Неврюева рать, 1252 г.

Неврюева рать (1252 год) — карательный поход золотоордынских войск под командованием Неврюя, направленный царевичем Сартаком, соправителем своего отца Батыя, против великого князя владимирского Андрея Ярославича, брата Александра Невского. Существует устойчивое мнение, что Неврюеву рать привёл на Русь сам Александр Невский. Однако так ли это? Предлагаем вам ознакомиться с главой "Неврюева рать" из книги Д.Г. Хрусталёва "Северные крестоносцы. Русь в борьбе за сферы влияния в Восточной Прибалтике в XII-XIII вв.", где исследован этот вопрос.

В 1252 г. на Северо-Востоке Руси разгорелся новый русско-монгольский конфликт, приведший к походу рати хана Неврюя и новому (первому после 1238 г.) разорению края. Существо произошедшего вызывало и вызывает разноречивые мнения историков. Постараемся рассмотреть подробнее источники по сложившейся ситуации.
Суздальская летопись — официальный, но, чаще всего, наиболее достоверный источник по событиям тех лет — излагает дело в следующей последовательности:

«В лето 6760[март 1252 — февраль 1253] Иде Олександръ князь Новгородьскыи Ярославнчь в Татары, и отпустиша и с честью великою, давшее ему стареишиньство во всей братьи его.
В то же лето здума Андреи князь Ярославичь с своими бояры бегати, нежели цесаремъ служити; и побеже на неведомую землю со княгинею своею и с бояры своими;
и поташа Татарове в следъ его, и постигоша и у города Переясллвля;

[ничто не указывает на разрыв текста в этом месте, но, скорее всего, здесь пропущен рассказ о битве с монголами у Переяславля, так как далее сообщается о результатах этого сражения]
Богъ же сохрани и и молитва его отца;
Татарове же россунушася по зелми, и княгыню Ярославлю
[скорее всего, жену Ярослава Ярославича]яша, и дети изъимаша, и воеводу Жидослава ту увита, и княгыню увита, и дети Ярославли в полонъ послаша, и люди бещисла поведоша до конь и скота, и много зла створше, отидоша.
Того же лета пустнша Татарове Олга князя Рязаньского в свою землю.
Того же лета приде Олександръ князь велнкыи ис Татаръ в градъ Володимерь, и усретоша и со кресты у Золотых вороть митрополитъ и вси игумени, и гражане, и посадиша и на столе отца его Ярослава, тисящю предержащю Роману Михаиловнчю, и весь рядъ, и бысь радость велика в граде Володимери и всей земли Суждальскои.

В то же лето преставися христолюбивыи князь Святославъ Всеволодичь».


Еще Дж. Феннел в специальной статье в 1973 г. отмечал несогласованность изложения Лаврентьевской (Суздальской) летописи: сразу говорится о завершающей стадии событий — Андрей бежал «в неведомую землю» (летописец даже не знает, что этой землей была Швеция), а потом сообщает о последствиях сражения под Переяславлем (опуская сам факт сражения) и о разорении монголами Суздальской земли. Подробно перечислены погибшие и описаны беды монгольского погрома; при этом вскользь упомянута супруга Ярослава Ярославича, захваченная и погибшая почему-то под Переяславлем, его дети и воевода «Жидослав», имя которого очень напоминает Жирослава Михайловича, которому Юрий Всеволодович поручил воеводство накануне битвы на Сити. Очевидно, что летописец пропустил и заметно отредактировал сюжет с монгольским нападением и битвой у Переяславля — даже глава интервентов Неврюй не назван по имени. С редакторской работой связана и нравоучительная фраза о том, что Андрей решил «бегати, нежели цесаремъ» служити» — явный полемический отсыл к политике «замирения Орды», которую проводил Александр Ярославич.

Совершенно иную, связанную и цельную картину событий — «Повесть о Неврюевой рати» — рисуют Воскресенская, Софийская первая и некоторые другие поздние летописи:

«Того же лета прииде Неврюй, и Котья, и Славуха храбрый на землю Суздалскую, со миогыми вон, на великого князя Андрея Ярославича. Бысть же въ канунъ Боришу дни, безбожьнии Татарове подъ Володимеремь бродншася Клязму, и пондоша ко граду къ Переяславлю таящееся; наутрии же, на Боришь день[24 июля 1252 г.], срете ихъ князь великий Андрей со своими полкы, и сразишася обон плъци, и бысть сеча велика,
гневомъ же Божиимъ, за умножение греховъ нашихъ, погаными Христиане побежени выша.

А князь великий Андрей едва убежа и приеха въ Велнкый Новъгородъ, Новгородцн же его не прияша, онъ же еха къ Пскову и тамо высть немного, ожндалъ во бе своея княгини; прииде къ нему его княгини, и онъ оттоле и со княгинею идее въ Немецкий градъ Колывань. И оставивъ ту княгиню, а самъ ступи за море во Свейскую землю, местеръ же Овенскнй срете его и прия его съ честью, онъ же посла по княгиню въ Колывань; и бысть ту неколико время и со княгинею во Свейской земли. Пребывъ же пакы ту, и потомь прииде во свою отчину;

а тогда безбожнии Татарове плениша градъ Переясллвль, княгиню Ярославлю яша, и дети изоимоша, и убиша ту воеводу Жидислава, и княгиню убиша, а дети Ярославлн въ полонъ поведоша, и людей много полоннша, и много зла сотворивъ отъидоша».


