Ковалихе, снимая там угол за 3 рубля в месяц.

10 мая 1903 года агентами сыскной полиции на Волжских пристанях были задержаны воры – карманники Лисанов и Щербаков, они будут высланы на родину этапным порядком.

14 мая 1903 года сыскная полиция задержала в Канавино, на Сибирской пристани, грузчика общества «Кавказ и Меркурий», Кочеткова. Он был остановлен для проверки мешка, в котором было обнаружено: хлопок, гвозди, сушёные фрукты и прочие.
- Откуда всё это? - поинтересовался агент полиции.
- На крюк застряли, потому груз приходится крюком поддерживать при переноске, - с ухмылкой ответил Кочетков.

16 мая 1903 года, во время крестного хода в Печёрский монастырь, известный в городе вор, Обидин, добыл себе хоругвью и шёл вместе с шествием. Агент сыскной полиции его опознал, но не стал задерживать, а сделал ему предупреждение, что полиция за ним наблюдает и заниматься воровством не следует.

17 мая 1903 года чинами сыскной полиции, был задержан на месте совершения кражи с поличным, вор – рецидивист, разыскиваемый судебным следователем 2 участка, Юрьевецкого уезда, Костромской губернии, крестьянин Тетюского уезда Казанской губернии села Шонгут, Михаил Петрович Пудовкин. Он пытался совершить кражу в доме Лопухова на Дворянской улице. Этапным порядком, Пудовкин будет отправлен в камеру следователя.

19 мая 1903 года сыскной полицией был задержан бывший служащий, буфетчик в коммерческом клубе, крестьянин М. Он подозревается в краже 17500 рублей, совершённой в Варнавинском уезде у предводителя дворянства. Кража эта была совершена на Пасху нынешнего года.

20 мая 1903 года, во временном отделении Владимирского окружного суда в городе Гороховце, было рассмотрено дело крестьянина Ульянычева, обвиняемого в краже. Он был задержан агентами сыскной полиции в Нижнем Новгороде при попытке сбыта холстов. Окружной суд приговорил его к заключению в арестантские роты на 21/2 года.

22 мая 1903 года сыскной полиции на Миллионке задержан вор – рецидивист Николай Апраксин, не имевший права жительства в Нижнем Новгороде и он будет этапирован в город Васильсурск.

25 мая 1903 года сообщалось о раскрытии трёх краж, совершенных в разное время в начале мая месяца этого года в Нижнем Новгороде:

1) Обнаружены злоумышленники, разгромившие квартиру агента по отчуждению земель под Ромодановскую железную дорогу, господина Гоголева, совершённую в его квартире в доме Самсонова на Звездинке.
2) Кража, совершенная в мае 1903 года в доме Федотова на Ковалихинской улице у П. И. Богатырёва.
3) Кража, совершенная у И. Г. Соколова, в доме Весовщикова на Мартыновской улице. Часть похищенных вещей найдены и хранятся в сыскном отделении.

25 мая 1903 года заведующий сыскной частью Н. Д. Думаревский задержал в Кафедральном соборе человека, покушавшегося на кражу кошелька из кармана крестьянина Туманова. Задержанный назвался крестьянином Сергачского уезда, Иваном Арефьевичем Богомоловым и предъявил паспорт. Но 29 мая в сыскное отделение явился крестьянин Сергачского уезда И. А. Богомолов и заявил о краже у него паспорта. Оказалось, что задержанный купил паспорт Богомолова у якобы неизвестного.

29 мая 1903 года, в ночь, сыскной полицией был произведён обход откосов и набережной Волги, где обычно в летнее время ночуют подозрительные личности. Обход совершался в полночь, когда в этих импровизированных ночных квартирах «кустах» ночлежники уже спали. Всего было задержано 11 беспаспортных человек.

31 мая 1903 года, задержанный в Кафедральном соборе сыскной полицией в День святой троицы вор – карманник, выдававший себя за крестьянина Богомолова, оказался сосланным в Сибирь крестьянином Вязниковского уезда, Иваном Дошлининым. В 1886 – 87 г.г. он содержался в Нижегородской тюрьме.

ИЮНЬ



4 июня 1903 года газета «Волгарь» сообщала, что до сведенья сыскной полиции дошло, что у торговца, крестьянина Тараканова, еженедельно посещающего Нижний Новгород, находятся золотые часы, приобретённые им за очень дешёвую цену. Эти часы на днях были изъяты и оказались похищенными у господина Алаторцева в Нижнем Новгороде. Как заявил торговец, они были заложены в кассе Трифоновой, а он купил залоговую квитанцию у легкового извозчика Ильичёва, а то в свою очередь у проститутки. Данная проститутка обвиняется в краже. Интересно, что часы стоят 180 рублей, торговец купил их у извозчика за 18 рублей, а извозчик заплатил проститутке за них 1 рубль 20 копеек.

5 июня 1903 года сыскная полиция задержала крестьянина Махрова, за совершение кражи у уездного предводителя дворянства Костромской губернии на довольно крупную сумму.

6 июня1903 года сообщалось о задержании при покушении на кражу из магазина Зуль на Большой Покровской улице вора. Как было установлено, это подольский мещанин Е. С. Казаков, который 16 апреля уже задерживался полицией и высылался по этапу на родину.

7 июля 1903 года в Нижегородское городское полицейское управление явился Сарапульский купец И. Н. Михеев, прибывший в Нижний Новгород за получением денег, потерянных им на Нижегородской ярмарке в 1902 году. Когда он получил деньги в государственном банке 16000 рублей, он принёс их в свою лавку всего 7000 рублей, а остальные, имеющиеся в пятисотрублёвых кредитных билетах, потерял. После окончания Ярмарки сыскное отделение установило, что деньги нашёл извозчик и поделился ими со своими знакомыми. Все они сразу разъехались по деревням и занялись хозяйством, накупив всевозможной утвари. Полиции удалось изъять лишь 4000 рублей. Интересно, что, когда в прошлом году Михееву было предложено напечатать публикацию в газете о потери денег, то цена в 8 рублей показалась ему высокой.

10 июня 1903 года агенты сыскной полиции изъяли у торговца в Кунавине судовые канаты, вероятно краденные, так как торговец не смог точно объяснить у кого он их приобрёл. Кому принадлежат канаты, теперь разыскивает полиция.

12 июня 1903 года агенты сыскной полиции задержали на пароходной пристани группу молодых людей, которые подозреваются в краже у пассажиров. Один из них назвался Балахниским мещанином, а другой Семёновским, а третий из Оранска. У них были изъяты и деньги.