Последовательность изложения событий в Суздальской летописи позволяла исследователям реконструировать события таким образом, что монгольские войска были приведены на Русь жалобами Александра Невского: сначала князь поехал в Орду, потом оттуда пришла монгольская рать и выгнала князя Андрея, а затем вернулся Александр и сел на великокняжеском столе.

Стремление уличить национального героя в марании рук, с одной стороны, и желание во что бы то ни стало обелить его, с другой, привело ученых к многолетней полемике. Огня подлил и В. Н. Татищев, который в «Истории Российской» полновесно развил обвинения в адрес Александра Ярославича:

«И жаловася Александр на брата своего великого князя Андрея, яко сольстив хана, взя великое княжение под ним, яко старейшим, и грады отческие ему поймал, и выходы и тамги хану платит не сполна. Хан же разгневася на Андрея и повеле Неврюи салтану итти на Андрея и привести его перед себя. И того ж лета прииде из Орды Невруй салтан, и князь Катиак {далее изложение напоминает уже цитированную «Повесть о Неврюевой рати»}».

Наиболее емко главенствующую у исследователей версию о «размолвке братьев в 1252 г.» изложил В. Л. Егоров:


«Деятельный и очень жесткий по характеру князь (чему в летописях есть выразительные примеры) не мог и не стал мириться с тем, что младший брат оказался у руля внутренней и внешней политики Северо-Восточной Руси. Скорее всего, конкретной причиной столкновения между братьями стало выяснение соподчиненности в иерархии власти. Обладавший титулом великого князя Киевского Александр, несомненно, предъявлял права на верховную власть во всех русских землях, с чем Андрей не мог согласиться, по крайней мере, по двум причинам. Великое княжение Владимирское стало фактически автономным еще до монгольского нашествия, и, во-вторых, его утверждение было санкционировано высшей имперской властью в Каракоруме».


В подобном ключе представляли события многие другие как отечественные, так и зарубежные исследователи. Даже Г. В. Вернадский в апологетической статье «Два подвига Св. Александра Невского» (1925 г.) фактически согласился с причастностью Александра к приходу Неврюевой рати. Историк писал: «Не встречая покорности в братьях, Александр не останавливался перед тем, чтобы смирять их с помощью татар».
Мы далеки от крайности, в которую впадают некоторые ученые, отвергающие наличие у Татищева каких-либо дополнительных, кроме сохранившихся до наших дней, источников. Однако в данном случае, сообщая о жалобе Александра на Андрея, ученый скорее попытался дописать летопись — логически прояснить ее содержание. Вся фраза испещрена неологизмами и внелетописными оборотами. Так же оценивал текст Татищева и Н. М. Карамзин. Однако это никак не умоляет контекста летописного изложения, который и пытался трактовать Татищев.
Многие историки не раз пытались разъяснить действия Александра Ярославича в благожелательном для него тоне. Так, В. А. Кучкин считает, что Андрей выступил против монголов уже после отъезда Александра в Орду. В итоге он сам спровоцировал карательную операцию, а Александр Ярославич безуспешно пытался ее предотвратить. И. Н. Данилевский считает, что все дело было связано со сменой монгольского великого хана, отчего и потребовалась ротация русских князей, инициатором которой Александр никак выступить не мог. А. А. Горский представлял дело как спланированную акцию монголов против группы нелояльных князей. Андрей, вступив в брак с дочерью Даниила Романовича, подпал под его влияние и стал проводить «независимую от Батыя политику», в результате чего хан его покарал.

В связи с этим мы хотели бы сделать несколько замечаний.

1. Априори признается, что в той форме дуумвирата, который утвердился на Северо-Востоке Руси после 1249 г. (Андрей держит Владимир, а Александр — «Киев и всю Русскую землю»), заложены зерна конфликта 1252 г. Однако при этом выносятся за скобки конкретная причина конфликта 1252 г. и разъяснение необходимости вмешательства именно монголов. По мнению В. Л. Егорова, Александр не хотел прибегать к «обычной практике междоусобной войны», а рассчитывал решить вопрос «чисто административными» методами. Решить вопрос о смене великого князя?! Этот сюжет мы уже рассматривали в 1247-1248 гг., когда меняли князя Святослава — тогда его сначала выгнали, а потом утвердили сложившееся положение в Орде. Кстати, обошлось без кровопролития, и все участники сохранили добрые отношения. Отчего ж теперь схема была иной? Да и Александр Ярославич предстает таким властным гордецом, жаждущим всемерной власти. Почему же он ждал три года? Надо полагать, дело совсем не в происках Александра — летопись отмечает, что к Батыю он отправился князем Новгородским. Соответственно, события его обращения в великого князя, судя по всему, произошли в Орде, с которой и вступил в конфликт Андрей.