20 июня 1903 года сыскной полицией, было задержано на Ивановской конной ярмарке 11 воров – карманников, которые по этапу были сразу высланы из Нижнего Новгорода. Обычно карманники работали таким образом: ночью, когда подвыпившие, после торговых сделок крестьяне спали в телегах и возах, они вырезали у спящих карманы с деньгами.

Государь Император в 20 день, минувшего июня, Высочайше повелеть соизволил на объявление прилегающих к Нижнему Новгороду уездов: Нижегородского, Балахнинского, Семёновского и Горбатовского в положении усиленной охраны с 1 июля по 10 сентября сего года.

21 июня 1903 года сыскной полицией был задержан в одном из притонов города приказчик торгового дома братьев Барабановых. Крестьянин Цепов, будучи приказчиком, похитил в Казани хозяйские деньги в сумме 563 рубля. Получив эти деньги для уплаты по векселям, Цепов сел на пароход и уехал в Нижний Новгород, где несколько дней кутил в публичных заведениях и местных притонах. При досмотре у Цепова денег оказалось немного.

24 июня 1903 года задержанный приказчик Цепов, сознался, что 425 рублей, присвоенных им в Казани, он передал своему двоюродному брату, Андрею Афанасьевичу Цепову, проживающему в селе Гордеевка, на сохранение. У последнего полицией изъято 515 рублей, которые вместе беглецом отправлены в Казань, в распоряжение пристава 1 части.

27 июня 1903 года, на одной из Волжских пристаней, агенты сыскной полиции задержали прибывшего из Казани персидского подданного, известного вора – городушника, Мешеди – Гуссейн Мешеди Асад Оглы. Он неоднократно отбывал тюремное заключение за кражи в магазинах. Этот персидский подданный этапным порядком будет выслан из Нижнего Новгорода.

28 июня 1903 года чины сыскной полиции задержали известного вора – рецидивиста, крестьянина Свияжского уезда, Ивана Андреевича Петрова, давно разыскиваемого следователем и Нижегородским окружным судом. Петров заключён в тюрьму.

28 июня 1903 года сыскной полицией задержан вор – карманник Зайцев, совершивший кражу на ивановской конной ярмарке, во время пробы лошади у крестьянина Фарисеева, он вырезал карман с 495 рублями. Денег при Зайцеве не обнаружено, и соучастников кражи он называть отказался.

ИЮЛЬ



4 июля 1903 года чинами сыскной полиции была выявлена крупная кража мануфактурного товара с баржи общества «Волжский Бассейн», находившейся на стоянке у плашкоутного моста, близ Гребновских песков. Главный виновник кражи, нижегородский мещанин, Дмитрий Иванович Кузьмин, проживающий на Кузнечной улице, был сыскной полицией задержан. Он заявил, что уговорился с Иваном Николаевичем Шороховым и Степаном Фёдоровичем Миленковым, в ночь на 1 июля обворовать баржу с реки. Преступники воспользовались сном вахтенного, забрались тихо на баржу и украли 4 кипы мануфактуры и ящик с соей, всего на сумму 800 рублей. Товар они спрятали в песках, напротив Сибирской пристани, а на рассвете взяли часть товара в лодку. На лодке, краденый товар был перевезён к Голицынскому съезду, где преступники наняли ломового извозчика, для доставки товара на Полевую улицу, для продажи торговке Гусевой. Гусева сторговалась за привезённый товар на 185 рублей и выдала задаток 70 рублей. По словам задержанной торговке, она уплатила за товар через посредство жены Кузьмина, Елизаветы Дементьевой 250 рублей и не была осведомлена о том, что бумазея и ситцы краденные. Ящик с соей был найден сыскной полицией в кустах, зарытым в песке.

5 июля 1903 года сыскной полицией задержаны на Кашинской пристани, двое подозрительных людей. Задержанными оказались Дмитрий Грачёв и Ляганов. У них было изъято три тюка бумазеи, шёлковые платки, столовые ножи, вилки и прочие. Поскольку о происхождении товара, были получены сбивчивые показания, двое задержанных вместе с вещами доставлены в сыскное отделение.

7 июля 1903 года, на Почаинском Балчуге, чинами сыскной полиции был разыскан бронзовый канделябр, стоимостью 80 рублей. Данный канделябр был украден у мирового судьи, господина Килевейн.

9 июля 1903 года, в ночь, под руководством помощника полицмейстера Н. Д. Думаревского с несколькими полицейскими чиновниками и сотнею городовых, была проведена облава в Бугровском ночлежном доме и на Мочальном острове, куда полицейских доставил пароход «Минин». Всех беспаспортных и подозрительных лиц было задержано до 400 человек, из которых 150 человек будут этапированы по месту жительства, остальные будут направлены по мещанским и сельским управам, в уезды Нижегородской губернии для удостоверения личности.

10 июля 1903 года, в 6 часов утра, начала свою службу сформированная ярмарочная полицейская команда, все посты на Ярмарке встали под охрану полицейских.

11 июля 1903 года в Нижегородское сыскное отделение пришло сообщение от Харьковской полиции. Присланные на опознание в Харьков, фотокарточки задержанных персидских подданных, Ахмета и Курбани дали результаты, их опознал священник кладбищенской церкви в Харькове, отец Венеамин. Эти двое подданных Персии, в 1900 году, под видом продажи найденного старинного клада выманивали у настоятеля 1000 рублей. Старинные монеты оказались железными кружками в виде монет, а мошенники успели вовремя скрыться.

11 июля 1903 года сыскной полицией было задержано двое воров. Один из задержанных назвался крестьянином Калужской губернии, Николаем Фёдоровичем Цыгановым, а другой крестьянином Балахнинского уезда, села Катунок, Кириллом Парфёнтовичем Балчуговым. Они с узлом направлялись с Кубатовской пристани в дом Ахапкина на Миллионке и остановились в квартире крестьянина Карабова. При обыске узел обнаружен спрятанным за печку, в нём лежало 74 пары новых кожаных рукавиц, стоимостью 60 – 70 рублей. Во время проведения обыска, задержанные пытались дать взятку агентам полиции 5 рублей золотом «за их свободу». Задержанные отказались объяснять, где они взяли изъятый у них товар.

12 июля 1903 года полицейское управление и сыскное отделение переезжают на Нижегородскую ярмарку.

14 июля 1903 года сыскной полицией был изъят мануфактурный товар, похищенный неизвестным ломовым извозчиком, работавшим у подрядчика Аржанова под вымышленным именем. Товар этот был получен извозчиком с вокзала железной дороги и исчез. Сыщики разыскали украденный товар у содержателя трактирного заведения Кораблёва и изъяли его. Сам Кораблёв заявил, что выменял это товар у неизвестного в Кинешме.

16 июля 1903 года первыми гостями Ярмарочной гауптвахты в этом году стали шесть воров – карманников. Один из них, крестьянин Молодцов, был задержан 15 июля агентами сыскной полиции в Старом соборе во время литургии, а остальные во время крестного хода.

18 июля 1903 года агенты сыскной полиции задержали при выходе из вагона скорого поезда на вокзале Московской – Нижегородской железной дороги, известного вора – тырщика Матусова. Он известен тем, что женат на родной сестре известной преступницы «Золотой ручки». Он неоднократно отбывал тюремное заключение. Его воровская специализация – это кражи в железнодорожных поездах. В тот же день, Матусов был этапирован из Нижнего Новгорода.

19 июля 1903 года, в доме Новожиловой в селе Гордеевка, агенты сыскной полиции накрыли шайку «хипесниц», состоящею из трёх проституток и одного мужчины. Глава шайки, одетый в весьма приличный костюм оказался крестьянином Вологодской губернии Александром Павловичем Гужариным. Метод у шайки был следующий, подвыпивший клиент удалялся за ширму, в это время из соседней комнаты появлялся главарь шайки и из оставленной одежды доставал всю ценное и удалялся. Работали они и у бань. Сговорившись с компаньонкой, он ждал, когда она выкинет ему вещи клиента из окна номеров бани. Также в доме Новожиловой был задержан кологривский мещанин Александр Павлович Тотмеников, проживающий по подложному документу.

20 июля 1903 года, во время крестного хода в Печёрский монастырь у госпожи Васильевой были похищены золотые часы. Данные часы сыскной полицией разысканы и изъяты.

21 июля 1903 года сыскной полицией был задержан вор – мойщик, его специализация – это кражи на железнодорожном транспорте. Он был задержан на вокзале Московской – Нижегородской железной дороги во время прихода почтового поезда №4. Задержанный назвался крестьянином Бахаревым, он был одет в изящный, модный костюм и на голове имел форменную фуражку чиновника МВД. При досмотре в его вещах была обнаружена ещё и фуражка железнодорожного ведомства. На воришку вышли благодаря сообщению, полученному по телеграфу о краже у пассажира 3 класса, Тифлисского уроженца Григория Захаровича Тер – Арекелова, торгующего в пассаже главного ярмарочного дома в лавке №49. У него похитили золотые открытые мужские часы с золотой цепочкой, стоимостью 60 рублей. Кражу потерпевший обнаружил на станции Гороховец. Когда Тер – Аракелов явился в Ярмарочное сыскное отделение, что бы заявить о краже, ему были предъявлены его пропавшие часы, изъятые у Бухарева. В задержанном потерпевший узнал чиновника, который всё время вертелся около него в вагоне. Было установлено, что Бахарев совершил ещё несколько краж в поездах у сонных пассажиров.

21 июля 1903 года, во время вечерних увеселений и гуляний, агенты сыскной полиции задержали 11 подозрительных лиц, у части которых не оказалось паспортов, их личности выясняются.

24 июля 1903 года сыскной полицией было задержано на Самокатной площади восемь воров – карманников. Их наплыв, наверное, превзойдёт прошлогодний.

26 июля 1903 года, из Лыскова, доставлена в Ярморочное сыскное отделение, крестьянка Васильевского уезда, Авдотья Дмитриевна Пронина. Она скрылась с 1200 рублями, вручёнными ей на хранение, прибывшим на Ярмарку крестьянином Курской губернии Ковалёвым. Познакомившись с Прониной, захмелевший Ковалёв передал ей на хранение 1200 рублей, с которыми она сразу села на пароход и отправилась в Лысково. Во время совместного времяпрепровождения они даже сделали совместную фотокарточку. В Лысково был командирован агенты сыскной полиции, выехавший туда вместе с потерпевшим. Прибыв в Лысково и немного отойдя от пристани, они натолкнулись на подозреваемую, которая находилась в компании мужчин. Агент полиции и потерпевший попытались задержать её, но мужчины из её компании напали на сыщика, а женщина бросилась бежать. Но её сумели настигнуть и отправить в полицию. При себе она имела только две золотые монеты. Сама Пронина заявила, что отдала деньги городовому, когда её привели в полицию. Городового она указала, у него изъяли 743 рубля, где остальные деньги, неизвстно.

27 июля 1903 года в Ярмарочном мировом суде слушалось дело о краже. Так 11 июля, находясь у Сибирской пристани Курбатова, агенты сыскной полиции заметили проезжавших на легковом извозчике двоих неизвестных, имевших при себе два больших свёртка. Агенты полиции проследили маршрут извозчика от набережной Волги до Миллионки до дома Ахапкина. Во дворе дома Ахапкина агенты полиции встретили неизвестного, который стал утверждать, что прибыл в этот дом без вещей, а затем пытался дать сыщикам взятку. Данное лицо было задержано, была установлена и личность – крестьянин Калужской губернии, Николай Парфёнович Балчугов. Затем агенты полиции и околоточный надзиратель Громов стали производить обыск в квартире крестьянина Василия Александровича Коробова. Во время обыска было обнаружено 25 пар кожаных рукавиц под печкой и 10 пар под в сундуке. Жена Коробова на дознание показала, что рукавицы принесли в узле неизвестные ей люди и муж сразу стал их прятать. На заседании суда обвиняемые Цыганов, Балчугов и коробов не признали себя виновными, причём они утверждали, что рукавицы были куплены у неизвестного татарина. Дворник, служащий в доме Ахапкина, Касаткин показал, что Коробов на продолжении 4 лет ни чем не занимался, а только убивал время картёжной игрой. В его квартире бывал «один сброд», а 11 июля Цыганов и Балчугов принесли к Коробову в квартиру какие – то узлы, после чего квартиру покинули.

Мировой судья рассмотрел дело и приговорил всех обвиняемых к тюремному заключению на 3 месяца каждого.

28 июля 1903 года на Ярмарочную гауптвахту было доставлено 25 воров и подозрительных лиц, задержанных агентами сыскной полиции в течение одного дня. По выяснению несколько задержанных оказались ворами – рецидивистами.

29 июля 1903 года сыскной полицией были разысканы 450 рублей, похищенных у торговца Кузнецова на Ярмарочной гауптвахте конвойным солдатом. Деньги были спрятаны на Ярмарке у персидских рядов под мостом.