2. Высказывалось мнение, что Андрей чуть ли не сформировал антимонгольский альянс среди суздальских князей. Отправной точкой этого видят его брак с дочерью Даниила Романовича, активно вовлеченного позднее в войну с монголами. Однако для Даниила поводом к войне послужило нападение Куремсы в конце 1252 г., а развязал он ее лишь в 1254 г. Нападение же Неврюя относится к лету 1252 г. — на Борисов день (24 июля). И бежит Андрей вовсе не к Даниилу, а в Прибалтику и в Швецию. Все это слабо напоминает запланированные действия. Да и не Даниил выступает инициатором конфликта с Востоком, а опять же сам Андрей. Насколько случайным его союзником был Ярослав Ярославич — судить сложно.

3. Нигде в летописи нет намека на то, что к конфликту Андрея с монголами причастен Александр. В Житии, которое писалось современником, хотя и агиографом, специально отмечено, что «разгневася царь Батый на врата меншаго Андрея и посла воеводу своего Неврюня покоевати землю Суждальскую», а «по пленении же Неврюневе князь великий Александръ церкви воздвигну, грады исполни, люди распуженыа събра в домы своя». Уж слишком лицемерно выглядела бы забота Александра о суздальцах, если бы он сам был инициатором Неврюева похода. В летописи говорится, что встречали его возвращение из Орды с радостью и всем миром. Сложно представить здесь подвох.

Справедливости ради следует признать, что конфликт между Андреем и Александром все же был — по крайней мере, в глазах Андрея. Из-под Переяславля князь бежал не куда-нибудь, а в земли старшего брата (в Новгород, в Псков) — причем пытался в них вокняжиться, а потом отправился к его давнему врагу Биргеру, лишь недавно отвоевавшему земли тавастов (еми). Андрей мог винить брата в пассивности в период его столкновения с Неврюем — ведь в это время Александр и в самом деле находился у монголов.

***

В целом следует признать, что наиболее достоверной нам представляется версия событий в изложении А. А. Горского. Нет никакой необходимости «обвинять Александра в недостаточной верности православию или в предательстве своих братьев» — князь Александр Ярославич был и оставался «расчетливым, но не беспринципным политиком».
Скорее всего, в 1252 г. в Орду были приглашены оба брата. Возможно, их поездка была связана с утверждением нового великого хана Менгу (Мунке), которому надо было изъявить покорность. Однако Андрей не поехал. Подобное «хулиганство» нередко сходило с рук князьям в 1240-е гг., но теперь было другое время: Батый не стал терпеть и, вероятно, не стал слушать оправданий Александра. Андрей был жестоко наказан и лишен власти. Александру ничего не оставалось, как сменить брата, — ведь он был Киевским князем и верховным правителем в Русской земле.


Просмотров: 30955

Источник: Д.Г. Хрусталёв. "Северные крестоносцы. Русь в борьбе за сферы влияния в Восточной Прибалтике в XII-XIII вв." (СПб.: Евразия, 2009).



statehistory.ru в ЖЖ:
Комментарии | всего 3
Внимание: комментарии, содержащие мат, а также оскорбления по национальному, религиозному и иным признакам, будут удаляться.
Комментарий:
Даниил 2016-09-01 12:44:14
Честнейший поп, Александр Невский не был приёмным сыном Батыя. Эту версию придумал Лев Гумилёв, и он же потом признавался что вообще НИ ОДНОГО исторического источника нет, который бы её подтверждал.
Не читайте Гумилёва, он фантазёр.
честнейший поп 2016-09-01 08:35:40
изначально! все эти летописи появились в 18 веке "вдруг" и "из неоткуда" и заставляют усомниться в их подлинности! православные попы, даже прикоснувшиеся к ним, не могли не испачкать правду - аксиома! вспомнить хотя бы сказку "битва на Сити"... Попы- великому князу оттяпали голову клятые татары, а в жизни то сложил князюшка буйну голову в Гремании, сражаясь в рядах тех самых татар! племяш евоный, Александр Ярославич стал Невским через несколько веков после своей смерти. А до этого был покровленным сынком Батыя (почти пасынок, но уже чингизид), отсюда и все почести ему и нечести его! а с возрастом Сашеньки на день битвы на Неве вообще тёмный ужас! если собрать по крупицам обстоятельства в единную картину, то выходит, что сему "полководцу"на день битвы было всего 12-13 лет! Но варть нужно было мИнИстрелям (именно так!) ради величия россии. Вот и взрос князюшка Шурик из царевича (?) Неврюя в святошу Невского через 200 лет стараниями придворных борзописцев! А заметать следы зла в Роисси всегда умели!
Sever 2012-09-20 20:32:33
предвзято
хотелось бы исторические события знать без личной оценки историков.
кроме того, могли бы перевести наконец то на современный литературный язык летописи, а то скандинавские саги читать гораздо приятнее, они переведены хорошо.
X