АВГУСТ
3 августа 1903 года агенты сыскной полиции в ярмарочных рядах обнаружили склад, по-видимому, украденного товара. Было изъято много ситца, бумазее, женских тёплых платков и прочие.

4 августа 1903 года агенты полиции разыскали 400 рублей, потерянных 1 августа торговцем, крестьянином верхотурского уезда Казмичем Лезовым. Деньги обнаружили в банях Федорцева на Рождественской улице. Лезов потерял в бане записную книжку, в которую были вложены 400 рублей.

4 августа 1903 года агентами сыскной полиции был задержан крестьянин Судогодского уезда, Куликов. В июле 1903 года он получил и увёз 5 кип мануфактурного товара с одной из пристаней города и скрылся с товаром. До совершения преступления он проживал у своего подрядчика по поддельному паспорту

5 августа 1903 года сыскная полиция установила, что корзина с товаром из лавки Титова, находящийся вблизи Уральского барака была по ошибке взята ломовым извозчиком и сдана в транспортную контору Гарнова.

5 августа 1903 года, в 10 часов утра, в номерах Лопатова, на Бетанкуровской набережной, произошёл дерзкий грабёж. К петербургскому купцу 1 гильдии, Петру Ефимовичу Воеводскому, прибывшему на ярмарку по торговым делам, явился крестьянин деревни Базаева, Кинешемского уезда, Степан Филиппович Веселов, торговец кожаной обувью и предложил купить у него товар. Но Воеводский не заинтересовался этой сделкой. Тогда Веселов прикрикнул: «Да ведь дело то не в продаже», – быстро набросил на купца ремень и мёртвой петлёй сдавил ему шею. К счастью,Воеводский успел поднять к верху руку, которая так же попала в петлю и помешала Веселову задушить купца. Тогда Веселов сумел повалить Воеводского на пол и снова стал его душить. Когда купец впал в бессознательное состояние, Веселов, думая, что убил последнего, нащупал у него в жилете бумажник, в котором находилось 6800 рублей и скрылся с этими деньгами. Придя в себя, Воеводский рассказал полиции о совершённом преступлении и добавил, что ранее у него с Веселовым были торговые дела. На розыск Веселова были направлены агенты сыскной полиции и в тот же день они его задержали в Городце на Кашинском пароходе. У Веселова было изъято 7000 рублей, но в совершении преступления виновным себя он не признал. Как оказалось, крестьянин Степан Филиппович Веселов состоит под следствием по делу о подложной подписи на векселе и имел подписку о не выезде с места жительства. Во время задержания в Городце становым приставом Лавровым, у Веселова в правом сапоге было обнаружено восемь кредитных билетов по 500 рублей, а в левом сапоге34 кредитных билета по 100 рублей, и в жилетном кармане, в кошельке два сторублёвых билета, шесть двадцатипятирублёвых, семь золотых монет по пять рублей, семь серебряных рублей и разная мелочь, всего на сумму 7801 рубль 04 копейки.

9 августа 1903 года, по получению из Харькова известия об обнаружении трупа в присланном багаже по железной дороге из Нижнего Новгорода 8 августа, Нижегородским полицмейстером бароном А. А. Таубе сделано распоряжение о розыске пропавших людей за последний месяц. Одновременно сделано распоряжение по сыскному отделению. Обнаружено, что на Ярмарке пропал торговец из Тверской губернии Матвеев, о котором до вчерашнего дня ни кто не заявлял. Труп убитого был запакован в чемодан – сундук. На шее у трупа следы удавления проволокой, телосложение тучное, в одежде обнаружена записка об отпуске товара. Чемодан был упакован в холст и обвязан верёвкой.

10 августа 1903 года газета «Волгарь» сообщала, что сыскное отделение на ярмарке завалено работой. Ежедневно агенты полиции задерживают по несколько воров и подозрительных лиц, которые не имеют права проживания в городе. Так 7 августа на Самокатной площади и в её районе агенты сыскной полиции задержали 15 подозрительных лиц за один день. Благодаря энергичным действиям полицмейстера А. А. Таубе и его помощника, заведующего сыскным отделом Н. Д. Думаревского, раскрыто много краж и других преступлений.

10 августа 1903 года сыскной полицией изъяты золотые часы, стоимостью более 200 рублей, похищенные у доверенного, находящегося на Ярмарке магазина Гуревича, московского купеческого сына М. Б. Нечинского. Часы были украдены служащим в кухмистерской Лурье, крестьянином Василием Ворониным, который затем заложил их у одной содержательницы лимонадной, а брелоки и цепочку бросил в отхожее место.

11 августа 1903 года в ярмарочное сыскное отделение был доставлен присланный из Харькова по железной дороге чемодан, в котором был в виде багажа 5 августа из Нижнего Новгорода отправлен труп торговца Матвеева. Чемодан сравнительно небольшого размера, привезена также одежда убитого.

12 августа 1903 года, в сквере напротив Цирка, агенты сыскной полиции задержали мальчика, назвавшегося Шишиным, у которого обнаружили 76 рублей денег. На вопрос, откуда у него деньги, мальчик сознался, что украл их в Работках на Кашинской пристани, но затем поменял показания и сказал, что кражу совершил в Городце. Шестнадцатилетнего воришку отправили на гауптвахту.

13 августа 1903 года в сыскное отделение на Ярмарке был доставлен задержанный на Самокатной площади крестьянин Тобольской губернии Фисаев. Когда его привели в канцелярию, он схватил со стола чернильницу и хотел ей ударить дежурного околоточного надзирателя, но задержанного скрутили и отправили на гауптвахту.

16 августа 1903 года агенты сыскной полиции задержали на Самокатной площади подозрительного человека, который назвался дворянином Херсонской губернии, Константином Константиновичем Невраженовым, но у него отсутствовал письменный вид. В сыскном отделении он заявил, что дезертировал из Одесской роты карантинной стражи, где служил рядовым. Всего он дезертировал 4 раза. Дезертир передан в распоряжение военного начальника.

21 августа 1903 года помощником пристава Ярмарочного участка Вуколовым и агентом сыскной полиции были найдены деньги, которые зарыли преступницы на территории Ярмарки в кустах вблизи «Фоли Бержера», недалеко от плавучего моста, прикинутого через обводной канал от китайской линии. В земле были откопаны 427 рублей. Эти деньги были похищены в номерах Чебенера у торговца Мухаметова, заявившего о краже у него 800 рублей. Подозреваемая в краже девица была задержана. Найти спрятанные деньги было трудно, поскольку полицейские знали только, что деньги зарыты в кустах, а другими сведеньями они не располагали. После обнаружения тайника с деньгами, две проститутки и содержательница квартиры в доме Чебенера сознались в краже.

25 августа 1903 года из Царицына в Нижний Новгород доставлены две задержанные проститутки, подозреваемые в участии в убийстве тверского торговца Матвеева, Елизавета Щекатурова и Любовь Куликова. Убийство произошло в номерах Васильевой на Нижегородской ярмарке. Сначала задержанные проститутки пытались на допросе в Царицыне отрицать сам факт их пребывания в Нижнем Новгороде. Но потом сознались, что проживали в номерах Васильевой в 16 номере. В это время у них появились постоянные кавалеры: Иван 20 лет и Пётр 40 лет. Когда они выпивали с Матвеевым, то там были Иван и Пётр. Затем обе проститутки отлучились из номера, а когда вернулись обратно, то купца якобы не застали. Но они обратили внимание, что пустой чемодан, который принёс Иван для сбора в поездку в Камышин, стал тяжёлым. На вопрос Куликовой, уж не её ли дедушку спрятали в чемодане, Иван подскочил к ней и схватил её за горло и сказал, что если мы будем рассказывать такие глупости, то он задушит обоих. Затем Иван и Пётр вынесли чемодан, а на другое утро им встретился Иван, который дал им 10 рублей и сказал, что бы они обе немедленно уезжали из Нижнего Новгорода или он их задушит. Они испугались и выехали в тот же день.

Опрошенная Елизавета Щекатурова подтвердила показания Куликовой. А 20 августа в 6 часов утра, обе они в сопровождении агентов сыскной полиции были отправлены в Нижний Новгород. Заведующий сыскным отделением Н. Д. Думаревский подверг их опросу, а затем их передали в распоряжение судебных властей.

27 августа 1903 года задержанный агентами сыскной полиции на Царской улице подозрительны человек, оказался татарином Мустафой, давно находящимся в розыске.

СЕНТЯБРЬ



1 сентября 1903 года, на Ярмарочной гауптвахте находилось 12 подозрительных личностей, задержанных за день и ночь 31 августа агентами сыскной полиции на территории Ярмарки. У некоторых задержанных не оказалось паспортов, поэтому они будут этапированы на Родину. Всего по 1 сентября общее число задержанных, находящихся на ярмарочной гауптвахте превысило прошедшей год на 2000 человек. Такого наплыва тут ещё никогда не видели.

5 сентября 1903 года в газете «Нижегородский Листок», в статье сообщалось, что весной 1903 года, были задержаны в Нижнем Новгороде чинами сыскной полиции персидские подданные: Курбан Али Раджир Оглы и Ахмет Казиль Оглы Меджиф Казул. Эти двое путём шантажа, вымогали у иеромонаха городецкого Фёдоровского монастыря, отца Арсения, несколько сотен рублей, предлагая купить у них мешок с золотыми монетами, искусно окисленными и покрытыми плесенью. Они убеждали иеромонаха, что золотые монеты найдены ими при рытье фундамента. А 4 сентября 1903 года в Ярмарочное сыскное отделение было представлено письменное заявление викария харьковского римско-католического костёла, ксёндза Иосифа Антоновича Хруцкого, о том, что двое персов, обманным путём заполучили от него крупную сумму денег, за якобы переданный ему ценный клад. Хруцкий просил выслать ему в Харьков фотографические карточки задержанных персов на опознание. Также Хруцкий сообщил, что ему известны ещё случи обмана богатых Харьковчан подобным способом, этой же парой иностранцев. Курбан Оглы и Ахмет Кузуль в настоящее время находятся в Нижегородском тюремном замке.

6 сентября 1903 года газета «Волгарь» сообщала, что особенностью нынешней Ярмарки является отсутствие в этом году краж, совершённых в ярмарочном Большом театре.

8 сентября 1903 года газета «Волгарь» сообщала, что в этом году задержано и доставлено на ярмарочную гауптвахту 3000 человек, а в 1902 году всего 1137 человек. Только за пьянство в этом году доставили 1500 человек.

10 сентября 1903 года была произведена внезапная облава в Игнатьевском приюте и на территории Ярмарки. Было задержано 111 человек за беспаспортность. Из этого числа 56 человек отправлены этапным порядком на родину.

16 сентября 1903 года газета «Волгарь» сообщала, что на Театральной площади в доме Русецкого в квартире артиста Боброва была совершена кража. В отсутствие квартиранта, когда прислуга вышла на некоторое время из квартиры, а в последнею зашёл татарин – старьёвщик. Когда прислуга вернулась, то застала старьёвщика в квартире. Ему задали вопрос, что ему угодно.

- Вещи покупаю, - ответил старьёвщик и ушёл.
По его уходу была обнаружена кража чёрных карманных часов с золотой цепочкой и золотой броши. По распоряжению помощника полицмейстера Н. Д. Думаревского начался розыск преступника. Татарин старьёвщик был задержан и оказался крестьянином Сергачского уезда Хабибулиным. У него были изъяты похищенные у Боброва вещи. В краже задержанный сознался, дело передано мировому судье.

17 сентября 1903 года газета «Волгарь» сообщала, что задержанные сыскной полицией персидские подданные Курбан Али Оглы и Мешади Кузул Оглы, которые выманивали деньги под видом найденного клада, в качестве старинных монет показывали медные деньги и металлические марки, покрытые ржавчиной и зеленоватом веществом. Для получения зелёного налёта, мошенники использовали уксусно-кислую медь, в раствор которой опускались монеты для получения зелёного налёта, что бы их вид соответствовал продолжительному пребыванию под землёй.

30 сентября 1903 года, на Балчуге сыскной полиции был задержан подозрительный человек, назвавшийся крестьянином Балахнинского уезда Н. И. Мясниковым. Задержан он был по сомнению в принадлежности ему велосипеда, который Мясников очень дешево продавал на Балчуге.

ОКТЯБРЬ



3 октября 1903 года газета «Волгарь» сообщила, что во время работы Нижегородской ярмарки, сыскной полицией, в одной из пустых лавок был найден склад различного мануфактурного товара. Товар был сложен в сундуках и последние хранились в лавке под надзором сторожа. Владелец сундуков заявил, что они принадлежат ему и поскольку заявлений о краже подобного товара не поступало, то можно было предположить, что его показания верны. Но на днях появился потерпевший, товар оказался похищен с одной из барж, стоявшей в июле у Нижнего Новгорода. Товара было похищено на общую сумму более 4000 рублей.

8 октября 1903 года, на Миллионке, агенты сыскной полиции задержали подозрительного юношу 18 лет. Сначала юноша утверждал, что он из деревни Куликовой, Семёновского уезда, но когда ему сказали, что такой деревни в этом уезде просто нет, то он сознался, что он крестьянин Балахнинского уезда, Андрей Иванович Котов. Он совершил побег из Балахнинской тюрьмы, вместе с тремя другими заключёнными.

9 октября 1903 года сыскной полицией в лимонадной лавке Дарьи Осиповны Калыниной находящейся в Нагорном переулке были задержаны приказчики купца А. Р. Пончикова, крестьяне Цыбулин, Царевский и Филимонов. Сыщиков привлекло, то обстоятельство, что эта троица сорила деньгами. Оказалось, что когда главный доверенный уехал в Москву, эта троица устроила распродажу арбузов. Выручили они около 300 рублей и с ними стали кутить. Сыскная полиция уведомила доверенного, который даже и не подозревал о расхищении хозяйских денег.

15 октября 1903 года в газете «Нижегородский Листок», сообщалось, что в начале прошлой Ярмарки, в одном лавочном помещении на Владимирской улице, полицией были конфискованы мануфактурные и скобяные товары и синька, находившиеся в двух больших сундуках, корзине и одном тюке. Только сейчас удалось разыскать владельца этого товара, Самгина. Владелец опознал свой товар и кипы мануфактуры и две кипы скобяного товара, но эта кража была обнаружена слишком поздно. По оценке Самгина, у него украли товара на сумму 4000 рублей, а в сыскном отделении находилось товара лишь на сумму 1000 рублей.

17 октября 1903 года газета «Волгарь» сообщила мнение заведующего сыскным отделением Н. Д. Думаревского по поводу оправдательного приговора судьи 2 участка, коим признаны невиновными мещане Городецкий и Капелюш, сбывавшие под видом фальшивых денег, обёрточную бумагу. В апелляционном отзыве Н. Д. Думаревский указал, что в данном случае мировой судья применил устаревший указ сената, тогда, как есть позднейшие распоряжения, устанавливающие ненаказуемость этого проступка. Дело передано в съезд мировых судей.

21 октября 1903 года, в ночь, чинами полиции был совершён обход подозрительных квартир и ночлежек в городе. Полицией было задержано 18 беспаспортных и подозрительных лиц.

НОЯБРЬ



4 ноября 1903 года, в ночь, при осмотре чинами сыскной полиции подозрительных квартир, было задержано 9 человек беспаспортных и подозрительных лиц. В числе задержанных оказался сбежавший из Сибири рецидивист Шмелёв, который пытался уверить сыщиков, что его паспорт якобы настоящий. Фотокарточка Шмелёва отправлена в Сибирь, для точного установления личности. Остальные будут эпатированы за пределы города.

10 ноября 1903 года, в ночь, агенты сыскной полиции при обходе ночлежных домов в нижней части города, было задержано 9 воров – рецидивистов. Некоторые из них оказались не имеющими права на жительство в Нижнем Новгороде.

10 ноября 1903 года была совершена крупная кража в Кунавине из бакалейной лавки Ветелеева, где украли 200 рублей денег и разного товара н 710 рублей. Околоточный надзиратель Д. Антонов и агент полиции, делая обход дворов, в одном из них, где находится квартира Сачка, нашли спрятанные в дровах, похищенные у Ветелёва, товар. Сачок заявил, что, что он ничего не знает об этом тайнике. Но затем Сачок сознался, что товар ему принесли для сбыта, но он отказался его брать, а товар спрятали в дровах принёсшие его.

18 ноября 1903 года помощник полицмейстера, заведующий сыскной частью Н. Д. Думаревский выехал из Нижнего Новгорода по делам службы в Москву.

25 ноября 1903 года в «Нижегородском Листке» сообщалось, что в сыскном отделении находится бриллиантовое кольцо, изъятое у одного официанта, при попытке заложить его за 2 рубля. Кольцо оценено в 30 – 40 рублей. Владелец кольца пока не установлен.

26 ноября 1903 года по распоряжению помощника полицмейстера Н. Д. Думаревского была произведена облава, в результате было задержано трое подозрительных лиц. Один из задержанных назвался чужим именем, но был установлен, как крестьянин Арзамасского уезда, села Казакова. Личности других двоих задержанных выясняются.

27 ноября 1903 года у потомственного почётного гражданина, Сергея Александровича Боголюбова, живущего на Новой Строке в доме Мельникова, была совершена кража разного имущества на сумму более 250 рублей. Воры в туже ночь были задержаны полицейскими Рождественской части и агентами сыскной полиции на Миллионке. Один из задержанных оказался одет в женскую ротонду. Сразу были установлены и личности: это крестьянин Васильского уезда М. И. Опарин, сын губернского секретаря С. П. Добротворский и крестьянин Н. И. Трещёткин. Похищенное имущество у них изъято.

28 ноября 1903 года в сыскное отделение, из города Семёнова, пришла телеграмма, где сообщалось о крупной краже, совершённой из кладовой семёновского купца Булганина. Так же сообщалось, что воры направились по Ежевскому тракту на санях, груженных крадеными вещами. В сыскном отделении сразу снарядили две тройки и отправили агентов сыскной полиции на Ежевский тракт, а другую тройку на Большой тракт. Как оказалось, преступники направились к деревне Хахалы, по направлению к Лыскову и поэтому не были пойманы. Всего они похитили 300 фунтов чаю, дорогое носильное платье, ценные предметы и прочие, всего на сумму свыше 1000 рублей.

30 ноября 1903 года по распоряжению помощника полицмейстера Н. Д. Думаревского, был проведён обыск, в квартире содержателя бакалейной лавки в Пивном переулке, Александра Даниловича Макарова в доме Китаева. Едва завидев полицию, прислуга Макарова бросилась во двор и стала закапывать, что - то в сугроб. Один из агентов сыскной полиции последовал за женщиной и извлёк из снега, дорогой в перламутровой оправе бинокль. Затем в разных местах квартиры были обнаружены следующие вещи: серебряный портсигар «Рококо» в виде портфеля, несколько серебряных мужских и дамских часов, броши, серьги, кольца, старинные монеты, электрическая машинка для зажигания папирос, мужской велосипед, детское меховое пальто и прочие. Все эти вещи изъяты и находятся в сыскном отделении.


ДЕКАБРЬ



4 декабря 1903 года в Особом присутствии Московской судебной палаты в Нижнем Новгороде рассматривалось дело о покушении на убийство вольнонаёмного агента сыскного отделения Нижегородской полиции, Василия Осиповича Осипова.

Агент сыскной полиции Осипов,10 января 1903 года, производил розыск сбежавшего из тюрьмы арестанта Агапова, для этого посещал различные воровские притоны в Кунавине. В 10 часу вечера из трактира, содержимого статским советником Побединским на Александровской улице, Осипов пошёл направился в трактир Чеснокова и к своему удивлению увидел, что трактир уже закрыт. Как оказалось в последствие, из того трактира, по просьбе хозяина, незадолго перед этим околоточный надзиратель Антонов удалил буйствующих там в пьяном виде воров – рецидивистов: Песенникова, Филькова, Арянова, Зеленкина, Горошкова, Тетерина и Хрулькова. У некоторых из преступников при себе имелись складные ножи, потрясая которыми они производили угрозы в адрес полиции вообще и агента сыскной полиции Германа в особенности, восклицая: «Вот бы ему что». Такие же угрозы Зеленкиным и Фильковым были произнесены и в адрес трактирного содержателя Чеснокова. Возбуждение этих лиц усилилось, когда они решили побить Хрулькова за оговор Зеленкина, по одному уголовному делу, что они и сделали, выйдя из трактира. Затем вся толпа направилась на 6 и 7 линию по направлению к вокзалу, но у дома Шашурина, на углу Пирожниковской улицы они остановились. В это время агент Осипов, шедший следом за ними, хотел их обогнать, но тут кто-то произнёс «шесть», что на языке воров значит «полиция». Осипова сразу взяли в окружение Фильков, Аря нов, Тетерин и Зеленкин. Кто – то из них произнёс: «Давно вас не видали». Осипов постарался отделаться от них шутками, паредлагал угостить их вином в трактире Матюнина, как вдруг Зеленкин, со словами «какая у него борода мягкая», схватил Осипова за бороду и в тоже время, кто – то сзади схватил его за руки. Сжатый этими лицами, Осипов повернул голову и увидел, что от дома Шашурина к нему направляется Песенников. Затем Осипов почувствовал, как кто-то сзади ударил его по голове. Сбитый с ног на землю, он чувствовал, что его колют ножами под команду Песенникова: «пиши, шей», (что на жаргоне значит режь и бей), «вот и готово». Это последние услышанные Осиповым слова Песенникова были: «что ты с моей рукой сделал!». На крик Осипова «батюшки, зарезали» с Кузнечной улицы поспешил ночной караульщик Лутохин, обнаружив искровавленного Осипова, он доставил его в Бабушкинскую больницу. В больнице, на теле Осипова обнаружили 10 колотых ран, признанных в последствие врачом тяжкими, но не опасными для жизни. Почти одновременно с Осиповым в туже больницу явился сначала Хрульков с пораненной головой, а спустя некоторое время в сопровождении Филькова и Песенников, у которого оказалась серьёзная рана на кисти правой руки. Получив сведенья о случившемся, помощник пристава Макарьевской части Сафонов с околоточным надзирателем Антоновым отправились в Гордеевку, в дом Новожилова, где проживал Песенников и его товарищи, там они застали Зеленкина, Арянова, Тетерина и Горешкова. При осмотре задержанных у Зеленкина был найден нож, а на Тетерине оказалась серая меховая шапка, в которой его видели в трактире Чеснокова и у дома Шашурина. На другой день там же Сафоновым был произведён осмотр местности около дома Шашурина и по следам крови, Сафонов с понятыми дошёл до дома Новожилова. Пятна крови оказались на калитке этого дома, во дворе и в сенях квартиры крестьянки Кораблёвой и в самой квартире. При осмотре одежды Осипова, пиджака и рубашки, на них было найдено много сквозных прорезов, сделанных ножом или кинжалом. Пиджак, жилет и рубашка оказались пропитанными кровью.

Песенников однажды во время задержания его Осиповым сказал: «Помни, это тебе даром не пройдёт». В разговоре с агентом полиции Германом, Песенников, Арянов и Зеленкин говорили ему по поводу его отъезда из Нижнего Новгорода: «Уезжайте, только назад не возвращайтесь, а остальных обламонов мы перережем». При допросе на следствии, Осипов показал, что в то время, когда его кололи ножами, он видел около дома Шашурина, крестьянина Ивана Шорохова и закричал ему, прося о помощи. Последнее обстоятельство было поддержано показаниями самого Шорохова. Кроме того, Шорохов показал, что в нападении на Осипова участвовали так же: Михаил Песенников, Павел Арянов, Иван Зеленкин, Василий Тетерин, Евдоким Фильков, Григорий Горшков и ещё один неизвестный ему человек.

На предварительном следствии все упомянутые лица не признали себя виновными в покушении на убийство и дали разноречивые показания, объясняя, что 10 января в трактире Чеснокова действительно были они, но агента полиции Осипова в тот вечер не видели и побоев ему не наносили. Песенников, кроме того, объяснил, что руку ему поранили какие – то сормовские ребята у Макарьевской части, куда он шёл из трактира Побединского «отмечаться». Первоночально Песенников заявил, что в доме Новожилова, в Гордеевке не был, а в последствие объяснил, что был там, после того, как ему поранили руку. Фильков в своём оправдании сообщил, что из трактира Чеснокова он с товарищами пошёл в трактир Побединского, а оттуда уже один пошёл по 4 линии к вокзалу, как и для чего попал в дом Новожилова, не знает. Кроме того он добавил, что поздно вечером 10 января около вокзала его встретил крестьянин Неустроев. Между тем спрошенный статский советник Побединский удостоверил, что 10 января от 8 до половины 11 часов вечера в его трактире никого из задержанных лиц не было.

Свидетель Невструев показал, что 10 января видел Филькова вместе с Песенниковым два раза около вокзала, а затем в трактире Побединского, причём оба раза в промежуток от 6 до 8 часов вечера.

Остальные обвиняемые голословно отрицали свою вину, не приводили в своё оправдание ни каких обстоятельств.

Дело слушалось заседанием судебной палаты с участием сословных представителей. Перед рассмотрением дела был возбуждён вопрос о недопустимости его слушанья в судебной палате в виду того, что Осипов был лишь вольнонаёмным агентом сыскной полиции, а не состоящем в штате полиции. Отвод этот палата признала не заслуживающим уважения и по рассмотрению дела, находя всех подсудимых виновными, постановила: лишить их всех прав состояния и сослать на каторжные работы: Арянова, как не достигшего 21 лет на 2 года 8 месяцев, а всех прочих на 4 года каждого.

9 декабря 1903 года под руководством помощника полицмейстера Н. Д. Думаревского была раскрыта крупная кража, совершённая в ноябре 1903 года, в Москве на Садовнической улице из кладовой купца Арона Вульфовича Морейно. Преступники, оставившие в целости запоры, сумели похитить пят пудов столового и чайного серебра на сумму 5000 рублей, три дорогих шубы стоимостью 3000 рублей и носильного платья, белья и прочего на сумму 2000 рублей. В лавку нижегородского мещанина Иуды Иоселевича Сингосина на Нижнем базаре, в конце ноября 1903 года, явилась московская торговка золотыми, серебряными и часовыми изделиями, Фридман и предложила купить у неё по сходной цене мужскую, крытою чёрным кастором, шубу на куньем меху с соболиным воротником, плюшевую ротонду на собольем меху и дамский дипломат на лисьем меху. Пальто находилось на квартире матери торговки, Фиксиной, в доме Зыбиной на Мироносицкой улице. Сингосин согласился и приобрёл все три вещи за 425 рублей и сразу перепродал их торговке из Пучежа, Александре Калистратовне Кузьминой за 600 рублей. Кузьмина заявила, что распродала вещи по частям, некоторые распоров на части. Когда полицейские осматривали непроданные шкурки, то на внутренней стороне обнаружили надпись чернилами и фиолетовым карандашом: «Морейно» и слова на еврейском языке. Мех был изъят и отправлен судебным властям в Москву.

14 декабря 1903 года, на Верхнем базаре, агенты сыскной полиции увидели ехавшею на лихаче девицу, вёзшею с собой самовар. Увидев полицейских, женщина стала прятать самовар, но сыщики сумели остановить извозчика. Задержанная оказалась крестьянской девицей из Нижегородского уезда, Агафьей Святовой 15 лет. На допросе она созналась, что похитила самовар в доме Косаткина на Тихоновской улице у агронома губернского земства А. И. Попова.

14 декабря 1903 года агенты сыскной полиции в номерах Травина задержали Исакова и Курилкина. В номере, где они проживали, был обнаружен целый склад вещей: несколько кусков суконной материи, овчины, шерстяные большие платки, стеариновые свечи, конфеты в больших коробках, миндаль и прочие. Оба задержанных сначала ни чего не говорили о происхождении данного товара, но затем сознались, что в деревне Ежовой, Семёновского уезда, на постоялом дворе украли несколько тюков товара у какого – то торговца. Отвезя краденое в Нижний Новгород, они на похищенной лошади отправились в обратный путь, но в селе Бор, сельские власти отобрали у них лошадку «по сомнению в принадлежности», отпустив их самих на свободу. Когда они оба вернулись в Нижний Новгород, то стали распродавать по частям краденый товар и сразу деньги пропивали. У них изъято 60 рублей деньгами и серебряные часы.

15 декабря 1903 года агенты сыскной полиции задержали мастерицу, работавшею в магазине Башкировой – Ендовицкой, она похитила швейную машинку и другие вещи. Так же было установлено, что она является Ярославской мещанкой, Анной Осиповной Ремнёвой, в краже она созналась.

17 декабря 1903 года агенты сыскной полиции произвели задержание воров – рецидивистов: Печатникова, Фёдорова и Кальдяева. Печатников сознался, что участвовал в краже в ночь на 5 декабря на Владимирской площади, где из обувной лавке Ионова было похищено обуви на сумму 300 рублей. Также Печатников указал на приёмщика краденого, Сулейманова.

18 декабря 1903 года, на базаре, агенты сыскной полиции задержали восемь воров – карманников, в том числе двоих несовершеннолетних.

23 декабря 1903 года сообщалось, что агенты сыскной полиции задержали Золотухина и Васильева, подозреваемых в краже ротонды на лисьем меху из квартиры Антонова в доме Бабурина на Большой Покровской улице. Вор – рецидивист Золотухин успел продать ротонду своей сестре С. В. Шамшиной домовладелице на Напольно – Монастырской улице за несколько рублей, хотя её реальная цена около 100 рублей. А в Кунавине агенты полиции изъяли вещи, похищенные на днях у Березиной в Петропавловском переулке. На Арзамаской улице в лавке Шляхтина были изъяты три серебряные ложки, а в Суетинском переулке в доме Русина у Сидоровой изъяты три дамские сорочки. Кроме того в сыскном отделении находятся: дамские золотые часы с цепочкой, кому они принадлежат неизвестно.

22 и 24 декабря 1903 года агенты сыскной полиции проводили осмотры на базарах, ночлежках и воровских квартирах. Было задержано около 30 человек беспаспортных, всех их этапируют за пределы города.

24 декабря 1903 года агенты сыскной полиции, командированные Н. Д. Думаревским, задержали грабителя, снявшего шубу, шапку и часы с Г. И. Хромушенкова, во дворе дома Сысоева. Кроме двух человек уже задержаных по этому делу, были так же арестованы: Иван Баранов и Алексей Белянин. Дело передано судебному следователю.

25 декабря 1903 года агенты сыскной полиции разыскали извозчика, который по ошибке вместо гривенного получил две пятирублёвые золотые монеты. Извозчик уверял, что при расчёте не заметил сразу в темноте ошибки.

29 декабря 1903 года в газетах сообщалось, что торговцы жалуются на появление фальшивых золотых монет 10 рублёвого достоинства, чекана 1899 года, очень искусной подделки. По внешнему виду и звону их трудно отличить от настоящих. Подделка обнаруживается лишь при взвешивании монеты. Крупные магазины приобретают аппараты для взвешивания монет при приёме от покупателей.

30 декабря 1903 года агенты сыскной полиции изъяли у татарина Невреджина Мухарчина, две выхухолевые шкуры и одну норковою. Задержанный пытался сбыть шкурки по очень низкой цене, что вызвало подозрение в принадлежности продаваемого товара. Изъятые шкурки находятся на хранении в сыскном отделении.

31 декабря 1903 года агенты сыскной полиции в Канавине задержали на улице арзамаского мещанина Алексея Ивановича Соловьёва, совершившего побег из городского полицейского управления. В Нижний Новгород, Соловьёв был этапирован из города Горбатова.По улице он шёл, имея искусный грим. Но увидев знакомых агентов полиции, бросился бежать, но был задержан сыщиками.


Читайте далее:


Просмотров: 308



statehistory.ru в ЖЖ:
Комментарии | всего 0
Внимание: комментарии, содержащие мат, а также оскорбления по национальному, религиозному и иным признакам, будут удаляться.
Комментарий:
X